Царские дни и ночи
17.09.2018 19:43
Этот крестный ход – вроде полёта в космос

ЦарскиеВ июле я решил съездить с группой паломников в Екатеринбург на «царские дни» – почтить память семьи последнего российского императора, расстрелу которой исполнилось сто лет. Удивительные события сопровождали нас практически всю поездку.

В районе Воткинской ГЭС наш автобус остановили сотрудники ГАИ. Представьте себе: Удмуртия, два часа ночи, гаишники исполняют свои должностные обязанности на трассе в такой час – это же надо!

Мрачный полицейский окинул взглядом салон со спавшими паломниками и сурово сказал водителю:
– Почему пассажиры не пристёгнуты? Пройдёмте, будем составлять протокол.

Водитель Алексей вернулся через пару минут, улыбаясь во весь рот. Когда отъехали от поста, объяснил:
– Видели бы вы лицо этого мента, когда он выяснил, что мы едем из Ростова в Екатеринбург, чтобы участвовать в крестном ходе, посвящённом столетию расстрела царской семьи. «Что ещё за крестный ход? – спрашивает. – И вы рванули туда из Ростова-на-Дону?» «Ну да, – отвечаю. – А что такого?» «За три с лишним тысячи километров? – у инспектора округлились глаза. – Трое суток на автобусе и столько же обратно? Но зачем, ребята? Чего-чего? Повторите, я не понимаю. Потрудиться во славу Божию? Так, держите ваши документы, и чтобы через десять секунд я вас здесь не видел!»

Полицейского можно понять. Человек невольно теряется, столкнувшись с необъяснимой логикой. Я тогда, кстати, тоже кое-чего не понял. Сотрудник ДПС имел возможность взять с нас деньги, в смысле должен был оштрафовать, несмотря ни на что. Ни землетрясения, ни цунами, ни падение Челябинского метеорита не могли бы помешать гаишнику. Но он не оштрафовал.

Так зачем, ребята? Тот же вопрос нам задал и уральский полицейский. Ну, убили царя Николая, жалко человека. Сто лет – серьёзная дата, кто же спорит? Собралось бы человек пятьсот или тысяча, почтили память, прошли бы от Храма на Крови до Ганиной Ямы…

Но паломников оказалось больше ста тысяч. Божественную литургию возглавил лично Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. В числе прибывших на мероприятие – предстоятели церквей Сербии, Болгарии, Румынии, Америки и Канады.
Шествие растянулось на несколько километров, собрав верующих практически из всех регионов России, а также из десятка других стран. Люди сюда ехали, летели, плыли… Мужчины, женщины, подростки, семейные пары с малыми детьми, священники, казаки шли с песнопениями и молитвами. Кто-то ехал на инвалидной коляске, кто-то передвигался на костылях. Люди несли хоругви, императорские флаги и иконы. Зачем?

А затем, что совесть нас ещё всё-таки терзает. Когда Николаю II предложили покинуть Россию, он сказал, что не бросит свою страну. А народ своего императора оставил. И многим сегодня стыдно за это предательство вековой давности. Крестный ход – хотя бы какая-то жертва во искупление грехов предков. Приехать, помолиться, почтить память, исповедоваться, причаститься, очистить душу – жертва, посильная любому верующему.

Говорят, на Урале ночи холодные даже летом. Однако в ночь с 16 на 17 июля, когда начался крестный ход, стояла жара. Может быть, именно такой была и ночь сто лет назад, когда в подвале Ипатьевского дома большевики расстреливали императора Николая, императрицу Александру, их сына Алексея, дочерей Ольгу, Марию, Татьяну, Анастасию и ещё несколько человек прислуги.

А вот следующая ночь выдалась просто огненной, жара достигла своего пика.

В ту ночь мы совершили второй крестный ход от Алапаевска, где в большевистских застенках содержались сестра императрицы Елизавета Фёдоровна, инокиня Варвара и несколько великих князей – до места их гибели. Правда, в этом шествии участвовало уже не более десяти тысяч паломников. Не каждый может бодрствовать две ночи подряд, да ещё, если перед этим несколько дней провёл в дороге. Тяжело.

