СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Богема Владимир Носик: Надо чаще гладить детишек по голове
Владимир Носик: Надо чаще гладить детишек по голове
07.05.2018 15:50
Владимир Носик3 апреля актёру Владимиру Носику исполнилось 70 лет. Зрители знают Владимира Бенедиктовича по ролям в фильмах «Любовь земная», «О бедном гусаре замолвите слово», «Гостья из будущего», «Самая обаятельная и привлекательная» и многих других. Носики – актёрская фамилия. Старшее поколение помнит брата Владимира Бенедиктовича – Валерия Носика. Сын Валерия Бенедиктовича Александр – звезда современных сериалов. Продолжили актёрскую династию дочери юбиляра – Екатерина и Дарья. Эту же дорожку выбрал и его сын Тимофей, который трагически погиб в Кармадонском ущелье со съёмочной группой Сергея Бодрова-младшего. Мы встретились с Владимиром Носиком за кулисами Малого театра, в котором он служит 23 года, и поговорили о жизни, об актёрской профессии, о том, что его радует и огорчает.
ул
– Владимир Бенедиктович, семьдесят лет – большая дата. Если бы появилась возможность прожить эти годы ещё раз, не захотелось ли бы вам что-либо изменить в своей судьбе?
– Если бы можно было что-то изменить – то, наверное, в школе учился бы лучше, более ответственно. Ведь я учился очень неровно. По биологии, химии, литературе и математике у меня была хорошая успеваемость. И русский язык устно знал на «пять», помнил все правила, а письменные работы сдавал на «два» или «три».

– Вы родились и выросли в Москве. Каким помните своё детство?
– Детсадовским. Мама работала бухгалтером в Минметаллургхимстрое, и мой детский сад находился недалеко от Зубовской площади. Замечательный сад, нянечки были настолько добрыми, что, когда я уходил в школу, плакал – так не хотелось с ними расставаться. Во всяком случае, мама мне так рассказывала. Правда, я считаю – в детском саду меня передержали: в шесть лет рвался в школу, но родители решили по-другому.

– Может, из-за этого и отношения с учёбой сложились не идеальные?
– Сейчас трудно сказать. Я рос очень активным юношей – не хулиганом, а, как нас называли раньше, шпаной. Мы любили поозорничать, даже подраться – всё это, конечно, шло не на пользу учёбе.

– А как вы решили стать актёром?
– Тут многое совпало. Пример брата, конечно, сыграл свою роль. Валера был старше меня на семь с половиной лет, он первым выбрал эту профессию. Когда я ещё учился в школе, он уже занимался в студии Сергея Львовича Штейна. Помню его первую картину «Стучись в любую дверь», где у него был персонаж по имени Нос. Смешно: во дворе нас с ним звали Носами. Даже родители приятелей, которые не знали нашей фамилии, спрашивали своих детей: «Почему у Валеры такое странное прозвище? Он же курносый. А вот Вове оно подходит».

– Сейчас Носик – известная актерская фамилия.
– Да, и происхождение у неё необычное. Отец об этом никогда не рассказывал, но существует легенда, которую мы слышали от родственников. Папа родился и жил в Винницкой области, и говорят, что изначально фамилия была Носек. А в тридцатые годы отца арестовали, и за то, что не подписал какой-то документ против своих товарищей, он отсидел около трёх месяцев в тюрьме. При смене руководства НКВД попал под амнистию. Когда освободился, ему выдали новый паспорт, в котором фамилию написали через «и» – Носик. Вроде бы паспортистка ошиблась. Но, возможно, эта ошибка спасла и его, и всю нашу семью – в тридцать седьмом многие люди, ранее арестованные по политической статье, снова попали в тюрьмы и лагеря, некоторых расстреляли. А нас эта беда миновала.

