СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Стопроцентное бактериологическое оружие
Стопроцентное бактериологическое оружие
08.02.2019 18:03
Жизни внутри вроде нет, а огоньки горят

ОружиеЗдравствуйте, любимая газета! В зимние каникулы наша семья активно путешествовала. Мы решили, что ребёнок должен познакомиться с Тем Самым Дедом Морозом, который живёт в своей далёкой северной вотчине. Но по пути я встретила необычное существо.

Поскольку мы легки на подъём, решили, что отдавать собаку на передержку в ветеринарную клинику, а самим лететь на край света самолётом в комфортных условиях – это трусость и удел слабаков. Поэтому, чтобы не расставаться со стариной Ральфом на целую неделю, лучше доберёмся до Деда Мороза на своей машине.

Маршрут Москва – Дед Мороз запланировали без единой остановки на отдых. Нет, мы точно не трусы, а самонадеянные идиоты, но смогли, сделали это!

Впечатлений от дороги, от встреч с людьми было очень много, но все они меркнут в сравнении с происшествием, логического объяснения которому я до сих пор не могу найти.

Перед тем как взять обратный курс, решили запастись съестным. Я захотела купить что-нибудь полегче для желудка, чем надоевшие бутерброды с колбасой. Те, кто в пути жить не может без такой еды, потопали в ближайшую мясную лавку, я же взяла Ральфа на поводок и отправилась искать более достойную пищу. Шесть раз поворачивала на перекрёстках, а потом случайно наткнулась на одинокую лавку-булочную. Покупателей обслуживали через открывающуюся часть стеклянной передней стены.

Ещё издалека заметила, что перед лавкой крутился толстенький славный барбос – безусловно, дворняга, кобель, но палевого окраса, как и мой ретривер. Самое странное, что дружелюбный Ральф вообще не отреагировал на пса – в отличие от меня. Пока я выбирала выпечку, мы с тем барбосом смотрели друг на друга и умилялись. В итоге «дворянин» сел на попу и поставил лапы мне на колени. Я поняла, что барбос подключил тяжёлую артиллерию, и обратилась к продавщице:
– Продайте мне что-нибудь для этого «лабрадора», – намёк на палевый окрас и приятную толщину крупной дворняги. – Правда, он явно не голодает, но так уж и быть, заслуживает угощения. Просто невозможный миляга!
– Возьмите котлету в тесте, а лучше две, – посоветовала продавщица, потом почему-то добавила: – Хотя, похоже, он у вас всё-таки голодает.

Я заплатила за две котлеты в тесте 56 рублей, взяла пакетик и повернулась к дворняге. Рядом никого не было, пёс исчез, словно испарился. Как будто несколько секунд назад не ставил мне на колени лапы, выпрашивая угощение.

– А где «лабрадор»? В смысле, толстенькая такая дворняжка? – спросила я продавщицу. – Только что тут крутился, ему я и покупала котлеты. Только деньги вам протянула, а он уже удрал!

Продавщица посмотрела на меня с непониманием.

– Светлый, толстенький пёс, он только что тут был, – повторила я. – Мы подошли, он уже сидел. Вы не видели, куда побежал?
– Так вы своему лабрадору покупали котлеты, – удивлённо ответила продавщица. – Я ещё подумала: худой он у вас какой-то. А никакого другого пса здесь не было.

Но я-то знаю, что был! Я же его не просто видела, мы строили друг другу глазки и перемигивались. А потом пёс поставил на мои колени свои лапы, я помню их тяжесть.

Сквозь стеклянную стену прилавка продавщица рассмотрела только тощенького Ральфа. Почему же она не видела более крупного пса буквально в двух шагах?

Кое-что ещё показалось мне странным, однако эта мысль ускользала от меня, ловить её было уже некогда. Пришло время возвращаться к машине.

Я рассказала мужу о собаке, таинственно растворившейся в воздухе. Ухмыльнувшись, супруг сказал, что пёс наверняка знал, когда в ларёк завезли эти котлеты в тесте, вот и сбежал, побоявшись отравиться. При этом муж выразил готовность слопать угощение вместо таинственного барбоса, но я отказала, заметив, что дешёвые изделия с мясом, купленные специально для дворняги, – стопроцентное бактериологическое оружие. Однако почему-то не выбросила пакет, положила его в дверцу машины.

