Бог, где ты был?
05.11.2019 20:36
Зачем несмышлёному человеку испытания и трудности

Бог, где ты был Здравствуйте, уважаемая редакция! Недавно со мной произошло событие, которое заставило кое о чём задуматься. Меня интересует вот что: как относиться к несчастным случаям, которые происходят сразу после причастия?

Моя мама была очень верующим человеком, особенно в последние годы жизни. Ни дня не проводила без молитвослова. Утром, незадолго до сна и перед приёмом пищи всегда читала молитвы перед образами. Пыталась и меня к вере приобщить. Я прислушивалась, читала духовную литературу, даже Библию пыталась изучать, но так и не стала верующим человеком. Меня что-то останавливало, я не могла до конца поверить, что Бог действительно есть. Только из-за мамы соблюдала кое-какие обычаи, чтобы её не расстраивать.

Мама умерла три года назад. Похоронили её по-христиански, я заказала отпевание и сорокоуст. Теперь ежегодно перед годовщиной маминой смерти хожу в храм, чтобы заказать панихиду, дома зажигаю свечу перед её портретом и читаю короткую молитву об упокоении души. Всё для того, чтобы облегчить ей пребывание в другом мире.

Вот и вчера была очередная годовщина. У меня гостила маленькая внучка, а дети собирались приехать после обеда, чтобы посетить мамину могилку. Но в церковь нужно идти с утра. Мы с двухлетней внучкой поехали туда на такси – церковь находится недалеко от моего дома, но стоит на возвышении, и в гору с маленьким ребёнком мне идти тяжело.

Приехали в храм, я поставила свечу перед образом распятого Христа, где молятся об умерших. Прочитала молитву, походили с внучкой по церкви, она с интересом рассматривала иконы. Вскоре началась служба. Оказывается, в тот день причащали маленьких детишек.

Мы стояли в сторонке, наблюдали, как батюшка причащал малышей. И тут к нам подошла одна из прислужниц:
– Чего же вы стоите? Вставайте в очередь, пусть батюшка и вашего ребёночка причастит.
– Но мы не записывались на причастие, – ответила я.
– Ничего страшного, – пояснила женщина, – причастят и вашу девочку.

Я подумала, что действительно нужно воспользоваться случаем.

Батюшка перекрестил внучку, дал ей из ложечки выпить какую-то жидкость, вытер ротик красной тряпкой. Потом ей дали кусочек просвиры и воды. Мы ещё немного постояли в церкви и пошли домой пешком. Под горку же!

Шли с ней по наклонному тротуару со ступеньками, вдруг внучка вырвала ладошку из моей руки и побежала вниз. Я испугалась и помчалась за ней. Рядом дорога, широкая трасса. А что если несмышлёнышу придёт в голову выскочить на дорогу? Но внучка очень шустрая девочка, догнать её сложно – бегает как метеор.

Мы неслись по тротуару, я уже почти догнала ребёнка – осталось лишь руку протянуть. Но внезапно внучка запнулась и упала, стукнувшись лбом об асфальт со всего разбегу. Я подхватила её на руки, на моих глазах на лбу у ребёнка вздулась огромная шишка с кровоподтёком! Малышка заплакала, и я побежала с ней на руках в сторону дома, пытаясь успокоить. А в голове роились самые страшные мысли о сотрясении головного мозга, о черепно-мозговой травме и прочих подобных вещах. Я запаниковала, не понимая, что же следует предпринять в первую очередь. Вызывать сразу «скорую» или бежать домой, приложить холод к шишке, успокоить?

До дома оставалось около 800 метров, я решила всё же добежать. Тем более что была суббота, а у нас маленький городок, где в больнице нет ни МРТ, ни компьютерной томографии, в стационаре только дежурный педиатр. Вот я и решила пока понаблюдать за состоянием пострадавшей. И, поверьте, я бы не сидела сложа руки, если бы заметила какую-нибудь угрозу.