– Вам, наверное, все друзья завидовали: родной брат снимается в кино?
– На момент премьеры первого Валериного фильма мне исполнилось десять лет. Я был тогда очень впечатлён: мой брат – артист кино! И очень ревниво относился к рецензиям, в которых писали о фильме, но забывали упомянуть Валеру. Думал: как же так – не указать такого хорошего актёра!

– И брат вам, наверное, рассказывал о профессии настолько интересно, что увлёк за собой?
– Нет, было немного по-другому. Я учился в выпускном классе и одновременно работал слесарем на химфармзаводе. И мне – уже не помню как – в руки попала книга Константина Сергеевича Станиславского «Работа актёра над собой». Издание 1938 года, одно из первых. Книга меня так увлекла, что подвигла к поступлению в театральный институт. Когда я сказал Валере о своём решении, он очень удивился. Ведь мне самому такая идея пришла спонтанно.

alt

– А брат помогал готовиться к поступлению в театральный институт? Он ведь был тогда уже состоявшимся артистом.
– Валера мне помог подобрать программу для поступления. Выбор мы остановили на рассказе «История болезни» Зощенко, «Сказке о золотом петушке» Пушкина и какой-то басне – уже не помню. Я сразу прошёл на третий тур и в «Щуке», и во ВГИКе, где набирал курс Борис Андреевич Бабочкин. Оказалось, что он является большим поклонником Зощенко, и реакция на моё выступление у него была очень живой. Так я и стал студентом ВГИКа.

– Борис Андреевич был строгим мастером?
– Он был суров, но справедлив. И очень любил своих учеников. Едва мы к нему поступили, стал общаться с нами как с профессиональными актёрами. Он считал, что раз мы выбрали эту профессию, то должны знать о ней всё. Бывали такие случаи, когда от его строгих замечаний даже парни плакали, я уж не говорю о девчонках. Мне тоже досталось – после первого курса дали «испытательный» год, так как у меня оказалась тройка по актёрскому мастерству. Но потом как-то всё само собой наладилось.

– Не пожалели, что выбрали эту профессию?
– Мне актёрская профессия нравилась. Но по молодости всех привлекает скорее слава, хочется популярности. Внешне вроде бы всё легко: выучи текст, потом произнеси его – что тут трудного? А на самом деле, чтобы хорошо играть, нужно много трудиться. Со временем понимаешь, что профессия требует от артиста полной самоотдачи. И кому-то Господь сразу отпускает яркий талант при рождении, а кто-то доходит до всего постепенно, через пот и слёзы. И даже когда вроде бы талант есть – с ним надо работать, его нужно развить. Бывает так, что артист раскрывается уже в относительно позднем возрасте.

– Ваш путь в профессии можно считать успешным?
– Да, всё сложилось удачно. Я начал сниматься после второго курса. Ещё будучи студентом, сыграл в одиннадцати учебных киноработах и в пяти профессиональных. А когда попал в Малый театр, стал получать ещё больше удовольствия от профессии. Мне здесь всё нравится, я и играю с большой радостью, и коллектив у нас замечательный.

alt

– А свою первую кинороль хорошо помните?
– Такое не забудешь! Это была картина «Иду искать» 1966 года. Главную роль в ней сыграл Георгий Жжёнов. А ещё в ней снимались Лёва Дуров и Борис Новиков. И я в картине произносил всего одну фразу, обращаясь к кому-то из них двоих: «Как пройти к Царь-колоколу?»

– Почти вся ваша семья связана с актёрской профессией. Что повлияло на такой выбор – ваш пример или ваш совет?
– Всё к этому и шло. Когда постоянно находишься в актёрской среде, воспитываешься в ней и настраиваешься на неё, то, получается, у тебя как будто и выбора нет.

– Вы не отговаривали детей?
– Пытался. Дочерям Кате и Даше объяснил, что это за профессия, чего она требует от человека, рассказал о подводных камнях, раскрыл все отрицательные стороны актёрского служения. Но они решили так, как решили. В итоге Даша окончила Училище имени Щепкина, а Катя – ГИТИС. Они девочки талантливые, очень любят свою профессию и полностью ей отдаются. И у них уже есть очень хорошие работы.

