Гнев каменных дева
22.02.2019 19:14
Есть место, где люди не болеют

Гнев каменных дева«Иисус Господь – жизнь», «Царство Божие», «Гряди, Господи»… Проезжаешь мимо посёлков в горно-таёжных областях Хакасии и диву даёшься: какие Кисы и Оси оставили эти надписи на склонах окрестных холмов и гор? А ведь некоторые выложены белым камнем – кто-то потрудился. Сразу вспомнила памятные строчки Егора Летова: «В Сибири наблюдался католический бум…»

– Да бросьте, какие католики? – смеётся наш гид дядя Коля. – «Может быть, выше, в горах, но не в нашем районе». А в начале девяностых сюда приезжали протестантские секты, всякие адвентисты, пятидесятники – поди их разбери. Настоящее нашествие! Вот они и оставили для привлечения местного населения наглядные «транспаранты». Только им это не особо помогло.

Дядя Коля родился и прожил в Хакасии всю жизнь. Орджоникидзевский район, горы Кузнецкого Алатау. Когда-то здесь кипела жизнь, работали шахты, рудники, золотые прииски. Но шахты и рудники давно заброшены, население выживает как может, хотя места эти не просто благодатны – они пронизаны многотысячелетней историей и незримой мистической силой.

Наверное, Хакасия – единственный регион России, напоминающий лоскутное одеяло, сшитое из всех климатических зон. Не такая уж и большая республика, а в ней степи, тайга, горы, даже пустыни. Но ничто не сравнится с районами северо-западной Хакасии, расположенными в Минусинской котловине. Климат здесь уникальный и настолько благодатный, что раньше эти места даже называли «Сибирской Италией».

– Местные практически не болеют ни простудами, ни гриппом, – просвещает меня дядя Коля. – Мы такой ерунды даже не знаем.
– Это как? – удивилась я.
– Здесь у нас даже воздух целебный, насыщенный ионами соли от степных солёных озёр. Видела их, наверное, когда ехала по степи? Сюда раньше астматики со всего Союза приезжали. Но сейчас жарко, воздух уже не так чувствуется. Эх, жалко, ты весной не приехала, тут такое… Сколько лет живу, а не перестаю удивляться, хочется дышать и дышать.
– А почему вы не убираете эту «агитацию и пропаганду»? – я снова обратила внимание гида на творчество сектантов. – Уродует весь вид.
– Дашь ума за ними убирать, – хмыкнул дядя Коля. – Они убрались сами, и слава богу. А может, наши места им помогли. Ты курганы в степи видела?

Как же их не увидеть? В некоторых местах курганы уходят за горизонт. Серо-жёлтые камни, воткнутые в землю. Здесь куда ни ткни – обязательно заденешь какой-нибудь древний могильник или святилище. Райский климат привлекал в эти места ещё людей каменного века. А во времена египетских пирамид тут поселились таинственные строители капищ со светлыми волосами и глазами. Они были похожи на европейцев, а вовсе не на сибирские народности. До сих пор неясно, откуда пришли эти люди – то ли с иранских гор, то ли из Восточной Европы. Пришли, а через столетия растворились в местных племенах, рождая новые культуры, которые, в свою очередь, уступали место очередным пришельцам.

Но, что интересно, все они передавали друг другу древние знания, словно эстафетную палочку. Вот, например, могильник Окунёвской культуры, конец III тысячелетия до нашей эры. Дикие охотники и собиратели, но уже знали продвинутую металлургию не хуже, чем развитые цивилизации Древнего Востока. Что самое поразительное, наблюдали за небесными светилами, строили свои священные камни с учётом точек восхода и захода солнца в дни зимнего и летнего солнцестояния. Откуда такие знания у примитивных народов?

– А потом сюда пришли двухметровые рыжеволосые великаны, – словно продолжил мою мысль дядя Коля. – Вот их курганы ты и видела в степи.
– Знаю, – кивнула я в ответ. – Тагарцы или динлины, самые восточные из скифов.

Могучие степные воины середины I тысячелетия до нашей эры создали загадочное степное государство, от которого осталось только полузабытое имя в китайских хрониках – «динлин». И они тоже восприняли дошедшую до них мудрость предшественников, чтобы потом, через другие народы, передать её предкам современных хакасов.

Динлины первыми встали на пути гуннов – яростно сопротивлялись, но из-за своей малочисленности были уничтожены под корень. Однако и гуннская орда обломала зубы о тагарцев, из-за чего нашествие этих азиатских варваров на запад приостановилось на несколько столетий. Помню, как смотрела на изображение древнего рыжеволосого скифа в местном музее и размышляла: возможно, это неведомый спаситель всей европейской цивилизации? А если бы гунны не встретили сопротивления и пришли в Европу намного раньше? На их пути не встали бы германцы, зато как на блюдечке лежала Римская республика, раздираемая гражданскими войнами. Страшно даже подумать.

– Это я к чему говорю, – снова вырвал меня дядя Коля из путешествия по реке времён. – С одним проповедником как раз произошёл странный случай.
– Древние боги его прогнали? – с усмешкой спросила я.

Хакасский гид вдруг посерьёзнел.

