СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Прости за то, что мы осудили тебя
Прости за то, что мы осудили тебя
05.10.2018 17:15
Распространённый у мужиков недостаток

ПростиЗдравствуйте, дорогие работники газеты «Моя Семья»! Хочу в этом письме рассказать о судьбе моего соседа. Сначала ему свыше преподали один поучительный урок. А затем – и всем нам.

Случай этот произошёл примерно 25 лет назад. Мне было тогда немного за сорок, и я ещё не была крещёной, но уже догадывалась кое о чём. В нашем посёлке выстроили одноэтажные коттеджи под квартиры для специалистов. Туда селили по две семьи. В одной такой квартире как раз жили мы с мужем и дочкой, а в другой – наши соседи, муж с женой и детьми.

Сосед наш был красивым молодым мужчиной 35 лет. Работал водителем автобуса. Простой мужик, как все. Да и человек, в общем-то, неплохой. Очень отзывчивый. Всегда помогал и при этом никогда не брал денег. Но имелся у него один, увы, очень распространённый у мужиков недостаток – слишком любил выпить. А когда принимал лишнего на грудь, сразу становился неуправляемым. Врубал музыку на всю катушку, кричал, ругался, мог и жену ударить. Дети очень боялись его во время пьянок. Жене и тестю, который тоже жил на нашей улице, особенно доставалось.

Но однажды на работе у мужа соседки произошло несчастье. Автобус во время ремонта снялся с ручного тормоза и прижал соседа так, что у того сломались кости таза и бедра. Отвезли мужика в центральную районную больницу, в хирургию. Мы с его женой и тестем зашли в палату. Когда сосед нас увидел, у него от неожиданности потекли слёзы. Стал он всех нас благодарить за то, что за него волнуемся, просил прощения за свои дикие выходки, за то, что всех обижал по пьяной лавочке. Особенно просил прощения и каялся перед супругой. Мы подумали, что Господь решил его поучить и сосед внял этому уроку.

Его удачно прооперировали, поставили на ноги. Пока сосед находился дома на больничном, в семье его царили тишь, гладь да божья благодать. Вернулся совсем другой человек – тихий, вежливый, благодарный. Соседка, радостная от таких перемен, не ходила, а буквально порхала по двору. Но как только муж вышел на работу и друзья-коллеги вновь оказались рядом, опять всё пошло по-старому: пьянки-гулянки, крик и дебош. Счастье моментально куда-то улетучилось.

Приблизительно через два месяца соседка позвала меня и показала рентгеновский снимок лёгких мужа. Я разобрала врачебное описание: «Тумор левого лёгкого с метастазами. Саркома». Одного лёгкого у мужика практически не осталось, сохранилась лишь верхушка.

Никто из врачей оперировать соседа с такими тяжёлыми показаниями не взялся. Наверное, могли бы это сделать за рубежом, но для заграничного лечения тогда не было никакой возможности.
Назначили соседу химиотерапию. Пару раз он съездил в онкологический диспансер, а после знакомства с ним от лечения отказался категорически. Худел и слабел не по дням, а по часам. Ещё бы, ведь саркома – самая коварная и быстротекущая форма рака.

Недели через три сосед слёг и ходил только по дому. Стояла зима, снега тогда навалило по пояс. Днём почистишь дорожки к дому, а ночью опять метель всё заметает, и наутро дорожек не видно. Я как раз в это время взяла отпуск и лазила по этим сугробам к соседке, чтобы сделать её супругу обезболивающие инъекции, поскольку обладаю соответствующей квалификацией. Иногда среди ночи сосед стучал в стенку, чтобы я пришла и ввела ему очередную дозу лекарства. Но слабел он всё сильнее и вскоре мог лишь сидеть на кровати, окружённый подушками, да и то непродолжительное время. Метастазы поразили горло, глотку; сосед уже плохо глотал, не мог говорить.

И вот как-то после новогодних праздников я пришла к ним и увидела, что у больного течёт изо рта розовая от крови слюна. Я заметила в ней пузырьки воздуха. Явный знак, что начался отёк лёгких. А это означало одно: конец близок.

Его мать и брат тогда находились рядом. Я их вывела в другую комнату и сообщила, что он с большой вероятностью сегодня ночью умрёт. Но мать почему-то вместо того, чтобы посидеть напоследок с сыном, подержать его за руку, собралась и уехала к себе домой – она жила в соседнем селе. Мы остались с умиравшим вместе с его женой и братом. Детей отправили к дедушке.

Сосед начал задыхаться, я дала ему кислород через спирт. Больной тихо улыбнулся и слегка пожал мне пальцы. Потом я сделала инъекцию промедола, дала полдозы реланиума. Сосед успокоился и уснул. А вскоре ушёл – тихо и во сне.

Мы с братом уложили его ровно, связали на груди кисти рук, подвязали челюсть, накрыли простынёй и вышли, прикрыв двери. Было около трёх часов ночи. Брат соседа тоже уехал домой.
Поплакали мы с соседкой немножко и сели на кухне пить кофе и дожидаться утра, чтобы начать решать организационные вопросы. Вскоре зашёл тесть покойного, присоединился к нам. Я сидела за столом лицом к дверям, а отец соседки сел спиной к ним.

«Жалко зятя, – вздохнул тесть. – Такой молодой ушёл! Но ведь Господь уже предупреждал его, дал шанс исправить свою жизнь. Да и сам он, помните, как клялся перед нами, что обязательно станет совсем другим человеком? Так и получилось – сам во всём виноват!»

Но не успел тесть закончить, как дверь комнаты, где лежал покойный, громко заскрипела. Мы разом вздрогнули и переглянулись – все слышали этот звук! Потом я стала свидетельницей ещё более жуткой картины.

Дверь чуть-чуть приоткрылась, и по линолеуму послышались шаги, будто кто-то прошлёпал босыми ногами: «ляп», «ляп», «ляп»… Шаги остановились в дверях кухни. Я никого не видела, но прекрасно понимала, что шаги принадлежат умершему соседу. Перекрестила это место и сказала вслух: «Бог с тобой! Прости нас за то, что мы осудили тебя!»

Последовала пауза, а потом снова раздалось это «ляп-ляп», но только шаги уже удалялись вглубь коридора. Дверь комнаты с усопшим опять заскрипела, а потом закрылась. А ещё я почувствовала дуновение ветерка, очень лёгкого.

Я взглянула на собеседников. Они сидели ни живые, ни мёртвые – бледные как полотно. Смотрели все друг на друга круглыми глазами. Что-то хотели сказать, но только звуки вязли в горле от пережитого потрясения. Потом, когда дар речи вернулся, и жена, и тесть рассказали, что слышали то же самое: скрип двери, топот босых ног. И что самое интересное, испытали такое чувство, будто покойник стоял в дверях словно живой.

Когда рассвело, в дом пришли соседи, друзья семьи. Началась обычная скорбная суета. Мы с соседкой обмыли покойника, одели его. Ещё один сосед побрил его. Затем прибыли родственники и стали готовиться к похоронам. Похоронили покойного достойно.

Во времена СССР нас растили атеистами, мы не верили ни в Бога, ни в существование души, ни в загробный мир. Но после того случая я окончательно убедилась, что всё это существует.

Из письма Натальи Васильевны Весёлой,
пос. Новоприморский, Ростовская область
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №39, октябрь 2018 года