СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Ангел регулярно обходит свой участок
Ангел регулярно обходит свой участок
22.10.2019 18:49
Этот вопрос вывел из строя даже компьютерную программу

Ангел регулярноЗдравствуйте, моя любимая газета! Я ваша постоянная читательница. Решила написать в рубрику «Небо и земля» – хочу обратиться к отцу Александру Дьяченко.

Добрый день, отец Александр! Коротко расскажу о том, что меня заставило написать письмо. Мы с мужем Борисом прожили вместе 46 лет, а знакомы были 48. В последние годы у мужа отказали ноги, и я за ним ухаживала. Он получил инвалидность I группы.

С Борисом мы никогда надолго не разлучались. Если только раз в год я могла выехать куда-нибудь к друзьям, оставив супруга на попечение сына. Он живёт отдельно, но в те времена соглашался недолго пожить вместе с отцом в нашем доме.

Не знаю до сих пор, почему я спонтанно надумала уехать к подруге в Сергиев Посад на целых пять дней. Обратный билет был у меня на руках. Хотя, если честно, я совсем не думала о поездке. Но будто меня кто-то гнал из дома.

23 сентября 2018 года мы с мужем разговаривали по телефону. Голос супруга показался мне бодрым, даже весёлым. Борис рассказал, что они вместе с сыном уже два дня кашеварят без меня, всё у них хорошо. Спросил, когда я собираюсь возвращаться, ответила, что через два дня. На следующий день мы с подругой пошли в храм и в час дня уже вернулись. Вдруг звонит сын и сообщает, что наш папа ушёл в мир иной. Внезапно. Я срочно выехала, к ночи уже была дома.

Похоронили мужа достойно, хотя из-за переживаний я многого не помню. Всё пролетело перед глазами, словно в тумане. Вот только сейчас начинаю вспоминать, как всё прошло, но до сих пор не могу осознать, что Бори больше нет рядом. Невестка занималась похоронами и заказала в церкви всё, что нужно для усопшего. Вещи у мужа на такой случай были собраны давно, с этим проблем не возникло. Но когда после похорон уже прошло некоторое время, я обнаружила, что его нательный крест остался дома.

Борис не носил крестик на груди, говорил, что он ему мешает. Тогда я пришила крестик к подушке мужа. Когда приехала из Сергиева Посада, супруга уже увезли в морг. В таком состоянии из-за суматохи я совсем забыла про его крест. Теперь не знаю, как с этим крестиком поступить.

Знакомые говорят, что мой Борис не хотел при мне умирать – очень боялся, что жене станет плохо. Поэтому какая-то сила, видимо, и отправила меня из дома. Я мужа очень любила и до сих пор люблю. И, наверное, так символично, что именно в день нашей с Борисом регистрации в загсе, 8 июля, теперь отмечают замечательный праздник – День семьи, любви и верности.

Спасибо, что меня выслушали. Я сильная и это испытание обязательно пройду. Простите, может, сумбурно получилось изложить свои мысли и переживания, но уж как смогла. Каждые сорок дней я заказываю в церкви службу за упокой души раба Божьего Бориса. Батюшка, я буду очень благодарна вам, если вы разъясните мои тревоги.

Храни вас Господь!

Из письма Валентины,
г. Киров, Калужская область

Комментарий священника

Здравствуйте, Валентина! Во-первых, хочу выразить свои соболезнования в связи с утратой дорогого вам человека. Прожить вместе полвека, делить кров, ложе и стол, а потом в одночасье расстаться – это очень и очень тяжело. Такую тяжесть не облегчает даже осознание, что каждый из нас приходит сюда лишь на время. Много лет я провожаю усопших, говорю на эту тему с прихожанами, призывая заранее готовиться к этому важнейшему событию нашей жизни.

Замечаю, как по-разному мы относимся к самому факту смерти в зависимости от возраста. Ребёнок вообще на эту тему не думает, особенно если родители далеки от церкви и тема жизни и смерти в семье в принципе не оговаривается. Как человек пришёл в этот мир и зачем, чего ищет? Если эти вопросы не волнуют взрослых, не волнуют они и детей.

