СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Любовь, измена Очень хочется быть хорошим мужем
Очень хочется быть хорошим мужем
23.03.2018 00:00
Сто раз подумай, прежде чем решиться на резкое движение

Очень хочется быть хорошим мужемЯ восхищалась этой женщиной. Она была какой-то неземной: утончённая, хрупкая, нежная, всегда модно и стильно одетая. Её образ удачно дополняли золотые и серебряные украшения, которых у Тамары было великое множество.

Глядя на безупречный маникюр, прекрасно уложенные волосы, великолепный макияж, отутюженную одежду, я спрашивала себя: когда она всё успевает? Ведь у неё как-никак семья, муж… Да и должность в нашем областном центре Тамара занимала весьма солидную. Коллеги постарше шушукались, что всеми бытовыми и хозяйственными вопросами занимается муж. Что он до сумасшествия любит Тамару, сдувает с неё пылинки, одевает и обувает по последней моде. А уж про колечки, цепочки, серёжки и браслеты и говорить не приходится: на каждый праздник – обязательно, а то и вообще без повода.

И вот однажды мы узнали сногсшибательную новость: Тамара сбежала от мужа с любовником в другой город – за тысячи вёрст от нашего! И ладно бы нашла кого получше, так нет же – уехала с гитаристом-раздолбаем из местного ансамбля, который деньги зарабатывал хорошие, но тут же их спускал на посиделки с многочисленными приятелями. В советские времена участники ВИА были в цене. Правда, далеко не все они годились для размеренной семейной жизни.

Брошенный муж Юра впал в уныние. Ещё бы: день за днём, из года в год, подобно Пигмалиону, он холил и нежил свою Галатею, которая была единственным смыслом его существования. А ведь Юра на своей работе считался очень неплохим специалистом, в коллективе его уважали и ценили. Но он предпочитал оставаться в тени обожаемой супруги. А она вон как с ним поступила.

Впрочем, досужие бабьи разговоры вскоре иссякли, своих проблем у всех выше крыши. Как жил брошенный Юра, никого особо не волновало.

Прошло несколько лет. Как-то раз редактор поручил мне подготовить заметку о человеке, часто побеждавшем в конкурсах профессионального мастерства. Когда пришла брать интервью, меня учтиво встретил тот самый Юра. Ухоженный, аккуратно одетый мужчина вовсе не походил на брошенного мужа-страдальца, чей образ так живо рисовали в своих рассказах мои старшие коллеги. Только взглянув в усталые глаза, можно было почувствовать масштаб его тоски. Он всё ещё помнил, всё ещё переживал. Как будто измена случилась только вчера.

Нужную информацию Юра разложил буквально по полочкам – мне оставалось только записать. Кинув блокнот в сумку, собралась привычно рвануть вниз по лестнице – ходить спокойно я в юности не умела, – как вдруг меня под локоток схватила крепкая рука:
– Маша, нельзя так резво, вы же девушка! Позвольте, я провожу вас.

Мы чинно спустились на первый этаж, на прощание Юра галантно поцеловал мне руку и, даже отойдя на приличное расстояние, я всё ещё чувствовала спиной его долгий взгляд.

Правда, уже через пятнадцать минут я и думать о Юре забыла: задание выполнено, а как мужчина новый знакомый меня вовсе не заинтересовал: он минимум лет на 15 старше.

Но вот он обо мне не забыл. Когда вышла заметка, позвонил в редакцию, похвалил за хороший слог и грамотное изложение фактов. Сказал, что хочет отблагодарить. Видимо, решил увидеть меня ещё раз. Не понимаю, чем я так его привлекла. Девчонка в джинсовом сарафане, с копной волос до пояса, серьгами-кольцами в ушах и кучей браслетов на руках – рядом с таким респектабельным мужчиной я вовсе не смотрелась. Но поскольку к старшим надо проявлять уважение, на встречу согласилась.

Подошла после работы к конторе, в которой трудился Юрий. Он меня уже ждал, в руках был маленький пакет. Когда я его увидела, перехватило дыхание: в те годы такие яркие пластиковые пакеты были заветной мечтой любой девчонки!

Ещё раз поблагодарив за публикацию, он вручил мне подарок, сказав, что очень хотел сделать что-нибудь приятное. Дома я обнаружила внутри пакета ещё два таких же, но с другими картинками, и практически невесомый весенний шарфик.

– Вот это да! – восторженно сказала моя подруга Дилька. – Похоже, дед на тебя конкретно запал. Иначе с чего бы вдруг подарки делать? Хватай его, сейчас хорошие мужики в цене, пора свою жизнь устраивать.
– Отстань, – огрызнулась я, – он намного старше. Да и не хочу я пока замуж.
– Старый? Так тебе его не варить, – парировала подруга. – А что касается семьи, то стерпится – слюбится. Сама знаешь: хоть город у нас и большой, а приличных женихов мало. А этот вон как свою жену холил и лелеял, так что и ты с ним в шоколаде будешь.
– Да ну тебя, – махнула я рукой, и мы, наскоро собравшись, рванули на дискотеку.

