Природа изменилась
13.07.2018 00:00
Лесная богиня прокляла всё селение

Прирожа измениласьПесни Веры Кондратьевой я слышал ещё до знакомства с ней – видел ролики в интернете. И когда приехал в город Лянтор Ханты-Мансийского округа, сразу же сообщил дочке, что хочу познакомиться с этой потрясающей женщиной, исполнительницей фольклора народа ханты.

– Пап, ты чего? – удивилась Настя. – Вера то за границей, то на фестивалях, то в лес уезжает к родственникам, то пропадает где-то по общественным делам. Пересечься с ней нереально! Работает Вера в местном ДК, всего в трёх кварталах от нас. Единственный вариант – оставить на вахте записку.

В ДК вахта пустовала. Почти час я слонялся по коридорам, но вахтёрша так и не показалась. Наконец мне это надоело, и я поймал какую-то девушку, по виду старшеклассницу, с марлевой повязкой на лице – в Лянторе тогда свирепствовал грипп. Решил, что она занимается в одном из кружков.

– Милая! – взмолился я. – Тебе не трудно передать записку вахтёрше? В ней ничего такого нет, просто просьба встретиться с певицей Верой Кондратьевой. Уже замучился её искать.

– Зачем передавать записку? – пожала плечами девушка и сняла повязку. – Вера Кондратьева – это я.

Экраны телевизоров и мониторов – самые большие мистификаторы. По роликам в сети трудно понять, какого человек роста и сложения. На сцене 32-летняя Вера выглядела довольно высокой и отнюдь не хрупкой, а в жизни оказалась маленькой и худенькой. Правда, когда сняла повязку, я сразу понял, что это на самом деле она: не запомнить такое лицо невозможно.

Мы болтали в её кабинете как старые добрые друзья, и я упомянул о разговоре с дочерью. Вера согласилась, что выловить её трудно, журналисты порой тратят на это три-четыре дня.
– Наверное, ангел помог, – улыбнулся я. – Или вы не верите в ангелов и мистику?

Вера вскинула брови.

– Я? Да моя жизнь – одна сплошная мистика!

И певица народа ханты поделилась со мной удивительной историей своей семьи.

Это случилось в начале ХХ века. Однажды молодой охотник в Югре (так ханты и родственный им народ манси называют свою родину) убил в лесу странного соболька. Местные жители считали, что соболёк принадлежал лесной богине. Сородичи, узнав о происшествии, испугались, что владычица леса отомстит людям. Они попросили юношу отдать им шкурку зверька, уверяя, что когда его хозяйка начнёт разыскивать любимца, опытные ханты смогут удержать его дух. Но молодой охотник самонадеянно заявил, что и сам справится с этой задачей. И положил шкурку себе в кису (зимний сапог), привязав её к ноге тремя подвязками.

Когда лесная богиня стала искать своего соболька, шкурка сама выпала из-под подвязок охотника. Увидев, что её соболь убит, владычица тайги прокляла весь род охотника. Сейчас эта история кажется сказкой, но тогда начался такой ужас, что старожилы до сих пор вспоминают с неохотой.

В течение месяца род молодого охотника полностью вымер. Выжили только двое – Павел Песиков с братом. Подростки долго охотились в тайге, а когда вернулись, обнаружили, что почти все жители селения погибли от непонятной хвори. Их отец был ещё жив. Умирая, он издалека прокричал детям, чтобы не вздумали заходить в дом и немедленно уносили ноги из проклятого места. Парни послушали отца и скрылись от гнева богини. Прошли почти триста километров по тайге и вышли к деревне Лямино Сургутского района…

Вера Кондратьева знала, что всё это чистая правда, ведь Павел Песиков – её прадед. А целое селенье тогда действительно вымерло от какой-то болезни.

– Когда я впервые услышала эту историю, – сказала Вера, – сразу подумала: а ведь прадед мог сгинуть в тайге. И тогда бы не родились моя мамочка Татьяна Кондратьева (Песикова), хранитель традиционного фольклора, и моя тётя Аграфена Сопочина (Песикова) известная в городе общественная деятельница и исследователь сургутского диалекта хантыйского языка. Не было бы ни меня, ни моей сестры Жени. Вся большая ветвь нашего рода засохла бы, даже не покрывшись почками. Но этого не произошло.

Впрочем, Веру не удивляет, что прадед сумел выжить в тайге. Павел Песиков был потомственный шаман, очень сильный. Прабабушка Татьяна рассказывала Вере, как однажды он вытащил человека буквально с того света.

Умирал один охотник. Павел заперся с ним в доме и стал лечить. Не было у него ни современных лекарств, ни оборудования, но спустя сутки охотник сам вышел из дома. Был он здоров, хотя и очень слаб.

Сама прабабушка Татьяна была местная, ляминская, из рода Медведя. Природа наградила её необычайной физической силой: могла взять оленя за рога и пригнуть голову к земле. С хозяйством в одиночку управлялась, ходила на охоту, рыбачила, заготавливала дрова. Женихи побаивались таёжной силачки, обходили её стороной. Не родилось в то время в роду Медведя богатыря, достойного Татьяны.

А Павел не побоялся лесной богатырши. После того как оказался в тех краях, долгое время служил у купца Кушникова, там и выучил русский язык. Но после революции 1917 года богатых коснулись репрессии, в том числе и в Югре. Чтобы Павел не попал под раздачу, купец освободил его от служения и отпустил. Тогда-то он и посватался к Татьяне. Так продолжился род Песиковых, много детей у них родилось.

Обычно способность к шаманству передаётся по мужской линии, но и женщин этот дар не обходит стороной. И чем больше поколений им обладало, тем выше шанс, что он перейдёт по наследству к следующему представителю рода.

