Мышка и Мишка
20.12.2019 17:49
Встречайте Новый год правильно

Мышка и МишкаКак правильно встретить Новый год, чтобы он оказался счастливым и беззаботным? Главное, соблюдать традиции. Ну и, конечно, изучить восточный гороскоп, понять, что за зверь к нам идёт и как его привечать.

Говорят, если грядёт год Свиньи, Быка или другого съедобного зверя, нельзя ставить на праздничный стол мясо – напугаешь скотину, она в страхе убежит и удачу унесёт. А если животное теплолюбивое и экзотическое, вроде Змеи, надо отправляться в жаркие края.

Помню, в год Лошади, в полночь, я гоняла на коньках вокруг дома. А как иначе? Лошади ведь бегают. В год Тигра кидала с балкона кусочки мяса и кричала «кис-кис». А в прошлом году в парке под ёлкой зарыла в сугроб кости. Видимо, годовая Собачка их хорошо погрызла, поскольку лаяла звонко, но не кусала. А сейчас должна Мышка прибежать и хвостиком махнуть.

Помню, в 2008 году она отлично пробегала…

С Анечкой мы познакомились в бюро технического перевода, я туда частенько приносила тексты на сверку. Аня, словно раб на галере, казалась пристёгнутой к письменному столу невидимой железной цепью.

– Что в Новый год делаешь? – спросила Анечка.
– С друзьями в поездку собираемся.
– Везё-ё-ё-ёт.

Слово «везёт» Аня всегда произносила с чувством и длинным вздохом. Не знаю почему, но умная и красивая Анечка, обладательница двух высших образований, считала себя самым несчастным человеком на свете. Мне иногда казалось, что на любую фразу, например, «я сегодня зубы почистила» или «меня вчера машина сбила», – в ответ услышу Анино «везё-ё-ё-ёт».

– Везё-ё-ё-ёт тебе, – вздохнула Анечка. – На выставках работаешь, людей встречаешь.
– Так пошли со мной, – предложила я. – Сейчас каждый вечер тусовки.
– Не, там иностранцы, – упиралась Анечка, – как я с ними разговаривать буду?

Всё же мне удалось уговорить Аню.

На презентации, организованной модным журналом, она повеселилась на славу. Пригубила красного вина с галантными французами, белого – с говорливыми итальянцами, а залакировала всё пивом с разухабистыми немцами. До такси я тащила Аню, как раненого бойца, на плече, а она всё повторяла: «Хочу! Хочу! Хочу!»

– Да чего хочешь-то? – я в сердцах тряхнула приятельницу за воротник.
– Замуж хочу!
– Новый год скоро, напиши письмо Деду Морозу.
– Точно! – встрепенулась Аня. – Поехали в Лапландию? Я с ним лично поговорю.
– Мы с друзьями едем в город Мышкин, – пояснила я. – На носу год Мыши.
– Тогда и я с вами, – приняла волевое решение Аня.

Город Мышкин по тем временам и городом назвать было сложно – три двора, два кола. Но поскольку компания собралась большая, мы не скучали. А уж сувенирные мыши там водились повсюду – деревянные, глиняные, тряпичные и соломенные.

На центральной площади горожане слепили огромного снеговика в виде Мыша, вокруг частоколом натыкали морковки. Но мы с Аней пробрались через это ограждение и под спинкой у мышки вырыли норку.

– Хочу в следующем году замуж выйти, – трепетным шёпотом произнесла Аня и засунула в норку несколько кусочков сыра. – Мышка, приведи мне Мишку! Или Колю, Петю, Васю, неважно.
– Мышка, организуй мне норку. Хоть маленькую, хоть кривенькую, но свою! – я следом отправила горсть орехов и половинку яблока.

Норку мы слегка запорошили снежком, сделали руками несколько шаманских пассов и, довольные содеянным, отправились праздновать дальше.

После Нового года мне позвонил коллега, переводчик Игорь.

– Оль, ты ведь в строительстве разбираешься? – простонал он в трубку. – Можешь к проекту присоединиться? У нас беда.

Ситуация выглядела печально. Из Италии приехал архитектор, автор проекта. Оглядел стройку и впал в истерику: перекрытия провисают, стены «плывут», по весне цементная хибара стопроцентно рухнет. На личном вертолёте прибыл заказчик, в бешенстве потребовал найти виновных и жестоко покарать. Рабочие упали на колени и дружно указали на прораба, прораб – на проектный отдел, те – на главного инженера. Но инженер не растерялся и быстро нашёл крайнего – толмача, который переводил документацию.

– Оля, помоги! – чуть не плакал Игорь. – Ты же знаешь, кто это строит, меня живым в землю закопают!

Я, естественно, отказалась. Сослалась на то, что о строительстве осведомлена исключительно на уровне кирпича – чем керамический отличается от силикатного. Но предложила отвести архитектора в бюро технического перевода, там работают настоящие асы, всё досконально проверят, проведут экспертизу и разложат по полочкам. На том и порешили.