– Спрашивают вашего совета по профессиональной части?
– Нет. Очень самостоятельные. Считают, что я как-то не так смотрю на всё это. (Улыбается.) Ну и потом женские образы – для меня загадка. Конечно, какие-то фильмы мы смотрим с ними вместе, можем обсуждать: кому что понравилось, а что – нет. Но не более того.

– Катя и Даша никогда не жалели о своём выборе? Не повторяли: «Папа, ты был прав, когда нас отговаривал»?
– Нет, никогда. Да, профессия непростая, не всё даётся легко. О себе могу сказать – мне в ней повезло: я всегда чувствовал, что иду своей дорогой. Я и в институт поступил с первой попытки, а Валера при его бесспорном таланте – только со второй.

– А как вы попали в Малый театр?
– В 1970 году пришёл в Театр киноактёра, когда там всё было уже на излёте. А потом Валера поговорил с художественным руководителем Малого театра Юрием Мефодьевичем Соломиным и тогдашним директором Виктором Ивановичем Коршуновым – блестящим актёром, режиссёром и педагогом. Но сразу пригласить меня в труппу они просто не могли: в театре действовала только одна сцена, филиал находился на ремонте. Но когда появилась возможность, Юрий Мефодьевич позвал меня в театр. Я ему очень благодарен – и не только за приглашение, но и за то, что он и Виктор Иванович сохранили Малый театр в лихолетье, которое царило в девяностые годы. Ведь тогда многие театры просто распались. Они оба для меня – великие люди.

– Но вместе с братом на сцене Малого театра вы сыграть не успели?
– Да, Валеры не стало в январе 1995 года, а я пришёл в театр несколько месяцев спустя. Однако Валеру до сих пор тут помнят и очень любят. В театре его звали Солнышком: настолько он был светлым и добрым человеком, с прекрасным чувством юмора.



– Владимир Бенедиктович, а какие вам роли ближе – театральные или те, что вы сыграли в кино?
– Я все свои роли люблю. Конечно, что-то удаётся больше, что-то меньше. Иногда театральная роль долго созревает, а другая приходит сразу, и ты её потом просто развиваешь. А бывает, что играешь персонажа и вроде бы выполняешь все задания режиссёра, и технически всё нормально, но на самом деле роль ещё не созрела. И внезапно наступает случай – не обязательно на сцене, а может быть, и просто в жизни, – когда тебя вдруг осеняет: вдруг понимаешь, как правильно. И тогда характер развивается по-новому, персонаж начинает жить, и ты получаешь огромное удовольствие.

– В комедии «Каникулы президента» вы сыграли отца главной героини – учительницы Зины, которую исполняет Анна Цуканова-Котт. Чем вам запомнились эти съёмки?
– Прежде всего тем, что вся история – она как бы о нашем президенте, но попавшем в необычную ситуацию. (Улыбается.) У меня не очень большая роль в этом фильме, и насколько она мне удалась – пусть оценят зрители. Всё-таки кино отличается от театра. Тут на сцене ты за один вечер создаёшь сразу весь образ. А в фильме многое зависит от режиссёра – от того, как всё в итоге смонтируют, какие реплики героя оставят. Иногда снимаешься в проекте, а потом какие-нибудь важные сцены с участием твоего героя по разным причинам вырезают, и остаётся совсем маленький кусочек… Или при монтаже и озвучении что-нибудь меняется.

