И вдруг перестал разговаривать
11.11.2018 00:00
И вдругЗапомнилось письмо Надежды Валентиновны из Симферополя «Караул, ребёнок пропал!» (№38). Автор рассказал, что они устроили внука-инвалида в специальный интернат. Я с ней согласна: если есть возможность как-нибудь адаптировать ребёнка с особенностями развития, то это обязательно надо делать. Конечно, при этом не забывать о нём, навещать.

Мой брат до седьмого класса жил и учился в интернате для детей с нарушениями речи. Родился здоровым ребёнком, но заболел в возрасте одного года и перестал разговаривать, до семи лет вообще не говорил. Наша мама не специалист, не логопед, к тому же, кроме брата, нас ещё трое. И как тут поможешь ребёнку? Хорошо, что ей посоветовали этот интернат, там брат в течение первого года обучения заговорил. Представляете, как мама плакала от счастья!

Родители регулярно его навещали, хотя и не близко было добираться. На каникулы всегда привозили домой. И я помню, как мы вместе ездили к брату в интернат. Я уже была школьницей. Там мы ходили с ним по классам, по комнатам, где жили ребята, он нам всё показывал. Оказалось, там очень уютно и чисто.

Когда брат приезжал домой, тоже постоянно выполнял разнообразные речевые упражнения. Вслух читал нам газеты, а мы с сестрой и другим братом учили с ним стихи, скороговорки. Так что после семи классов в интернате его речь стала вполне внятной и чистой.

А ещё, когда я работала в Центре социальной защиты, у меня был начальник, мужчина примерно 32 лет. Сначала не могла понять, что с ним не так, вроде бы всё нормально, но речь какая-то особенная. А чуть позже мы разговорились, и он рассказал, что у него тоже в детстве сильно болели уши, практически оглох и не разговаривал. Их семья также была многодетной, росло четыре сына. Родители отдали мальчика в интернат, и там его научили нормально говорить, хорошо понимать язык жестов и артикуляцию. В итоге человек получил два высших образования, а в тот период, когда мы познакомились, писал диссертацию. До того как пришёл в наш центр, несколько лет сам работал в интернате для слепоглухонемых детей.

Правда, вот такой нюанс: у него в детстве была глубокая обида на родителей за то, что устроили в интернат. Став взрослым, он, конечно, понял, что мама с отцом поступили правильно, а вот ребёнком считал их предателями, переживал, что от него отказались. И, к сожалению, детская обида потом всю жизнь мешала ему близко общаться с родителями, он ничего не мог с этим поделать, не получилось себя переломить.

Из письма Галины,
Москва
Фото: PhotoXPress.ru

Опубликовано в №45, ноябрь 2018 года