В то же время ребёнок видит, что рядом из жизни уходят старшие родственники или кто-нибудь из соседей. Но сам факт смерти воспринимается им спокойно, малыш не представляет, что когда-то и ему самому предстоит умирать. В среде верующих дети способны задумываться и рассуждать на тему смерти, но только не своей.

Наблюдаю за внучками. Они регулярно бывают на службах, исповедуются и причащаются. Однажды к ним в гости приехала бабушка с другой стороны, в нашей общей семье по возрасту она самая старшая. Полина, ученица 1-го класса, обратилась к старушке, не ожидавшей подвоха: «Бабуля, когда ты умрёшь?»

Бабушка – человек неверующий, поэтому вопрос застал её врасплох. Она заволновалась, не зная, что ответить. Возможно, решила, что тема её смерти активно обсуждается в семье внучек. Иначе ребёнок не задал бы вопрос в такой категорической форме.

На самом деле девочка понимала, что бабушка как самая взрослая непременно должна помнить о смерти. Бабушка не знает, что Полина своим вопросом уже вывела из строя программное приложение «Алиса». Сначала компьютер умолкал в недоумении, потом «заглючил» и вовсе перестал отвечать на команды.

Привычка жить по инерции, не задумываясь, обесценивает и значение смерти. А значение огромно. И совсем не всё равно, как ты будешь уходить из жизни. Недаром все мировые религии уделяют этому вопросу большое внимание. Христианство говорит о нескольких этапах человеческой жизни.

Человеческая жизнь зарождается в материнской утробе, и первый, девятимесячный, этап жизни человека проходит там. Затем мы входим в мир, который представляет собой подготовительный этап к нашему возвращению домой. Недаром Библия называет людей лишь странниками и пришельцами, поскольку подлинный наш дом находится на Небесах.

Здесь мы проходим школу, готовясь к «выпускным экзаменам», по результатам которых на Небесах и определят, пускать нас домой или нет. Но до Страшного суда даже рай и ад оказываются лишь временными пристанищами для душ, разлучившихся с телами. В раю воссоединение с телом ожидают души тех, кто ещё в земной жизни встретился со Спасителем, покаялся в грехах и делами уподобился Христу. Остальные обитают во аде. Таков третий этап человеческой жизни.

Четвёртый, последний, этап наступит после всеобщего воскресения и Страшного суда. Апостол Павел учит, что праведники, воскресшие подобно Христу в новых преображённых телах, обретут вечное блаженство, находясь рядом с Богом, а нераскаявшиеся грешники вместе с ангелами тьмы будут ввергнуты в огненное озеро.

Разумеется, это только образы будущего века, но, согласитесь, образы впечатляющие. Вот почему смерть как рубеж, после которого покаяние уже невозможно, занимает такое важное место в человеческой жизни.

Я прочитал в интернете размышления одного человека. Он сравнивает, как всего век назад умирали наши предки. Они загодя готовились к переходу, старались пригласить родных и близких. Со всеми прощаясь, испрашивали друг у друга прощение и просили молитв. К умиравшему обязательно приглашали священника. Человек каялся в грехах, соборовался и причащался Тела и Крови Господней.

Существовал такой обычай. Прощаясь, умиравший дарил что-нибудь каждому, кто приходил. Иконочки, крестики, платочки – всё на молитвенную память. Человека заботило, чтобы после кончины о нём молилось как можно больше людей.

Помню, как меня с одним батюшкой пригласил наш знакомый. Понимая, что дни его сочтены, он снял со стены две иконы – Иисуса Христа и Пресвятой Богородицы. Один образ подарил мне, второй вручил моему товарищу. «На молитвенную память, – сказал знакомый. – Не забывайте обо мне». Сейчас эта икона находится у меня дома, и всякий раз, молясь утренним или вечерним правилом, я смотрю на Господа и вспоминаю того, кого уже много лет нет на этом свете.

В одной деревне женщина после последнего соборования и причастия велела родственникам завернуть в простыню икону и отдать мне, чтобы я поминал рабу Божию. Это люди ещё той, старой формации. Они продолжали соблюдать традицию.