Как ни странно, история имела продолжение. Газета, в которой я работала, выходила пять раз в неделю. Само собой, на ночные дежурства ставили обычно молодых сотрудников, чтобы опыта набирались. Дежурной машины у нас тогда не было, поэтому, если удавалось подписать газету в печать, допустим, часа в два ночи, всё равно приходилось ночевать в редакции – одна по безлюдному городу в темноте не пойдёшь.

Юра позвонил в тот день, когда я в очередной раз дежурила, мрачно рисуя в голове перспективу ночлега на стульях.

– Разрешите мне проводить вас домой? – спросил он. – Мы живём по соседству, так что мне не трудно. Заодно и свежим воздухом подышу, а то по вечерам из дома уже сто лет не выходил.

Я согласилась. Хоть это и не мужчина моей мечты, но сидеть одной до утра в редакции тоже радости мало.

Новый знакомый зашёл за мной задолго до окончания дежурства. Из окон четвёртого этажа я наблюдала, как он ходил взад-вперед по дорожке перед редакцией.

«Вот нехотя с ума свела», – вздохнула я и вышла на улицу.

Стояла ранняя весна, днём было жарко, а ночами прохлада ещё давала себя знать.

– Разрешите накинуть на вас пиджак? – церемонно предложил Юра. – Не ровён час, простудитесь.

С пиджаком и правда стало теплее. Но когда Юра вручил мне букет цветов, я, признаться, впала в ступор. В нашем областном центре цветы девушкам не дарили – они росли в каждом дворе, поэтому особой ценности не представляли. Не зная, куда деть букет, я несла его, как огромный веник, думая, что лучше бы Юра принёс бутерброд – с вечера ничего не ела.

Заприметив вдалеке ночной киоск, пулей метнулась к нему, купила плюшку в целлофановой упаковке и бутылку минералки. Едва моя рука потянулась сорвать обёртку, Юра мягко, но настойчиво забрал еду.

– Позвольте пригласить вас ко мне. Посмотрите, как живу, чаем вас напою, – сказал он.

Почему бы и нет? Бояться абсолютно нечего.

– А пойдёмте, – согласилась я. – Заодно и плюшку свою у вас съем.

Квартира у Юры была большая, трёхкомнатная. В прихожей на крюке висел велосипед, причём с идеально чистыми колёсами. Чистота царила и в комнатах. Нигде ни пылинки, на столе – белоснежная кружевная скатерть, занавески отутюжены, плед на диване тщательно разглажен.

Особое впечатление произвела на меня кухня. Чтобы у одинокого мужчины газовая плита сияла, а посуда блестела – этого я, признаться, не ожидала.
– А вот и ваша булочка! – подал мне Юра красивую тарелку с аккуратно нарезанной плюшкой. Потом принёс не менее красивую чашку чая с кусочком лимона. Мне стало неловко за свою «пацанистость»: хороша бы я была с булкой в руке на улице.

Юра с улыбкой смотрел, как я пила чай, и вдруг сказал:
– Знаете, Маша, а ведь вы мне с первой минуты понравились, как только увидел. Вы какая-то… настоящая, что ли. Естественная очень, без жеманства. Да и поговорить с вами есть о чём. Понимаю, что я вам не пара, со сверстниками, наверное, интереснее. Но позвольте за вами поухаживать, мне этого очень хочется.
– Давайте, – не задумываясь ответила я. Внимание взрослого мужчины импонировало.
– Когда мы с вами можем увидеться? – спросил Юрий, и его рука легла на мою.
– Может быть, в пятницу? Хотя… я подруге обещала, что после работы к ней зайду, у нас такой ритуал – пятничные посиделки после трудовой недели.
– А можно и мне принять участие?

Вопрос застал меня врасплох: тащить поклонника к подруге вовсе не хотелось. С ней можно быть естественной и непринуждённой. А с Юрием приходилось играть роль благовоспитанной молодой леди – этакой Мелани из «Унесённых ветром», хотя Скарлетт всегда была мне намного ближе.

В назначенный день сразу после работы я отправилась к Дильке, Юра обещал подойти через час.

– Хоть бы догадался к чаю чего-нибудь принести, – сказала подруга, – сама-то я не успела в магазин заскочить – отчёты сдаю.

Звонок в дверь застал нас врасплох: увлёкшись болтовней, и думать забыли, что кое-кого ждём.

Юра вошёл в прихожую с двумя увесистыми пакетами в руках. Спросив разрешения, деловито прошёл в кухню и стал выкладывать кульки, кулёчки и свёртки с различной снедью. Колбаса, сыр, свежие лепёшки, ещё горячая самса, огурцы, помидоры, молодая редиска, зелень скрыли под собой стол.