Там, где обитает Дед Мороз, темнеет рано, в 15.00 наступает ночь. Мы снова неслись по тёмным дорогам, с обеих сторон нас приветствовали только заснеженные ели.

Холодало. В дальнем свете фар крупными хлопьями кружился снег, врезался в лобовое стекло. Очень редко за окном мелькали деревеньки, ещё реже попадались автозаправки. Одна из них неожиданно выскочила на нас буквально из лесу.

Это была плохо освещённая АЗС, оборудованная допотопными колонками, но там в продаже явно имелась вода. Несмотря на все приготовления, мы забыли купить двухлитровую бутылку.

Я вышла из машины и направилась к стеклянному павильону. Заправка выглядела совершенно заброшенной, несмотря на подсвеченные зелёными светодиодными лампочками древние колонки, похожие на высокие комоды, – не чета современным.

Осмотрелась. Внутри павильон освещали только тусклые зелёные лампочки, нельзя было даже разглядеть, есть ли на стеллажах товар. Я подёргала двери, было заперто. И вдруг откуда-то из-за угла появилась тощая высокая собака и побрела в мою сторону. Дворняга палевого цвета, кобель. Он подошёл поближе, сел напротив и устало посмотрел мне в глаза.

Если бы барбос сел на попу и поставил лапы мне на колени, я бы точно потеряла сознание. Потому что это был как будто тот же самый пёс, которого я встретила у хлебной лавки, оставшейся за триста километров отсюда. Только там со мной общался задорный улыбчивый толстячок, а этот – почти скелет. В нюансах собачьего телосложения я разбираюсь отлично благодаря тощему Ральфу. Действительно – не пёс, а кожа да кости!

Я запела привычную песню, которую всегда исполняю при виде таких славных тощих дворняг: «Бедный ты мой! А мне совсем нечем тебя угостить – магазины так далеко». Но тут же осеклась, вспомнив о двух несчастных котлетах в тесте, купленных для исчезнувшего толстого барбоса. Странно, что я их так и не выбросила.

– Жди меня здесь! – приказала я и улыбнулась псу. – Есть для тебя кое-что.

Я побежала к машине, а дворняга поплелась за мной. Ральф увидел его через стекло и весело замахал хвостом.

До этого дня я в своей жизни никогда не видела двух вещей: чтобы собака могла удрать, как только от неё отвлеклись на 15 секунд, и чтобы её палевый двойник так быстро слопал разломанные на части котлеты. Это было что-то нереальное – куски просто испарялись в тёмном воздухе, едва коснувшись заснеженного асфальта. Даже наш вечно голодный Ральф, которому назначен только лечебный корм, не справился бы быстрее, чем этот пёс. А Ральф, между прочим, однажды сожрал с дивана печенье за полторы секунды – пока погасили и быстро включили свет.

Настало время ехать дальше. Я долго гладила тощего пса, а он спокойно стоял рядом, не выказывая вообще никаких эмоций. Разрешал трогать и смотрел на меня обычным преданным собачьим взглядом, хотя и не так проникновенно, как тот толстенький красавчик несколькими часами ранее.

А когда, уже сидя в машине, оглянулась, чтобы в последний раз посмотреть на пса, он стоял на высоком сугробе и заливисто лаял. Очень бодрый, активный пёс – совсем не тот печальный доходяга, который появился из-за угла закрытой, но почему-то освещённой зелёными лампами АЗС с древним оборудованием. Ральф из машины тоже пару раз поддакнул собрату лаем.

До самого возвращения в Москву меня не оставляло ощущение необычности этой рождественской истории. С одной стороны, я чувствовала, что старая заправка как будто показалась нам из другой реальности, а с другой – не могла избавиться от невероятной теплоты и даже радости от встречи с худой собакой. И странное совпадение: если бы не тот толстый палевый пёс у хлебной лавки, нам было бы нечем угостить этого одинокого барбоса.

Уже дома до меня всё-таки дошло, что ещё у хлебной лавки показалось странным. Я поняла: не только добродушная женщина за прилавком не видела толстого барбоса, его не видел и Ральф, который на всех собак реагирует очень живо. Как, например, на доходягу с заправки.

Из письма Татьяны,
г. Балашиха, Московская область
Фото: Марина ЯВОРСКАЯ

Опубликовано в №5, февраль 2019 года