Нам помогут, мы же в России!
23.12.2018 13:51
Неужели Господь оставит двух бестолковых тёток?

Нам помогутЗдравствуйте, уважаемая редакция «Моей Семьи»! Ваш прошлый новогодний номер был очень тёплым, много заметок о добрых поступках, взаимовыручке и хороших людях. Расскажу историю, вспоминая которую, мы с подругой всегда смеёмся, хотя тогда нам было не до смеха.

В 35 километрах от Курска находится Коренная пустынь, место обретения Курской Коренной иконы Божией Матери «Знамение». Это посёлок и, собственно, мужской монастырь.

Расположен он в красивейшем месте, на возвышенности, под которой течёт неширокая прозрачная речка Тускарь. В неё стекают многочисленные хрустальные родники – источники, причём каждый носит имя своего святого, и вода из них помогает от различных болезней. В центре стоит заново отстроенный по дореволюционным эскизам храм. Под горой, вниз по лестнице, – центральный источник и купальни. По левую руку – храм и крытый сход к источнику, некогда построенный для царской семьи. По правую сторону через лесок – скит, в котором по выходным дням служат молебны о недужных. Летом там бывает столько людей, что маленькое помещение скита не вмещает всех желающих, и они молебствуют на большой поляне у излучины реки.

Конечно, Коренная – место наше, родное, знакомое с детства, сюда мы приезжаем в храм на службу, за водичкой и просто отдохнуть. Если не удаётся выбраться туда хотя бы два-три раза за лето, считай, оно потеряно.

И вот как-то раз, перед самой зарплатой, когда у меня совершенно не было денег даже на хлеб, моя подруга, тоже Лена, позвала в Коренную. Попыталась ей объяснить, что кошелёк пуст, но Ленку это не проняло, предложила вариант: сейчас она меня везёт, а в следующий раз – я её.

Ударили по рукам. Зная Ленкину забывчивость, я поинтересовалась, не забыла ли она вдруг – ну вот вдруг! – деньги. Нет-нет, Лена заверила, что они в кошельке, открыла его, там мелькнуло несколько сторублёвок. Это меня успокоило. С лёгкой душой и молитвой в сердце мы на маршрутке отправились в монастырь.

Погода стояла замечательная, в сумке лежали два яблока, два огурца, два варёных яйца и полбуханки хлеба, а воды там, сладкой и чистейшей, хватит всем.

Первым делом пошли на службу в храм, подали записки, купили свечи, всё как полагается. А служба-то в монастыре вроде бы такая, да не такая, как в городе. Три часа пролетели как двадцать минут.

Дальше через небольшой лесочек отправились в скит. Топали просёлочной дорожкой, тепло, сухо, справа пруд, слева речка. Остановились у источника, поднялись на горку, на вершине которой стоит небольшое двухэтажное здание – скит. По скрипучей деревянной лестнице взошли на второй этаж. Из оконца там открывается такой простор, такая русская спокойная ширь, что сама душа умиротворяется и хочется плакать и петь.

Служба уже закончилась, мы подошли к иконам. Моя любимая – старая большая, от пола до невысокого потолка, икона Божией Матери. Можно опуститься на колени и прижаться к ней щекой, как к маме. И почувствовать неодиночество, хотя родителей уже давно нет на этом свете.

Лена моя подошла к столику, решив ещё раз написать записочки, чтобы и в скиту за нас молились. Я на всякий случай спросила её о деньгах, подружка успокоила: всё под контролем!

Так, с ощущением благости, мы спустились к реке, пообедали, тропинкой вдоль реки вернулись к центральному источнику, набрали водички и, счастливые и довольные, с благодарностью в душе за прекрасный день покинули благодатное место.

Вышли за ворота монастыря, направились к маршрутке. По дороге решили зайти в магазин выпечки, купить по пирожку. Как говорится, ничто не предвещало… Лена лезет в кошелёк. Потом в карман сумки. И меняется в лице.

Оказывается, она думала, нет, была уверена, что отложила деньги на дорогу, но как-то так вышло, что всё потратила. Ни копейки мелочи не осталось. До дома не меньше сорока километров, а время уже далеко заобеденное. Но в отчаяние решили не впадать – неужели Господь оставит двух бестолковых тёток?

– Ну что же делать, – говорю, – давай у людей просить. Не может быть, чтобы никто не помог, мы же в России!

Зашли за магазин, там стояли столики, за ними мужики с пивом. Ближе к нам сидели два парня, нормального вида, не маргинального. Мы с Ленкой потоптались, посмотрели друг на друга – эх, была не была! Пошли к ребятам.

И вот картина маслом. Люди мирно сидят, пьют пиво, закусывают рыбкой. К ним подходят две тётеньки в длинных юбках и платках, на вид вроде русские, и начинают что-то говорить про деньги, кошелёк, «нечаянно потратили», «думали, что есть, а на самом деле нет».

Ленка ещё и всплакнула – всё, мол, старость, памяти нет. Я тоже сделала глаза скорбные, как у кота Шрека. Конечно, идти-то сорок километров пешком не очень хотелось. И вы представляете, ведь дали нам ребята денег, ещё и мелочи на городской автобус отсыпали.

А вы говорите, молодёжь! Мы потом за них молились и свечки поставили, как и обещали. И до сих пор в душе живо чувство благодарности.

Кстати, мысль о том, чтобы вернуться в монастырь и попросить там денег на проезд, нам даже в голову не пришла. Видимо, кому-то из нас надо было научиться просить, а кому-то – отдавать. Вот такое приключение.


Желаю всем веры, удачи и душевного тепла. С наступающим Новым годом!

Из письма Елены,
г. Курск
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №51, декабрь 2018 года