СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Богема Анна Дубровская: В ту ночь я прыгала на кровати от радости
Анна Дубровская: В ту ночь я прыгала на кровати от радости
11.03.2019 15:10
ДубровскаяОдна из самых интересных актрис нашего времени Анна Дубровская, к сожалению, редко снимается в кино, но каждая её работа запоминается. Возможно, главную кинороль она ещё не сыграла, хотя уже начала над ней работать, когда Сергей Бодров позвал эту актрису в свой фильм «Связной». Но съёмки картины трагически оборвались в Кармадонском ущелье. С тех пор в жизни Анны стало ещё меньше кино. Однако она много работает в театре, и здесь у неё огромный успех.

– Как же получилось, что в вас, актрисе от бога, в родном городе Минске таланта не увидели? Хотя в Москве приняли в самые престижные театральные училища.
– Когда в Минске прослушали наш класс, лишь мне и ещё одной девочке посоветовали выбрать другую профессию. В последние школьные годы я училась в заведении с театральным уклоном. Там работал замечательный педагог, актёр Минского ТЮЗа, который сделал со мной отрывок из «Воскресения» Льва Толстого. Его я читала в Минске, и вот итог… Конечно, очень сильно расстроилась. Но если честно, я хотела учиться только в Москве. И первая неудача меня не сломила. С этим же отрывком поступала в московские училища и везде прошла до конкурса – и у Олега Павловича Табакова, и у Павла Осиповича Хомского, и у Андрея Александровича Гончарова. А выбрала Щукинское училище. Слышала ещё дома, что это самый сильный театральный вуз. Меня взял на курс Владимир Владимирович Иванов, театральный педагог и режиссёр Театра имени Вахтангова. Годы учёбы были в моей жизни самым счастливым временем. Я застала великих педагогов.

– Что вас больше всего привлекало в профессии актрисы? Может, повлияло то, что мама работала актрисой театра оперетты и вы часто с ней там бывали?
– Я действительно часто бывала с мамой в её театре. Наверное, на меня повлияла такая близость к сцене с самого раннего детства. Однако далеко не все дети артистов стремятся в эту профессию. Я довольно рано стала понимать, как велика там конкуренция, сколько тяжёлого труда требует работа артиста и сколько разочарований связано с такой профессией. И всё равно знала, что хочу стать только актрисой – это была внутренняя потребность. Театр – это образ жизни. Я с детства всё понимала. У меня не было иллюзий, что судьба актрисы –стоять в роскошном платье на вершине лестницы с красной ковровой дорожкой.

alt

– Чем ещё увлекались в детстве, и что было на первом месте?
– Разумеется, в первую очередь музыкальная школа. Мама работала в Театре оперетты, и начальное музыкальное образование у детей подразумевалось само собой. Моя старшая сестра окончила музыкальную школу, потом консерваторию и стала профессиональным музыкантом. Я с четырёх лет занималась фигурным катанием, танцами, гимнастикой, акробатикой. Потом добавилась музыка. В общем, свободного времени не было. Ездила на другой конец города с двумя пересадками. Иногда меня возил дедушка, иногда – мама или папа. Впрочем, родители разошлись, когда мне исполнилось семь лет. Мой жизненный график составляла мама, это была её прерогатива. Конечно, я сопротивлялась, порой просто ненавидела музыкальную школу, хотя педагоги видели во мне будущую пианистку.

Дубровская– У вас теперь взрослая дочь Нина, и она тоже актриса. Стремление в профессию у неё проявилось рано?
– Буквально в первые два-три года жизни. Она от природы очень артистична и уже в раннем возрасте могла петь арии из оперетт, которым её научила бабушка. Пела даже в электричке. Разумеется, Нина тоже окончила музыкальную школу, а поступать пошла в Щукинское училище. Три года отработала в театре «Сатирикон» у Константина Райкина, а сейчас работает в независимых театральных проектах и снимается в кино. Скоро на Первом канале выйдет сериал «Диагноз сердца», в котором Нина сыграла одну из главных ролей.

– Сейчас вы в браке с Вадимом Дубровицким. Расскажите, как пересеклись ваши судьбы.
– Вадим Дубровицкий – режиссёр и продюсер, у него своя продюсерская компания. Мы познакомились на пробах к фильму «Иванов» по Чехову. Я пробовалась на главную роль, меня утвердили. К концу съёмок стало понятно, что мы уже не расстанемся. А кино – очень хорошее. Картина получила приз критики на Московском международном кинофестивале. Несколько раз мы участвовали с этим фильмом в Днях культуры России в разных странах, на разных континентах. Его показал телеканал «Культура». Но странная история у нас с кино на телеканалах. Хорошим фильмам дают время в эфире ближе к полуночи, и мало кто их видит.