– А это вам на десерт! – к пищевому Эвересту добавились торт и коробка конфет, пакеты со свежей клубникой и черешней.

Мы, обалдев, смотрели на это великолепие. На дворе стояли 90-е, так что шиковать особо не приходилось. А тут вдруг такой пир!

Юра ловко накрыл на стол, разложив провизию по тарелочкам, которые нашёл в буфете, и мы смели всё подчистую. Мужчина галантно ухаживал за нами, тактично поддерживая разговор.

– Пойду со стола уберу, – молвила Дилька. – И чайник заодно поставлю.
– Не беспокойтесь, Дилечка, вы с работы, устали, наверное, я сам отнесу всё на кухню! – с этими словами Юра стал сновать между гостиной и кухней, убирая тарелки и остатки еды.

Мы в шоке наблюдали за ним. Но окончательно обалдели, когда, выйдя на кухню, обнаружили чисто вымытую посуду, в образцовом порядке лежавшую на полотенце, расстеленном на столе.

– Да что вы, не стоило беспокоиться, я бы и сама помыла, – пролепетала вконец сражённая Дилька.
– Мне не трудно, – улыбнулся Юрий и, бережно приобняв меня за талию, повёл к двери.
Я помахала Дильке рукой, и мы ушли.

Признаться, я надеялась – со временем Юрий поймёт: я совсем не то, что ему нужно, и оставит свои попытки. Но куда там! Чем дальше, тем больше он ко мне привязывался, окружал такой заботой, что буквально нечем было дышать. Предугадывал все мои желания, не позволял носить тяжести с рынка, тактично направлял мою неуёмную энергию в мирное русло, шаг за шагом прививал хорошие манеры. Со временем я стала всё отчетливее понимать, что прежней Машки – весёлой, заводной хохотушки, готовой в любую минуту сорваться к друзьям, – больше не существует. На смену ей пришла Мария, которая не ходила, а словно плыла над землёй. Я разучилась громко смеяться, совершать необдуманные поступки и всё время жила будто в коконе заботы и внимания.

Однако в душе я была всё той же девчонкой и становиться степенной матроной в свои 23 года не собиралась. Временами хотелось сорваться на дискотеку, поехать вечером к Дильке или к сестре в соседний город. Но рядом находился Юра, и надо было сто раз подумать, прежде чем решиться на резкое движение.

Сама не знаю, что меня с ним связывало, почему не могла сказать решительное «нет». Наверное, жалела этого, в общем-то, неплохого мужчину, одержимого желанием иметь семью. Тем не менее, соглашаясь на встречи с ним, я ревностно охраняла свою личную территорию. Максимум, на что Юрий мог рассчитывать, – это держать меня под руку.

В воскресенье он пригласил в гости.

– Налепил пятьсот пельмешек, хочу угостить. А на десерт испёк наполеон.

Готовить Юра любил и умел. Но столько пельменей? Не иначе как на целую неделю наготовил, подумала я. А в гости всё-таки отправилась. Неудобно было ответить отказом, ведь человек старался. Да и давно уже настало время для серьёзного разговора.

Но Юра меня опередил:
– Маша, я не просто так пригласил. С первой минуты влюбился в вас как мальчишка. Хочется, чтобы вы всегда были рядом. Предлагаю руку и сердце.

Увидев моё замешательство, торопливо продолжил:
– Обещаю, что буду беречь вас и любить, выполнять любую вашу прихоть. Всё домашнее хозяйство беру на себя, я всё умею: и убирать, и стирать, и гладить, и готовить. Хочу баловать вас, как маленькую девочку, одевать, обувать, дарить цветы и подарки. Вам по вечерам не придётся ничего делать самой: я и обувь вашу протру, и платье поглажу, и бутерброды на работу приготовлю. Только не отвечайте отказом!

В ту самую минуту я отчётливо поняла, почему Тамара сбежала от любящего и заботливого мужа к раздолбаю-гитаристу. Она, как и я, просто хотела быть собой.

Юра мечтал выглядеть хорошим супругом, но, к сожалению, перфекционизм в нём был неистребим. Он всегда и во всём стремился к совершенству – и личная жизнь не исключение. Такая забота не давала дышать, и мне, с детства привыкшей к самостоятельности, было очень тяжело её принять. Не представляла, как это – ничего не делать. В сытости и лени можно прожить год, другой, третий, но финал наверняка окажется таким же, как у Тамары.

Мне вдруг отчаянно захотелось встретить человека, рядом с которым могла бы дышать свободно. Именно поэтому я сразу сказала «нет». Так было честнее. Возможно, есть женщины, которых такая жизнь вполне устроила бы. Но я точно знала – это не мой путь.

Мария САНИНА,
Крым
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №11, март 2018 года