СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Самое страшное место России
Самое страшное место России
02.08.2019 00:00
Здесь приносили человеческие жертвы

Самое страшноеГоворят, пещеры лечат, есть даже такая отрасль медицины – спелеотерапия. Из-за естественной минерализации пещерный воздух напоён кислородом и потому целебен для астматиков. Другие люди в пещерах избавляются от клаустрофобии: кто преодолел себя и протиснулся через узкие ходы и гроты, тот больше не боится замкнутых пространств. Но есть в пещерах один страх, с которым трудно справиться.

Моё знакомство с хакасскими пещерами состоялось недалеко от посёлка Коммунар Ширинского района республики. Между прочим, один из центров золотодобычи, о чём красноречиво свидетельствует дорожный указатель, испещрённый дырами от ружейных пуль: «Коммунар, Богом дарованный».

Сколько же творческих личностей затягивает в свои карстовые бездны спелеология! Например, местный гид Коля в обычной жизни комбайнёр-передовик. Я уж думала, эта порода тружеников вымерла. Или Ирина Александровна, один из крупнейших специалистов по летучим мышам. Когда-то она жила в большом городе, но страсть к науке и перепончатым крыльям привела её в этот горно-таёжный край. Ирина переехала в маленькое село, где обосновалась в ветхой избушке. «Рукокрылого материала» в окрестных пещерах хоть отбавляй.

Теперь Ира в сезон водит по пещерам туристов, зарабатывает копеечку. Единственная возможность в этих местах достучаться до внешнего мира – забраться на гору и поймать слабый сигнал далёкой вышки сотовой связи. Но это ерунда по сравнению со здешними красотами. Зато до Агафьи Лыковой почти рукой подать, всего парочка «суворовских переходов».

Больше всего в Ирине Александровне меня восхитила научная честность. Эта женщина взяла шефство над историческим наследием местных пещер, где до сих пор можно увидеть артефакты ледникового периода. Хотя могла бы легко загнать древности по хорошей цене в интернете.

– Тс-с! Только никому не рассказывайте, – просила нас с мужем Ирина Александровна, приподняв в пещере какой-то камень. – Только вам покажу как историкам.

Под камнем оказалась небольшая ямка в земле, где лежали кости и ещё что-то.

– Это челюсть пещерной гиены, – объяснила проводник в подземное царство. – А это – осколок наконечника копья древнего охотника, по-видимому, неандертальца. Им примерно двадцать-тридцать тысяч лет. Основную часть находок учёные вывезли из пещеры, но это осталось. Чтобы туристы не растащили, приходится прятать.

Что местные пещеры способны вытворять с человеком самые разные фокусы, я слышала давно. Ира продемонстрировала нам весьма простой трюк, но даже от него у меня прошёл мороз по коже.

– Стойте здесь, сейчас кое-что покажу, – попросила она, затянув нас с супругом в дальний уголок пещеры. – Посветите вон туда. Смотрите!

Ирина показала в дальний угол грота. Ничего особенного – буро-красноватая стена, сталактиты, освещённые фонарями наших касок. И тишина, прерываемая лишь редкой капелью. До стены метров десять, не больше. Казалось, до некоторых известняковых сосулек можно дотянуться рукой.

– И долго нам смотреть? – пожал плечами муж.
– Минут пять, сами всё поймёте, – ответила Ира. – А я вам пока приготовлю сюрприз. Никуда не уходите и не отводите взгляда от стены. Скоро вернусь.

Гид ушла, мы остались одни.

– Интересно, что она нам приготовила? – прошептал муж. – Наверное, какую-нибудь редкую летучую мышь.

Вдруг в круге света показалась фигурка.

– Мышь! – чуть не взвизгнула я, но потом едва не прикусила язык. В свете фонариков в углу дальней стены пещеры карабкалась Ира – но крохотная, размером с мышонка, будто её уменьшили голливудские мастера спецэффектов. Мы сидели с разинутыми ртами.

Наконец за нашими спинами заплясал свет Ириного фонарика. Мы обернулись: гид возвратилась к нам в привычном размере.