– А ты не шути, шутки эти плохие. Вот и те ребята дошутились. Сама, наверное, понимаешь, мало кому здесь понравились сектанты. Ходят, религиозные песни поют. Вот ребята из одного села и решили их проучить. Один молодой проповедник частенько заходил в магазин – с ним сельчане были шапочно знакомы. Парни и пригласили его в гости посидеть, выпить, а заодно рассказать о Христе. Тот на радостях согласился.
– Погодите, дядя Коля, – прервала я рассказчика. – Так ведь эти протестанты по идее должны быть непьющими?
– Так оно и было, – усмехнулся гид. – И этот сектант – вроде Юрой его звали – тоже поначалу отказывался. Но мужики сразу заявили: у нас так не положено, иначе даже слушать тебя не будем. А куда Юре деваться? Видимо, не шибко у них большой «улов» вышел в наших местах, приходилось цепляться за то, что есть. В общем, согласился немного выпить.

Угадать дальнейший ход событий было нетрудно.

– И ваши мужики, конечно же, его напоили.
– А много ли надо непьющему человеку? – хохотнул дядя Коля. – Но это было только началом их глупой затеи. Вечером ребята взяли Юру под руки, отвезли на грузовичке в степь к одному могильнику. Там рядом стоят четыре каменные стелы, вроде как склеп. А они ещё здоровую каменную плиту приволокли. Положили пьяного сектанта в склеп и накрыли сверху тяжеленной плитой. Пять или шесть мужиков еле смогли её поднять, а уж одному и подавно с места не сдвинуть. В общем, отсыпался Юра-сектант замурованным в склепе. Щели между камнями есть, дышать можно, но выбраться – никак.

Посмеялись обалдуи, посмотрели на закатное солнышко и уехали. А утром их разобрало любопытство: как там проповедник? Решили проведать. Приехали, а «склеп» разбит на мелкие кусочки, будто в него авиабомба попала. Юры нигде нет, на стенках следы крови. Парни перепугались: одно дело пошутить, совсем другое – за свои шуточки по этапу пойти. Стали искать Юру. Но больше всего мужиков испугало ночное происшествие: кто же разметал все эти камни?

Юра нашёлся через день в одном селе километров за сорок от кургана. Пришёл туда сам, живой, оборванный, окровавленный, с отсутствующим взглядом и седой как лунь. Ничего не помнил. Когда проповедники его отыскали, то быстро снялись с места и уехали восвояси, и больше их здесь никто не видел. Ну а мужики шутить с древними камнями с той поры зареклись.

Я поёжилась от пробежавших по спине мурашек.

– Занятная история. Главное, все живы остались. А мне рассказывали, в одном посёлке у вас до сих пор каменный идол стоит, очень древний.

– Так это Тас Хыз, Каменная Дева, – пояснил дядя Коля. – Но появилась она недавно, пятнадцать лет назад её установили в посёлке Сарала. Там тоже история будь здоров! Представляешь, идолу пять тысяч лет, а он валялся в куче мусора недалеко от берега реки. Нашли, очистили и обнаружили, что у камня женская фигура. Видимо, в советские времена эту каменную бабу снесли, когда первые колхозы появились. А потом выгребли ножом бульдозера вместе с дёрном, когда размечали новые огороды. А может, ещё раньше снесли, никто из старожилов уже не помнит.

Но нашей Деве ещё повезло. Когда в восьмидесятые строили дорогу около посёлка Туим, то распахали место погребения древней царицы в круге камней. Уникальный объект, ему тоже пять тысяч лет. Профессор Кызласов с коллегой еле успели провести исследование того, что осталось. Как же он ругался! Так ведь дорогу даже переносить не стали. Пришлось археологам перетаскивать священные камни метров на двадцать в сторону, чтобы установить их в точности как на изначальном месте.

Дядя Коля рассказал, что теперь местные поклоняются Тас Хыз, считают своим божеством, хотя ещё недавно и не знали о её существовании. Точно так же и алтайцы почитают мумию татуированной «Укокской принцессы», считая её одним из своих священных предков, хотя эта скифская женщина с волосами цвета соломы скорее состоит в родстве с жителями Центральной России.

У Тас Хыз просят здоровья, благополучия роду. Говорят, Каменная Дева помогает семейным парам, которые долго не могут завести детей. У древнего менгира лежат подношения, а на самом камне видны следы «кормления» Тас Хыз маслом или сметаной. Учёные давно предлагали перенести Каменную Деву в местный музей, где проще сберечь памятник и обеспечить охрану. Однако и шаманы, и местные жители выступают за то, чтобы оставить Тас Хыз там, где стоит сейчас.

– С восстановлением Тас Хыз приключилась ещё одна история, – поведал дядя Коля. – Никто ведь не знал, где она стояла раньше. Говорят, сначала решили водрузить Деву около администрации. Но как только начали, сразу разыгралась непогода, чуть ли не ураган налетел. Поняли, что Тас Хыз гневается, не хочет вставать на чужое место. Потом с помощью шаманов определили точку, где Каменная Дева стояла раньше.

По словам дяди Коли, эти проявления силы древних камней – вовсе не бабьи сказки. Есть в Хакасии ещё одна каменная баба времён Окунёвской культуры – Улуг Хуртаях тас. Она намного древнее Каменной Девы. Когда археологи увезли её в Абакан, в степи пересохли все ключи. Лишь после возвращения священного камня в «порт приписки» родники забили вновь.
И это только малая часть историй про здешние места силы.

Олеся БАЛАКИРЕВА
Фото автора

Опубликовано в №7, февраль 2019 года