Впрочем, положа руку на сердце, что такое наши трудности в сравнении с трудностями тех, в чью память было организовано мероприятие? Нас грызли бешеные комары, а в тела мучеников вонзались свинцовые пули. Участники крестного хода падали с ног от усталости, а великие князья валились на землю под ударами прикладов.

Впрочем, мало кто из паломников жаловался, идти помогали молитвы. Давно заметил: обычная, повседневная логика на таких мероприятиях не работает.

Вот, например, идёт пышущий здоровьем крепкий парень, а рядом с ним еле-еле передвигает ноги старушка. Кто из них быстрее доберётся до конечной точки? Казалось бы, должна победить молодость. Но через несколько километров парень уже плетётся в хвосте, а старушка – среди первых. А почему? Бабушка идёт с верой и молитвой. Для парня же это малознакомое мероприятие, ночная прогулка в гигантском коллективе, а в этом случае легко израсходовать силы задолго до финиша.

Когда трудишься во славу Божию, очень важен мотив. Я помог тащить рюкзак девушке Юлии из города с красивым названием Кунгур. Она совершенно обессилела во время крестного хода, еле ноги волочила. Казалось бы, молодая, сильная, а вот на тебе! Верно говорят: нельзя на крестном ходе терзаться греховной суетой.

– Не стоило мне сюда ехать, – вздыхала Юля. – Когда собираешься в паломническую поездку, душевную боль надо оставлять дома.

Оказалось, девушку бросил человек, в которого она влюблена. История тривиальная: Владимир женат, но с женой живёт как кошка с собакой. Юлия тоже замужем, но её брак давно стал формальным.

С Володей она познакомилась в храме, почувствовали симпатию друг к другу, начали переписываться. И вдруг Владимир прислал эсэмэску: «Я не могу с тобой общаться, это грех».

– Мне стало так больно! – говорила Юля. – Ведь не часто встречаешь человека, с которым, как говорится, на одной волне. Получается, можно быть верующим и принимать эгоистичное и безответственное решение, не учитывая чувства другого. Выходит, общаться – грех, а жить с нелюбимым – нет? Терпеть рядом душевно чужого человека – это нормально? Боимся впасть в грех прелюбодеяния, но будем впадать в грех уныния? Говорят, он менее опасный.

Вот я и поехала в Екатеринбург, чтобы немного прийти в себя, думала оставить проблему дома, а получилось – потащила её с собой. Сейчас не иду, а ползу, и не пойму, в чём дело, ведь я спортсменка. Вы, наверное, будете смеяться, но у меня первый разряд по бегу.

Ну, пожелаем Юлии помощи Божией!

После мероприятия люди делились впечатлениями.

– Я положила коврик прямо перед сценой, где должна была начаться литургия, – говорила одна молодая девушка. – Караулить место пришлось несколько часов, зато потом вся служба проходила прямо перед глазами. Я совсем близко видела Патриарха Кирилла и глав других церквей, стояла и думала: «Может быть, это происходит не со мной? Неужели я действительно нахожусь в Екатеринбурге, в центре этого важнейшего события, когда ровно сто лет назад, день в день, расстреляли царскую семью? Не сон ли это?»
– А я в душе монархистка и очень люблю царя Николая, – призналась женщина постарше. – Но этот крестный ход стал для меня чем-то большим, чем дань монархической идее. Он был какой-то запредельной целью, вроде полёта в космос. Многим хочется полететь, а счастье улыбается единицам. Вот я и решила подстегнуть своё счастье. Впечатления не описать словами, в душе целая буря эмоций! На меня снизошла такая благодать, какой прежде не испытывала.

Я смотрел, оглядывался, прислушивался к своим ощущениям и думал: не только на эту женщину снизошла благодать.

Сергей БЕЛИКОВ
г. Красный Сулин, Ростовская область
Фото: PhotoXPress.ru

Опубликовано в №37, сентябрь 2018 года