СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Теперь всегда говорю с усопшими
Теперь всегда говорю с усопшими
13.11.2017 00:00
Эти люди живут не в избах

Теперь всегда говорю с усопшимиЗдравствуйте, уважаемая газета! Обычно я не воспринимаю кладбище как место для прогулок; ходить, разглядывать могилки – это не моё. Страха я там не испытываю, но однажды ощутила очень неприятный холодок и шевеление волос на макушке. Сразу мысли разные в голову полезли.

Приключилось это лет пятнадцать назад. Решили мы тогда дедушке и бабушке мужа памятники поменять. Хотя бывать на кладбище особо я не люблю, но испытываю удовлетворение от празднично убранных могилок близких. Бабушку супруга я никогда не видела, она умерла за несколько лет до нашей свадьбы.

В то время ритуальные службы у нас в городе ещё не были настолько развитыми и не блистали сервисом, как сейчас. Памятники нам продали, а вот отвезти их, установить на могилки никто почему-то не предложил. И мы с мужем сами отправились на кладбище с купленными памятниками.

От стоянки машины до могилы – путь немаленький, метров двести, если не больше. Когда налегке идёшь, оно вроде и незаметно, но мужу предстояло нести могильные плиты и стелы на себе. Хорошо хоть встретился знакомый, он и помог мужу.

Супруг начал устанавливать стелы, я взяла лопату, ведёрко. Потихоньку песок к могилам таскала – у дороги небольшую кучку обнаружила. Муж сначала дедушке плиту положил, стелу установил, цементным раствором закрепил. Потом за бабушкину могилку взялся.

И тут обнаружилось – новая бабушкина стела как раз посередине дала трещину! И она оказалась настолько серьёзной, что ставить стелу было никак нельзя. Пришлось везти обратно в город и менять на новую.

Всё сделали, поменяли. Привезли новую, стали устанавливать, а она на своё место вставать не хочет. Ни в какую! Сколько раз пробовали – никак.

Муж уже махнул на это дело рукой и к машине побрёл, меня одну оставил. И так мне нехорошо в тот момент стало, прямо мороз по коже пошёл. Сразу подумала, что неспроста это всё с нами происходит. И стела почему-то на ровном месте треснула, и вторая устанавливаться не хочет. Может, бабушка на внука за что-то обиделась? Причём, судя по всему, обиделась сильно.

Бросить работу недоделанной мы не могли, несмотря на то, что силы уже были на исходе. Устали совсем. Так домой хотелось, к детям! И тогда я заговорила с бабушкой.

Сидела на могилке и рассказывала бабушкиной фотографии о нашей с мужем жизни, о детях, о том, что пришло время им с дедом памятники обновить, а памятники, как назло, очень тяжёлые, вставать на место не хотят. Поведала о том, что бабушкин внук сегодня столько раз их уже поднимал – как бы это на его спине не отразилось, ведь завтра ему на работу.

Этот нехитрый, но очень жизненный рассказ прервал вернувшийся муж. Он снова попробовал установить стелу на место. Выковырял подсохший раствор, замесил новый. Залил его в щель, воткнул палочки-подпорки. Дело пошло гладко, спокойно, отработанно. И надо же, на этот раз всё сразу получилось – стела встала на положенное место, как влитая! Вышло даже красивее, чем на дедушкиной могилке.

Работу мы закончили, муж собрал инструмент и понёс к машине, а я порядок вокруг могилок навела, побыла там ещё несколько минут. Сказала бабушке с дедушкой спасибо и только после этого пошла к машине. И такая радость на душе была, ну просто ни тени тревоги не осталось!

С тех пор я всегда разговариваю с нашими усопшими. Спокойно и коротко рассказываю им всякие новости. Муж все мои разговоры слушает, но молчит и у виска пальцем не крутит. А я чувствую, что для меня усопшие – такие же люди, как мы, только перешедшие в другое состояние. Живут они теперь не в избах, а в могилках, им тоже нужны уход и забота. И тоже интересно, как и чем мы тут живём.

А бабушке мужа я всегда везу в Родительскую субботу самые красивые цветы.

Из письма Ирины
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №45, ноябрь 2017 года