– Что это было? – не поняла я.
– Обман зрения, – улыбнулась Ира. – Кажется, до стены рукой подать, но на самом деле до неё примерно сто метров. Это самое безобидное, что может сбить вас с толку в пещерах. Бывают вещи и посерьёзнее.

О них нам рассказали Володя и Миха, двое молодых проводников – 25-летние весёлые раздолбаи, но лишь на первый взгляд. На самом деле ребята – опытные профессионалы, излазившие почти все пещеры в округе. Миха вообще летом ходит в пещеры исключительно босым, а там температура в любое время года четыре градуса. И парень никогда не простужается, настоящий экстремал.

– Жуму ослабь! – командует Миха Володе, спустившись с нашей группой вниз.

Жума на языке спелеологов – карабин, регулирующий спуск и подъём по привязанному тросу, незаменимая вещь, если хотите спуститься в пещеру и выбраться живыми.

– Понял, – отзывается Володя вполголоса и тут же кричит: – Камень!

Мы, как учили гиды, быстро отступаем назад. Вблизи троса грохнулся небольшой булыжник, задетый сверху Вовой.

«Камень!» – единственная команда, которую в пещерах разрешено произносить громко, чтобы все слышали, иначе можно получить им по голове. Если вы задели камешек и он упал, а внизу люди, эта команда обязательна. Во всех остальных случаях разговаривать нужно тихим голосом – из-за опасения возможного обвала.

– А если «белый спелеолог» появится, какая звучит команда? – хихикнул кто-то из группы.

Воцарилось молчание.

– Запомни: то слово, которое ты только что использовал, произносить в пещерах нельзя, – прервал молчание Миха. – Просто запомни. Это закон.

Когда мы вышли из пещеры, ребята стали разговорчивее. Но поблизости от пещеры всё равно не решились откровенничать, только в автобусе немного оттаяли.

– Для вас это суеверие о духе погибшего спелеолога, но мы знаем, что он существует, – рассказывал Миха. – Случаев встречи с ним множество. Называть его так, как вы зовёте, у нас не принято даже дома, в обычной обстановке, а в пещерах – вообще строгий запрет, иначе он может обидеться и наказать.
– Как наказать? – не поняла одна девушка. – Убить?
– Некоторые «весельчаки» срывались в пещерах на ровном месте, хотя были хорошо закреплены, – ответил Миха. – Но порой он помогает, особенно «чайникам».

Я подсела поближе.

– А можно поподробнее?
– Был случай, – присоединился к разговору Вова. – Группа прошла пещеру и уже поднималась наверх по отвесной стене. Возвращались на свет божий по очереди. Но одна девчонка-новичок никак не могла справиться с тросом, задержалась, запуталась. Ничего не получалось.
– Что, не выходит? – спросил её последний член группы внизу.
– Да вот застряла, – сказала девчонка и заплакала.
– Твою мать! – выругался мужик. – Не реви, иди сюда.

В два счёта наладил девушке тросы и скомандовал:
– Всё, пошла!
– Спасибо! – поблагодарила девчонка и взмыла вверх, карабкаясь по стенам.

Наверху её встретил руководитель группы. Он выглядел крайне недовольным.

– Почему так долго копалась? – спросил девицу.
– Не сразу разобралась с верёвками. Хорошо, хоть ваш коллега помог.
– Какой коллега? – не понял руководитель. – Ты оставалась последняя, остальные уже вышли.

Так все поняли, кто именно помог девочке.

Впрочем, по словам ребят, «белый спелеолог» далеко не самое страшное явление в местных пещерах.

– Завтра мы сводим вас в пещеру Чёрного Дьявола, – пообещали Миха с Вовкой. – Между прочим, она считается самым страшным местом России.

В отличие от того, о ком в подземных гротах не говорят, о Кашкулакской пещере проводники могли рассказывать часами; это место ещё называют пещерой Белого Шамана. Но когда я узнала, что там происходит, поначалу даже отказывалась туда спускаться.

Гора Кашкулак, в которой расположена пещера, не похожа ни на какую другую в этой местности. Она напоминает голову медведя – с двумя «ушками» на вершине. Есть версия, что Кашкулак – это всё, что осталось от древнего вулкана. Кашкулакская пещера являлась культовым местом не только для хакасов, но и для более древних народов, живших здесь с незапамятных времён. Тысячи лет люди приносили здесь жертвы духам, в том числе и человеческие.