– В «Каникулах президента» вместе с вами снимались обе ваши дочери.
– Да, но общих сцен с Катей и Дашей у меня не было. А чем запомнились съёмки? Мой герой – человек старой закваски. У него есть фраза о том, что «и раньше воровали». Вы знаете, на площадке мы немного подискутировали на эту тему. Действительно, в былое время с заводов тоже иногда что-нибудь уносили. Но надо учитывать обстоятельства, которые порой вынуждают человека так поступать. Ведь если бы всё можно было купить в магазине, тогда и такого явления не существовало бы. А когда ты нигде не можешь приобрести вещь, а она тебе позарез нужна, наступаешь на горло своей совести и идёшь на мелкое преступление. Обстоятельства как бы подталкивают тебя к этому. Такой спорный нюанс всплывает и в картине. Вообще в ней много и смешных моментов, и таких, в которых человек начнёт размышлять над тем, хорошо это или плохо, и над причинами, которые породили явление. Если помимо смеха эта лента заставит людей о чём-то задуматься и поступать правильно – это великое дело.

– То есть вы считаете, что искусство должно воспитывать?
– Безусловно! И не только искусство. Я считаю, не нужно сносить памятники. Тогда, проходя мимо, дети будут спрашивать у родителей: «Кто это? Что это?» И придётся объяснить ребёнку: это такой-то человек, известен тем-то и тем-то, это он сделал хорошо, а это – плохо. Я искренне благодарен людям, у которых возникла идея сделать тематические поезда в московском метро, и тем, кто идею поддержал. Если будет больше просветительских поездов, посвящённых писателям, поэтам, художникам, людям науки и театра, то дети будут в дороге задавать родителям вопросы. В этом и заключается просвещение: человек становится более информированным об окружающем мире, о стране, в которой живёт. И у него возникают естественная гордость и любовь к своей Родине. Ведь наша страна так богата на талантливых людей.

Владимир Носик– Вы сейчас где-нибудь снимаетесь?
– Пока нигде не снимаюсь. А вот в театре мы сделали очень хорошую постановку – «Визит старой дамы» по пьесе Фридриха Дюрренматта. Мой персонаж – учитель, очень интересный, многоплановый характер. Спектакль поставил Илан Ронен, режиссёр из Израиля. Он по-своему трактовал пьесу. Интересная работа, но своеобразная. Говорят, что спектакль получился не совсем в традиции Малого театра. Но вышло действительно интересно, и зрители приняли эту постановку очень тепло, хвалили игру актёров.

– А что из того, с чем соприкоснулись в последнее время, вас особенно тронуло: может быть, книга или фильм?
– Знаете, что меня по-настоящему трогает в последнее время? Когда я смотрю на маленьких детей. Становишься взрослее и понимаешь, что когда у тебя есть маленькие дети – к ним надо внимательнее относиться, чаще гладить по голове. Да, конечно же, и воспитывать надо, но делать это не жёстко, а чтобы они сами осознавали, почему нужно поступать так, а не иначе. Раньше я не понимал бабушек, которые сюсюкают с внуками. А сейчас вижу, что детей нужно любить и делать им больше добра.

– Вам кажется, что современному обществу не хватает добра и любви?
– Я не могу судить об обществе в целом. Даже Москву с Россией не могу сравнивать. Москва – это некая отдельная территория, где люди не вполне нормально живут. Здесь бешеный ритм, нечеловеческие пробки, загазованный воздух… А глубинка, провинция – она просто прекрасна. Со своим неспешным темпом жизни, более тёплым отношением к людям. Провинция – это милые города, которые наполнены любовью, где многие знают друг друга. А Москва относится к людям потребительски: выжимает из человека всё, что может.

– Владимир Бенедиктович, что вам помогает восстанавливаться? У вас есть хобби?
– Да нет у меня хобби и какого-то особенного ритуала восстановления. Просто нужно хорошо высыпаться! (Улыбается.)

– А о чём сейчас мечтает актёр Владимир Носик?
– Конечно же, о новых ролях. Думаю, что и в театре скоро будет распределение по новым спектаклям. Будем ждать и надеяться! (Улыбается.)

Расспрашивала
Екатерина ШИТИКОВА
Фото: PhotoXPress.ru

Опубликовано в №18, май 2018 года