– Надеюсь, после того как вы стали супругами, муж продолжает снимать вас в своих фильмах?
– Да, конечно. Недавно Вадим как режиссёр снял «Дачный роман», «Женский детектив», фильм «Сценарий» по Алексею Слаповскому. Завершается работа над полнометражным фильмом «Залиния» по сценарию Ярославы Пулинович, очень талантливого современного драматурга. Я занята во всех этих картинах.

– Есть актрисы театра, и есть актрисы кино. А вы?
– Я актриса театра. С кино у меня роман не сложился. Хотя постоянно поступают предложения, но сниматься где попало мне не хочется. Была одна роль, с которой я связывала большие надежды. Это случилось, когда меня утвердили в картину Сергея Бодрова-младшего «Связной». Думала – наконец в моей жизни началось кино. Таким было предощущение. Главнейшая роль: женщина, вокруг которой трое мужчин, причём один из них – герой Сергея Бодрова. Роль мистическая. Моя героиня – наркокурьер, при этом человек, обладающий сверхспособностями. Она могла стереть события из памяти человека. Сценарий странный, сложный, полифонический, захватывающий, в нём так много всего было заложено. По жанру – и мистический триллер, и притча, и детектив. Это могло стать произведением искусства. Но превратилось в трагедию после страшного происшествия в Кармадонском ущелье. И теперь в конце этой истории стоит вечный знак вопроса. У меня в тот вечер был спектакль «Отелло», я летела с Кавказа в Москву ярким солнечным утром и жалела, что не осталась там. Оператор мне говорил: «Жаль, что ты с нами не едешь. Это самое красивое место на земле». А ведь он очень много по свету путешествовал… (Анна Дубровская по счастливой случайности избежала гибели во время схода ледника Колка, унёсшего жизни членов съёмочной группы Сергея Бодрова. – Ред.)

– Роль Дездемоны в спектакле «Отелло» сделала вас знаменитой в театральных кругах: премия «Чайка» в номинации «Обольстительная женщина» и премия «Триумф», которая тогда была очень значимой.
– Роль прекрасная! Режиссёр Евгений Марчелли требовал нехрестоматийного прочтения шекспировской пьесы. Моя Дездемона – не невинная жертва ревности, а хулиганка и провокатор. Помню отзыв известного критика в прессе той поры: «Дездемону хочется убить сразу. То, что она изменит, было понятно с первых минут». По задумке режиссёра, она очень живая, жизнелюбивая. Обожает нравиться окружающим. Так что у Отелло были все основания её ревновать. В роли Отелло – Владимир Симонов, а в роли Яго – Сергей Маковецкий. Критики и профессионалы высоко оценили спектакль, все артисты получили массу премий. Но зритель массово не пошёл. Тогда вообще в театрах не было таких аншлагов, как сейчас. Время было непростое. О том периоде говорят, что Вахтанговский театр находился в застое. А ведь у нас тогда ставили Фоменко, Мирзоев, Виктюк.

alt

– Но всё-таки не только в театре, но и в кино вам довелось работать с режиссёрами, чьи имена сейчас известны всему миру. У Андрея Звягинцева, например, вы снимались в первом фильме. Было ли в нём уже тогда нечто особенное?
– То, что это человек одарённый, было видно сразу. Он личность, причём со стержнем. Спустя пару лет, помню, я приехала на гастроли в Сургут и, засыпая в гостинице, смотрела канал «Евроньюс». Вдруг вижу Андрея на кинофестивале в Венеции, ему вручают главную награду, «Золотого льва», за фильм «Возвращение». Это его режиссёрский дебют в большом кино. И тогда, в Сургуте, я стала прыгать на кровати от радости. Это так честно по отношению к нему. Парень приехал из Сибири, никаких связей и знакомств, – и такая победа с первым же фильмом. Заслуженная победа.