В первую очередь уложила внучку на кровать, намочила холодной водой полотенце, приложила к шишке. Успокоила ребёнка, дав бутылочку с молоком. Она выпила молоко и сразу уснула. Рвоты не было, сознания девочка не теряла, и я подумала, что всё обойдётся.

Внучка спала, я меняла полотенца и продолжала размышлять, что же делать. То, что она быстро уснула, показалось плохим признаком. Но я глаз с неё не сводила, наблюдала. Не выдержала, спустя полтора часа всё-таки разбудила, чтобы не пропустить нехорошие симптомы. Да и отец должен был вот-вот подъехать. Решила дождаться его и следить за ребёнком, чтобы при малейших нехороших признаках вызвать неотложку. Когда папа внучки приехал, я ему всё рассказала честно и убедила, что надо обязательно показаться неврологу. Они живут в большом городе, там есть всё необходимое для обследования.

Девочка проспала полтора часа, проснулась как ни в чём не бывало. Сейчас она уже дома, с ней пока всё хорошо – тьфу-тьфу-тьфу. Я же за это время чуть не поседела от переживаний. Руки тряслись весь день.

И вот какая мысль меня посетила: причастие – это ведь Таинство, когда человек имеет возможность соединиться с Богом не только духовно, как в молитве, но и физически. Где же был Бог, когда внучка неслась по тротуару? Почему Он не уберёг её, не защитил? Да простят меня истинно верующие люди, но моя вера в Бога в тот момент пошатнулась, и очень сильно. Быть может, я несправедлива к Всевышнему, но пусть это будет только мой грех. Хотя и не считаю преступлением неверие, точнее, в моём случае – маловерие.

Да, я понимаю, сама виновата в том, что случилось. Сама себя казню который день и места не нахожу. Мы же спокойно шли, разговаривали. Внучка уже очень хорошо говорит. Всю дорогу оставалась абсолютна послушной. Хотя, зная эту девочку, нужно было действовать на опережение. Я так и хотела поступить – перейти с ней дорогу, миновать огромный газон и ступить на тропинку в сторону дома, где нет опасных троп и собак, которых внучка так боится. Там уже можно её спокойно отпускать. А я ослабила руку лишь на мгновение, чтобы взять ребёнка на руки, вот она и вырвалась. Когда несёшься под горку, тем более сложно остановиться. А тут ещё девочка увидела, что я бегу за ней, и с весёлым визгом припустила быстрее.

Ищу ответы на свои вопросы, читаю, что пишут людям священники в похожих случаях, но мне становится лишь непонятнее. Например, вот что говорят батюшки: «Каждому причастнику Господь подаёт то, что ему необходимо в данный момент. Кому-то радость, чтобы вдохновлённый Святым Причащением человек шёл дальше с большей уверенностью, а кому-то – испытания и трудности. Ведь не для временного благополучия мы приобщаемся, а для вечного, чего не достичь без терпеливого несения собственного креста».

Но ведь на причастии была не я, а внучка! Почему Господь решил, что ребёнку – маленькому, несмышлёному человеку, практически ангелу – нужны именно трудности и испытания? Ей-то это зачем? Она же ничего не поняла из Таинства!

Возможно, мне следует самой пообщаться со священником. Я это и собираюсь сделать. Может, он в моей сумбурной голове расставит всё по местам и снимет с меня удушающее чувство вины.

Понимаю, что Господь, скорее всего, именно меня наказал за маловерие. Я уже получила по заслугам сполна. Три дня глубочайшего стресса, и ещё неизвестно, будут ли у внучки последствия от удара головой. Да и как скажется на моём здоровье перенесённый стресс – тоже большой вопрос. Но почему Бог наказывает так, а не другим образом, и именно после причастия? На эти вопросы у меня пока нет ответов.

Из письма Зарины
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №44, ноябрь 2019 года