СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Любовь, измена Ещё никто не плакал так, как Марио
Ещё никто не плакал так, как Марио
27.07.2018 00:00
По закону в этом случае невеста возвращается домой

Ещё никтоНиколая Петровича, дядю Колю, я встретила в фанзоне Ростова-на-Дону. Он стоял в толпе болельщиков и размахивал флагом Австралии. На фоне невысоких уругвайцев и мексиканцев мой бывший сосед выглядел великаном.

С нашей последней встречи прошло 25 лет. После развала СССР Николай Петрович переехал с семьёй в Австралию, в Сидней. Провожая их, мы, дети, бежали за такси и просили привезти кенгуру.

Спустя несколько лет дядя Коля привёз мешок кенгуру – магнитики на холодильник. Походил по двору, повздыхал, навестил родных и отчалил обратно.

И вот мы случайно встретились. Дядя Коля тут же потащил меня в кафе. Пока вспоминали прошлое, у него то и дело тренькал телефон.

– Извини, это Марио, я его единственный друг, – объяснил дядя Коля немного нараспев и с новыми заграничными интонациями.
– А что с ним? – поинтересовалась я.
– О, Марио – идиот! Но к истории, в которую он вляпался, я тоже приложил руку. Рассказать?

Я никуда не спешила.

Первые годы в Сиднее Николай Петрович работал на мебельной фабрике, жена мыла в кафе посуду. Потом подкопили денег, и дядя Коля попробовал заняться пиццей – этот бизнес ему продал австралийский итальянец Марио, симпатичный малый.

– У него была одна проблема – порядочность. Женился на первой же женщине, которая ответила ему взаимностью, и прожил с ней пятнадцать лет. У них было двое детей, всё прекрасно, но однажды жена изменила ему. Начала работать в аэропорту, познакомилась там с каким-то австралом, – дядя Коля называл австралийцев именно так, – тот был младше неё, и, наверное, случилась страсть. Марио тогда приходил ко мне на работу, сидел среди коробок с пиццей и плакал. Я видел мужские слёзы, но так, как Марио, не плакал никто! Он говорил: «У меня никогда не будет лучшей женщины, я ни разу ей не изменял, даже согласен её простить, но она не хочет!» Для Марио это было не просто горе – рухнула вся его годами выстроенная жизнь.

В тот день к дяде Коле в пиццерию заглянула его жена Марина. Она быстро оценила ситуацию и сказала: «У нас говорят «клин клином вышибают». Надо искать для нашего итальянского друга новую женщину». «Я никого больше не хочу!» – сопротивлялся Марио. Но Марина не слушала. В тот же день купила газету для эмигрантов из бывшего СССР и нашла объявление: «Молодая дама хочет познакомиться с австралийцем».

– Поскольку жена тогда ещё не очень хорошо говорила по-английски, то позвонить попросила меня, – вспоминал дядя Коля. – Поднимает трубку женщина и рассказывает, что это объявление попросила дать её сестра Алла. Сестре тридцать три, она хочет найти свою любовь и переехать сюда из Киева. Я попросил прислать фотографию. Девка на снимке была очень хороша, на вид не больше двадцати пяти, лицо приятное, стройная, грудастая блондинка.

Когда Марио увидел фото, не поверил, что такая красавица может быть одинокой. Но Марина переубедила: у нас таких – каждая вторая, и раз выпал шанс, надо брать!

– Не стали тянуть время и назначили встречу, Алла тогда гостила у сестры в Сиднее, – вспоминал дядя Коля. – Принять её мы решили на нашей территории, потому что Алла не говорила по-английски, а Марио – по-русски. Но когда она вошла в гостиную, я понял, что ни языковой барьер, ни что-либо другое не станут преградой. Итальянец пропал…

Они сидели друг напротив друга, Марио спрашивал банальности и делал комплименты. Дядя Коля старательно переводил и боролся с чувством, что в своём доме он в эту минуту лишний. Алла рассказала, что растит десятилетнюю дочь, работает в Киеве парикмахером и мечтает остаться в Австралии навсегда. «Я тоже хочу, чтобы ты осталась. Со мной», – сказал Марио и покраснел.

Вскоре Алла уехала. Их роман перешёл в письма, которые Марио помогал читать и писать дядя Коля.

– Я был сильно включён в их коммьюникейшн. Иногда становилось неловко, потому что речь шла уже о личном. Тогда я попросил Аллу пойти на курсы английского и избавить меня от роли переводчика. Марио оплатил курсы и оформил для Аллы вызов. Как он её ждал! Приготовил комнату, накупил женской одежды, несколько комплектов украшений, какие-то принадлежности для сна и душа и даже, прости, но это важная деталь, которая много говорит о Марио, – средства гигиены. Алла должна была чувствовать себя как дома.

Алла пробыла у австралийца два месяца. Подтянула язык, освоилась и, пообещав скорое возвращение, с сумками подарков отправилась домой.

Марио потерял покой, ходил по дому, нюхал подушку, на которой ещё недавно спала возлюбленная, потом шёл к Николаю, бесконечно говорил о том, что никого никогда так не любил и хочет жениться.