– И ещё у одного знаменитого режиссёра, Тимура Бекмамбетова, вы снялись в обоих «Дозорах». Вам эти фильмы принесли настоящую известность, не так ли?
– Столько было разговоров, правда. Но что людей так привлекает в этом «Дозоре»? Фильм начали снимать вскоре после истории с Сергеем Бодровым, я долго отказывалась. А когда сказали, что меня утвердили на роль, запросила очень высокую ставку, полагая, что это их остановит. Но они согласились. Мне тогда это было и не нужно, и не интересно. Однако «Дозор» стал первым российским блокбастером и наделал много шума. Я задавалась вопросом: почему? Что в этом фильме такого? А когда недавно его пересмотрела, то поняла, что это было кино на уровне. Ведь то, что сейчас порой снимают, – это же ужас…

Дубровская– Всё-таки вы действительно актриса театра. Одна из ваших последних премьер в Вахтанговском – мадам Бовари в одноимённом спектакле. Знаковая роль, согласитесь?
– Действительно, такие роли для актрисы – подарок свыше. До этой премьеры у меня был достаточно долгий период простоя в Театре Вахтангова. И если бы я не имела возможности работать на стороне, мне было бы очень сложно справиться с такой масштабной ролью. Но за это время в «Ла Театре» Вадима Дубровицкого я сыграла Раневскую в «Вишнёвом саде», где мои партнёры – Станислав Любшин, Ольга Волкова, Владимир Стеклов. И ещё роль Элен в очень успешном спектакле «Любoff». Так что у меня не было шанса потерять профессиональные навыки. Что касается мадам Бовари, мне приходится на сцене проживать всю её жизнь, от юной девушки до падшей женщины, которая в итоге покончила жизнь самоубийством.

– В романе Флобера проходит тема супружеской неверности, которая и сегодня не исчезла из повестки дня. В чём причина этого, как вы полагаете?
– Причина, на мой взгляд, в том, что мужчины мельчают. Это с одной стороны, а с другой – женщины стали чересчур сильными, приобретя мужские качества. И непонятно, кто виноват в этом. Вообще произошла девальвация интимных отношений. Не так давно, ещё в моей юности, толчком к роману была влюблённость. Эти отношения окутывал флёр нежности, там присутствовали какие-то тонкие вибрации. А сейчас о вибрациях даже речи не идёт, отношения зачастую начинаются с секса, им же и заканчиваются. И если девочка воспитана нормальным образом, она чувствует в подобной среде свою ущербность. Я наблюдаю это и у своей дочери, и среди детей своих знакомых. Чем чище девочка, тем больше у неё проблем с поисками пары.

– Сейчас многие женщины растят детей в одиночестве и часто психологически «ломают» ребёнка. Какие вещи в отношениях с детьми, по вашему мнению, недопустимы?
– Чем взрослее я становлюсь, тем осторожнее даю советы. Я воспитала дочь, но, если честно, так и не поняла, что такое воспитание. Это сложно, ответственно и индивидуально. Формирование человека и степень твоего участия в нём – очень деликатный вопрос. Мне кажется, люди приходят в этот мир уже со своими характерами. Иначе как объяснить, что в одной семье совершенно разные дети? А те, кто «ломает» своих детей, – просто неумные люди. Я сама, наверное, совершала ошибки, ребёнок был очень ранний. Единственное, о чём уже сейчас могу сказать, – мы с дочерью дружим, мы с ней близки. Она приходит ко мне обсуждать свои духовные искания. Но порой мы друг друга и не слышим, всё бывает. Но мы родные и потому не отдаляемся.

– Представим такую фантастическую ситуацию: вам дана возможность что-либо изменить в устройстве общества. Что бы вы в первую очередь поменяли?
– Первое, что хотелось бы сделать, – чтобы люди, которые принимают решения, были профессионалами и обладали талантом. Чтобы они имели отношение к искусству, если речь идёт о кино или театре. Самая большая проблема в этом смысле сегодня на телевидении. Непрофессиональные люди принимают решения, кто будет снимать кино и кто будет сниматься в этом кино. Обидно и ужасно. В советские времена, как бы к ним ни относиться, всё-таки существовал профессионализм во всех сферах. И сегодня мы вспоминаем, какие тогда снимались фильмы, мы их по сей день смотрим с восторгом. А сегодняшние ремейки тех кинокартин – просто жалкое зрелище. Поэтому в кино у нас такие провалы, да и в других сферах. Вот эту тенденцию я бы изменила в первую очередь.

Расспрашивала
Эвелина ГУРЕЦКАЯ
Фото: PhotoXPress.ru

Опубликовано в №10, март 2019 года