Обычно священник большую часть из того, что ему дарят, передаривает другим, но только не в этом случае. Иконы, переданные умирающими, остаются у меня дома, я не дерзаю их отдавать. И когда почувствую, что время моего ухода близко, я, в свою очередь, раздам образа на молитвенную память.

Кстати, издавна существует обычай приносить в храм продукты на помин. Как правило, это хлеб, сахар, подсолнечное масло, мука. Что-то из продуктов идёт на общую трапезу, остальное раздаётся малоимущим. Сейчас это происходит всё реже, хотя традиции уже сотни лет.

Мы не думаем о вечности, и весть о тяжёлой болезни сражает нас наповал. Человек лечится в надежде исцелиться, при этом редко задумываясь, что болезнь может иметь другой финал. Даже старые люди хватаются за любую возможность отсрочить неизбежное. Делаем всё, чтобы исцелиться телом, крайне редко вспоминая о душе. Человек годами может лечиться, а в храм ни разу не зайти. Потому если и зовут священника к умирающему, то всё чаще – лишь когда болезнь заходит совсем далеко. Иногда больной не сообразит, кто я такой, а уж чего я от него добиваюсь – тем более.

Наш приход включает в себя посёлок в несколько тысяч душ и жителей окружающих деревень. Храм один, служу я тоже в одиночку, и кладбище одно. Практически всех усопших, за исключением единиц, в последний путь проносят через наш храм. И я заметил, что народ умирает будто бы волнами. Редко когда уходят по одному. Например, могут умирать каждый день всю неделю. Потом затишье недели на три – и снова волна. Такое впечатление, словно ангел смерти регулярно обходит порученный ему участок по заранее заданному маршруту. Пришёл, осмотрел свою «грядку», собрал плоды и двинулся дальше.

Разговаривал с отцами из других приходов, у них точно такая же картина. Будто нас постоянно оценивают, следят за развитием, решают, какому «огурчику» ещё повисеть в теплице, а какой пора и срезать. А мы этого не замечаем и живём так, словно всё в этой жизни определяется исключительно нами самими.

Люди умирают, а о них не молятся. Поначалу, когда ещё остро ощущается потеря, могут зайти и поставить свечку, но потом и этого не делают. Оно и понятно: сама мысль о приближающейся смерти человеку, далёкому от Бога, невыносима. Чем реже об этом думаешь, тем спокойнее себя чувствуешь. Многие полагают, что физической смертью всё кончается, не понимая, что с этого момента всё только начинается.

Валентина, вы очень хорошо поступаете, что заказываете поминальный сорокоуст по мужу. Молитва по усопшим – дело необходимое. Если при жизни человека я приходил к нему домой и он успел покаяться и причаститься, тогда независимо от того, поминают ли его родственники, я продолжаю поминать его самостоятельно. Чувствую ответственность за эту душу. Потому что она на меня надеется.

Крестик, оставшийся после мужа, вы можете оставить себе на память. Можете освятить его и носить, а можете подарить кому-либо из близких. Если никто не согласится, а вы не хотите, чтобы крестик оставался дома, принесите его в храм и отдайте дежурному за свечным ящиком.

Вам сейчас очень нелегко, и может казаться, что на вас лежит какая-то часть вины в скоропостижной кончине супруга. Да и просто не хватает человека, ставшего частью вас самой, ибо муж и жена становятся единой плотью. Скажу, что через молитву вы продолжите общение с мужем. Проверьте мои слова: молитесь о нём, и заметите, как вам станет легче. И ему будет хорошо от вашей молитвы.

Ещё наши предки настоятельно советовали творить дела милосердия в память об усопших. Вы можете жертвовать какие-то суммы на лечение больных детей, на строительство храмов и тому подобное. Захочется плакать – поплачьте, но помните, что слишком частые слёзы ведут к унынию, а уныние – большой грех. Не стоит слишком часто ходить на кладбище. Знайте, день поминовения усопших – суббота.

Дорогая Валентина, спасибо, что вы написали это письмо. Спасибо, что не забываете дорогого вам человека. Любовь в нашей жизни – это самое главное. Любовь и милосердие и есть то, чего от нас добивается Бог.

Протоиерей
Александр ДЬЯЧЕНКО
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №42, октябрь 2019 года