Очень строгая святая
21.04.2018 00:00
Очень строгаяЗдравствуй, любимая газета! Читаю тебя с 2001 года, спасибо, что ты есть. Вот моя история.

1994 год, мне 26 лет. Приятельствую с Е. – женщиной-бухгалтером, у которой выраженный ДЦП. Как-то она сказала, что поедет в иконную лавку, что находится в другом районе города. Предложила заодно купить там именную иконку и для меня – святой Ксении Петербургской.

Когда Е. вернулась, мы посидели у меня на кухне, попили чаю. Иконку в бумажном окладе я поставила тут же на стол и за разговорами забыла спросить, сколько я за неё должна. А приятельница постеснялась мне напомнить. Когда я её проводила до лифта, зашла на кухню, увидела иконку, вспомнила, что забыла об оплате. Тогда были только домашние телефоны, поэтому я дождалась, когда приятельница доберётся до дома, позвонила ей. Попросила прощения и сказала, что обязательно отдам деньги, когда увидимся. Мы частенько гуляли вместе по нашему району.

Но с этого дня началось странное.

Например, я купила детские трикотажные вещи, положила их в пакет. Также приобрела маленький стеклянный пузырёк – клей БФ, с закручивающейся крышкой и пробкой внутри. Положила его внутрь трикотажа. Дома обнаружила: у пузырька откручена крышка, пробка каким-то образом оказалась в другом месте, клей испачкал все детские вещи. Ни одна чистой не осталась.

На следующий день ремешок сумочки зацепился за дверцу машины, из которой я уже вышла. Водитель тронулся с места, меня не видел. Еле удалось достучаться до него, чтобы остановился.

Тогда я поняла: это Ксения Петербургская наказывает меня, потому что за всё надо платить.

Ещё на следующий день меня так прижало дверью лифта, что я запаниковала. Появилась мысль скорее отдать деньги Е., но я не знала, где она живёт, только номер телефона был.

Замечу, что всё это произошло в течение одной недели. Захожу в троллейбус – сидит Е. Подбегаю к ней, отдаю деньги, прошу прощения, корю за то, что не напомнила сразу. О странностях, произошедших со мной за последние дни, рассказывать не стала.

Много чего в жизни случалось. Например, были у меня знакомые из разных сект, которые с жаром доказывали, что иконы – это бумажки. Я старалась не спорить. У всех своя правда.

Так что Ксения Петербургская – сама строгость. И я благодарна ей за этот эпизод в жизни. Вот и с Матронушкой Московской всегда разговариваю. Но это уже совсем другая история.

Из письма Оксаны П.,
Челябинская область
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №16, апрель 2018 года