В пещере обнаружены остатки жертвенника и кострищ вокруг огромного сталагмита в форме фаллоса. Его закопчённая поверхность говорит сама за себя. Считается, что пещера впитала в себя тёмную энергию древних шаманов. Здесь часто выходит из строя фото- и видеоаппаратура, а люди чувствуют головную боль и необъяснимый страх.

– Однажды я там потерял сознание, – признаётся Володя.

А ведь он – здоровенный детина, не верящий ни в бога ни в чёрта.

Парни рассказали ещё одну историю. В шестидесятые годы группа студентов решила спуститься в пещеру. Больше их никто не видел. Наружу выбрались лишь две студентки – день спустя. Одну девушку в невменяемом состоянии подобрали охотники, её поместили в клинику для душевнобольных. Вторую обнаружил наряд милиции посёлка Ширы. Девчонка шла по улицам совершенно седая, с бледным лицом и искусанными в кровь губами. В руках сжимала фигурку из камня, которую ни за что не хотела отдавать. Её тоже положили в психушку, там студентка и умерла через месяц от загадочной болезни – врачи так и не смогли установить причину. С тех пор о Кашкулакской пещере поползла недобрая слава.

С другой стороны, к этому месту потянулись любители острых ощущений со всех концов страны. Для некоторых знакомство с пещерой Чёрного Дьявола проходило без происшествий, люди даже расстраивались. Но другим «везло».

По рассказам очевидцев, обычно это происходит так: внезапный приступ ужаса и необычные видения. Одним чудится жуткое чудовище с туловищем медведя и окровавленным человеческим черепом вместо головы, другим – огромные вороны на груде костей, третьим является безобразный старый шаман в потрёпанной лисьей шапке с рогами, бьющий в бубен и трясущийся в ритуальном танце. Жестами он как бы зовёт к себе.

В 1980-е учёные из Новосибирска заинтересовались феноменом Кашкулака и установили в пещере специальную аппаратуру. Исследователи обнаружили весьма странную аномалию: электромагнитное поле там постоянно колебалось, причём был зафиксирован очень устойчивый импульс, шедший откуда-то снизу. Бывало, сигнал пропадал на два-три дня, иногда исчезал на неделю, но затем неизменно возвращался. Источник, по-видимому, находился глубоко в недрах горы. Установить его природу специалисты так и не смогли, некоторые предполагали, что он искусственного происхождения. Так это или нет, но в нижнюю часть пещеры Чёрного Дьявола обычных туристов не пускают.

– Будьте осторожны, – напутствовал нас с мужем Миха перед спуском в пещеру. – Если что, сразу посигнальте, я иду следом.

Я видела этот жуткий сталагмит, действительно напоминающий детородный орган. Но ещё страшнее показалось сплетение сталактитов, похожих на оскаленную пасть. Может, именно она навевает кошмары, а вовсе не таинственная чёрная энергия?

Впрочем, знакомство с пещерой для нас прошло без эксцессов – ничего сверхъестественного ни я, ни муж не почувствовали. А вот потом…

Потом мне несколько месяцев подряд снился этот проклятый жертвенник. Но видела я не туманную картинку, как это обычно происходит в сновидениях, а будто замерший стоп-кадр. Словно перед моими глазами кто-то поставил чёткую фотографию и не убирал – настолько реалистической она выглядела: жертвенник совершенно не двигался. Я просыпалась в холодном поту. Слава богу, это наваждение прошло.

Сегодня толпы любопытствующих посещают пещеру Чёрного Дьявола в поисках неизведанного опыта. Спускаются в гроты, вслушиваются и всматриваются в темноту. Турфирмы собирают на этом интересе неплохую жатву. По слухам, хакасские шаманы хотят возобновить в пещере обряды, и становится не по себе от мысли, что они могут разбудить силы, которые скрываются в глубинах этого места.

Лично я не согласилась бы туда вернуться ни за какие коврижки.

Олеся БАЛАКИРЕВА
Фото из личного архива
Имена изменены

Опубликовано в №30, июль 2019 года