– Я его поддержал. Если любовь – то почему нет? Марио оформил ей визу невесты и снова подготовил дом к встрече. На этот раз она летела с дочерью, – Николай Петрович погрузился в телефон, покачал головой, погрозил пальцем. – Извини, отвечу ему, он снова пишет. Теперь сообщает, что хочет себя убить. Но, думаю, ничего не сделает, у Марио дети, и ему уже пятьдесят пять… На чём мы остановились? А, да. Алла приехала с дочерью, и на какое-то время Марио пропал. Я не волновался. Ну, знаешь, когда медовый месяц, не до друзей. И вот Марио опять появляется в моей пиццерии и говорит, что у него всё хорошо, кроме одного – за прошедшие полгода близость у них с Аллой случилась лишь трижды. Но сам же и нашёл оправдание: ей нужно время.
– Погодите, дядя Коля, – перебила я. – В вашем Марио должен быть какой-то изъян. Может, он очень некрасивый или дурно пахнет? Или имеет какую-нибудь отвратительную привычку?
– Есть изъян, – согласился дядя Коля. – Он слишком погружается в отношения и готов ради любимой женщины снять с себя кожу. Я говорил ему: поставь вопрос ребром, ты же мужик, а не баба! Но он не мог. Выполнял все её требования: купил машину, клал деньги на карту, одевал, кормил, возил в рестораны. Ей постоянно было что-нибудь нужно. За первые полгода он потратил на неё и её дочь сто тридцать тысяч долларов!
– Ну вот видите, любовь любовью, а расходы в амбарную книгу он всё-таки записывал, – улыбнулась я.
– Там другая ментальность. Мужики очень прижимистые, на их фоне Марио – душа-человек. К тому же бизнесмен, так что ты не права, – заступился за друга дядя Коля и продолжил: – Когда я увидел её через несколько месяцев, это была уже совсем не та Алла. Я привёл другу волка в овечьей шкуре. Алла сидела с надменным лицом, разговаривала свысока, не оставляя сомнений, что она теперь хозяйка. И я сказал итальянцу: присмотрись. Виза невесты действует в Австралии два года – за это время можно проверить отношения и безболезненно расстаться, если что-то пошло не так. Невеста в этом случае возвращается домой.

Но Марио не послушал. Алла жила в своё удовольствие, возила на подаренной машине дочку в школу, кутила в русских ресторанах и обзаводилась новыми знакомыми. Однажды Марио увидел её в городе с мужчиной – они сидели в кафе и целовались. Итальянец приехал в пиццерию дяди Коли настолько расстроенный, что вместо стула сел на мешок с мукой. Николай ругался и проклинал день, когда жена притащила газету с объявлениями.

– Ты думаешь, он её выгнал? Нет! Она сама ушла к любовнику, забрала украшения, которые купил ей Марио, все деньги, что были в доме, дочку и уехала. Итальянец поехал к Аллиной сестре, чтобы та помогла вернуть её. Знаешь, чем закончилось дело? Сестра попросилась пожить у Марио, потому что потеряла работу и ей было трудно платить за жильё. Он принял, надеялся, что этот поступок вернёт ему невесту.

Но Алла не оценила. Вернулась только через год, когда Марио под нажимом русского друга попросил власти аннулировать визу невесты. Через сутки она стояла на пороге у Марио, плакала, целовала ему руки, кричала, что у её дочери никогда не было более доброго отца. Да и сама она, Алла, сильно ошиблась, не оценив душевных качеств итальянца, но теперь, после всего пережитого, кается, любит и готова хоть завтра под венец. Марио отозвал своё заявление и снова окунулся в семейное счастье. Теперь Алла с ним даже спала.

«Ты идиот? – негодовал Николай, узнав о таком повороте событий. – Как только она распишется с тобой, тут же махнёт хвостом!» – «Нет, Коля, нет, – говорил Марио. – Каждый человек может совершить ошибку. Ты не видел её глаз!»

Но дядя Коля не ошибся ни в чём: получив вид на жительство, Алла в тот же день собрала пять объёмистых чемоданов, села в машину и умотала к любовнику.

– Несколько дней Марио не отвечал на звонки, я думал, недалеко до суицида. Но нет, потом вышел на работу и стал трудиться с пяти утра до одиннадцати вечера, просто чтобы не думать о своей беде, – говорил дядя Коля. – Когда я прилетел сюда, Марио написал, что узнал от знакомых: Алла живёт с каким-то русским, тот её бьёт, издевается, а она смотрит ему в рот и терпит. Говорит, что счастлива. Потом он меня спрашивает: все русские женщины такие? А я не нахожу, что ответить… Но самое неприятное, думаю, как только у Аллы закончатся деньги или новый любовник вышвырнет, она опять придёт к Марио. И он снова примет её – с сестрой, дочерью, матерью, с кем угодно. И я ничего не могу с этим поделать.

Мы ещё долго сидели, вспоминали прошлое, а телефон его всё пищал и пищал – Марио изливал свою боль и надеялся, что счастье вернётся.

Светлана ЛОМАКИНА,
г. Ростов-на-Дону
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №29, июль 2018 года