Предки Веры и Жени Кондратьевых владели этим мастерством, людям помогали, изгоняли болезни. Поэтому никто из родни не удивился, когда выяснилось, что юная Евгения умеет лечить. А вот Вера никакими сверхъестественными способностями не обладала. Впрочем, она не расстраивалась: значит, так угодно высшим силам. Зато у Веры с детства был сильный красивый голос, поэтому, окончив школу, она поступила в Тюменский колледж искусств и в Институт культуры.

– И вот на руках у меня два диплома, – вспоминает певица, – и надо решать, как жить дальше. Можно поехать покорять Москву, можно остаться в Тюмени, а можно вернуться в Лянтор. Я выбрала малую родину, справедливо рассудив, что югорский фольклор больше востребован в хантыйской глубинке, чем на областных и столичных сценах, где правит бал попса.

Девушка честно хотела стать подвижником в провинции, но случилось то, что было трудно предвидеть. Вериному таланту оказались тесны рамки глубинки. Как только клипы Кондратьевой появились в интернете, предложения выступить с народными песнями посыпались отовсюду. Попса оказалась отнюдь не такой всемогущей, как считала Вера. Выяснилось, что в России немало любителей и почитателей этнической музыки.

За неполные десять лет Кондратьева с ансамблем исколесила Россию, побывала в Норвегии, Финляндии, Эстонии, Латвии, совершила тур по Европе, став лауреатом нескольких престижных премий и конкурсов. Она уже не ограничивалась хантыйским фольклором, перевела на родной язык песню Виктора Цоя «Кукушка», а вскоре и сама стала сочинять.

Однажды Вера объезжала таёжные угодья, затопленные водой, – последствие масштабного экологического бедствия после варварской нефтегазовой добычи. Там, где совсем недавно зеленел величавый бор, теперь стояло гнилое болото. Насколько хватало глаз, из воды торчали сухие палки. Лес умер, а вместе с ним погибли и его обитатели.

– Я вдруг почувствовала, что природа изменилась, – рассказывает Вера. – Прямо физически ощутила, как течёт кровь по венам и артериям ещё живых деревьев, как она пульсирует по жилкам и сосудам листьев. Всё вокруг стало живым, дышащим, всё отчаянно вопило о помощи, рассказывало о масштабах трагедии. От этого крика растений у меня чуть не заложило уши. И тогда я поняла, что тоже не обделена шаманскими способностями. Просто они во мне приняли странную форму.

Предки наделили Веру весьма редким даром – умением слышать духов. Голос природы язычники принимали за голоса духов. Может быть, эта способность была у прадеда Павла и именно она помогла ему выжить в тайге?

Осознав свои новые способности, Вера за считаные часы написала песню «Моя земля», ставшую визитной карточкой её ансамбля.

– А раньше вы никогда не слышали духов? – поинтересовался я у Кондратьевой.

– Нет. Потом часто думала, почему я в детстве и юности не слышала духов. Версия такая: эта способность появляется у человека, когда он переживает потрясение, горе, беду. А у меня была довольно тихая, спокойная, счастливая жизнь, все меня любили, всё у меня получалось. И вдруг – смерть живых существ, гибель целого мира… Меня всю перетряхнуло, и проснулись древние силы, которые спали во мне. Но были и другие мистические случаи в моей жизни.

С Кристианом Блаком Вера познакомилась в 2015 году на фестивале в Сургуте.

– Я фольклорист с Фарерских островов, – представился мужчина.

Вера о таких и не слышала, позже узнала, что острова принадлежат Дании.

Кристиан не знал русского языка, однако фаререц и представительница северного народа как-то понимали друг друга. Выручали жесты и самое главное – язык музыки. Потом они ещё не раз вместе пели на одной сцене.

– Хочу пригласить вас на Фарерские острова, – сказал Кристиан перед тем, как они расстались. – Но не на экскурсию. Вам нужно будет выступить с концертами.

Приглашение пришло довольно быстро. Концерты Вера давала, переезжая с острова на остров, 18 островов – 12 выступлений.

– Вы из Югры? – поинтересовались у Веры местные жители. – А у нас есть диск с фольклорной музыкой хантыйского народа. Хотите послушать?

Вера очень удивилась.

– Конечно!

Когда она услышала знакомый голос, не поверила ушам.

– Это поёт моя мама, Татьяна Кондратьева, – сказала исполнительница. – А подпеваю ей я.

И улыбнулась, увидев ошарашенные лица островитян. А потом всё ясно вспомнила, будто это было только вчера.

Хантыйский фольклор тогда собирали эстонцы, строившие дорогу в Лянторе. Они попросили Верину маму спеть несколько песен на родном языке и записали их. Татьяна привлекла к записи совсем юную тогда Верочку. И вот спустя много лет певица на далёких островах в северной части Атлантического океана услышала мамин и свой голоса!

Но самое удивительное Кондратьеву ждало впереди. В аэропорту Вера записывала в ежедневник впечатления от поездки. Подошёл Кристиан, на смеси английского и русского выражал восхищение концертами. И вдруг ткнул пальцем в обложку ежедневника.

– Очень похоже на старинный маяк, который находится на одном нашем острове.

Вера пригляделась и вскрикнула от удивления. В самом низу мелкими буквами было напечатано: «Фарерские острова». Ежедневник она приобрела в 2014 году в лянторском книготорге и даже не удосужилась прочесть надпись на обложке. Вот так совпадение!

– Думаю, место необычному есть в жизни любого человека, – сказала Вера, когда мы прощались. – У кого-то больше, у кого-то меньше. Просто многие люди этого не видят, не замечают, не понимают. Люди вообще не слишком наблюдательны.

Сергей БЕЛИКОВ,
г. Красный Сулин, Ростовская область
Фото автора и из личного архива

Опубликовано в №27, июль 2018 года