Игорь привёл архитектора. Синьор выглядел мрачным и нелюбезным. «Ишь, надулся как мышь на крупу, – подумала я. – Кого же он мне напоминает?» Но едва мы вошли в офис и Анечка подняла на нас свои фиалковые глазки, произошло чудо. Небеса разверзлись, грянул гром, и ввысь взметнулись разноцветные фейерверки. Именно так и выглядит любовь с первого взгляда.

А меня озарило. Синьора звали Микеле, а ведь именно Мишку просила Аня у Мышки в волшебную новогоднюю ночь! Да и похож итальянец был на пухленького мыша: серо-седенький ёжик волос, глазки-бусинки, над губой усики щёточкой.

Через полгода мы выдали Анечку замуж, и счастливые молодые укатили в Сан-Ремо.

И меня чудеса не заставили долго ждать. Нежданно-негаданно я написала и продала сценарий, а на гонорар купила «норку» – комнату в коммуналке. Об одном жалела – надо было у Мышки просить норищу побольше. В следующем году Быка я решила упереться рогом и во что бы то ни стало вернуться в кино. Только надо всё правильно сделать.

Аня встретила меня в аэропорту Сан-Ремо. Пока везла на машине до дома, щебетала без остановки. Всё у неё продумано. Утром 31 декабря мы выезжаем в Канны, номера в гостинице забронированы, столик в ресторане заказан. А потом бутылка шампанского на лестнице Дворца фестивалей и салют на пляже.

– После этого ты точно станешь кинозвездой, – подытожила Анечка. – И счастливой, как я.

Всё вышло замечательно. Но когда вышли из ресторана, вдруг выяснилось, что бутылку шампанского Микеле забыл в машине.

Франция – это вам не Россия, где за час до Нового года можно сгонять в магазинчик и докупить зелёного горошка или шампанского. Тут все лавки закрыты, буржуа попрятались по домам. Микеле расстроился и занервничал.

– Я быстренько сбегаю к машине.
– Одного не пущу! – отрезала Аня. – С тобой пойду.

Своего мышонка она держала на коротком поводке.

В ожидании супругов я прогуливалась по набережной. На плече висела профессиональная камера в кофре. Я мечтала, чтобы меня запечатлели для истории на каннской лестнице, посему и нарядилась как дурочка: белое пальто и белые сапоги на высоченных каблуках. Зимой в Европе так никто не одевается.

Народ поглядывал на меня с интересом. Понятно, что актриса, но вдруг кинозвезда? Пожилая пара японцев принялась меня фотографировать, а потом, смущённо кланяясь, они попросили расписаться в блокнотике. На лестнице отирался какой-то мужичонка, тоже с камерой. Снимал всё подряд. Полночь неумолимо приближалась, и мне стало неспокойно. Что же я, Золушка, даже на балу с принцем не потанцую?

– Синьор, – окликнула я мужичка и протянула камеру. – Поснимайте меня, пожалуйста!

Мужчина смущённо улыбнулся.

– Извините, я не понимаю по-итальянски, – услышала я английскую речь.
– Ничего страшного! – рявкнула я по-английски. – Берите мою камеру.

И принялась бегать по лестнице, посылая воображаемым поклонникам приветы и воздушные поцелуи.

Прибежали запыхавшиеся Аня с мужем, почти одновременно звонко вылетела пробка из бутылки, а над пляжем громыхнул праздничный салют. Все закричали «Ура!», принялись обниматься и целоваться, желая друг другу счастья в новом году. Незнакомца тоже угостили шампанским. Из любезности я поинтересовалась, кто он, откуда и чем занимается.

– Гордон, – представился иностранец. – Живу в Лондоне, кинопродюсер.

От удивления я едва не лишилась сознания. Неужели всё так быстро?

А утром меня разбудил телефонный звонок из Москвы.

– Ты жива, здорова? – поинтересовалась директор актёрского агентства Марина.
– Назови мне того, кто первого января жив и здоров, – прохрипела я в ответ.
– Да есть такие… гении. Не отдыхается им даже в праздники, – вздохнула Марина и назвала фамилию живого «классика». – Вот ни жить ни быть – на пробы тебя завтра требует!

Через час я уже сидела в поезде и двигалась в сторону аэропорта. Аня на мой стремительный отъезд обиделась. Новый знакомец Гордон тоже расстроился, но пообещал в ближайшее время прилететь в Москву.

И хотя «классик» на роль меня не утвердил, прогулки по каннской лестнице даром не прошли. В кино я вернулась и активно снималась. Так что, друзья, встречайте Новый год правильно!

Поэтому – кто куда, а я опять в Мышкин!

Ольга ТОРОЩИНА
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №50, декабрь 2019 года