СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Я буду говорить, а ты повторяй
Я буду говорить, а ты повторяй
24.07.2020 00:00
Этот заговор можно произнести только три раза

Я буду говоритьЗдравствуйте, уважаемая редакция! В молодости у моего отца был друг, дядя Илья, – во второй половине 1960-х годов оба работали водителями в совхозе, жили рядом. Захаживали друг к другу в гости, помогали в хозяйственных делах. Изредка после бани распивали на кухне бутылочку. Но чаще просто пили чай, настоянный на смородине, и беседовали за жизнь. Обычно мы, дети, пропускали эти разговоры мимо ушей, а в тот раз я невольно прислушалась: уж больно необычную историю рассказал папин друг.

Хорошо помню дядю Илью: красавец под два метра, и голос громовой. Мой отец ростом поменьше, но голосом тоже не был обделён. Когда они с папой на нашей кухне вели задушевные разговоры, мы их хорошо слышали в каждом уголке квартиры. Разговаривать тихо отец с дядей Ильёй не умели.

Такими вечерами мама, как обычно, хлопотала по хозяйству и в мужских посиделках не участвовала. Мы, дети, тоже занимались своими делами, мужские разговоры нас не привлекали. Зачем нам знать, какие нынче виды на урожай картошки и где немного подкалымить, чтобы наконец купить заветную пилу «Дружба»? Скука смертная.

Но однажды дядя Илья вдруг отвлёкся от обычных тем и рассказал отцу историю, как в своё время научился заклятию, способному останавливать кровь. В тот вечер только я была дома и сразу же навострила уши: младшие братья как раз находились в том возрасте, когда считалось нормой вернуться с прогулки с ободранными в кровь локтями и коленками. А дядя Илья говорил о вещах, которые мне показались невероятными.

Он, как и мой отец, был ребёнком войны, разница в возрасте у них всего год. Подобно многим детям войны, отец и дядя Илья рано начали работать. Никого это тогда не удивляло: отцы на фронте, матери и дети трудятся в тылу.

Однажды колхозный бригадир отправил 12-летнего Илью в лес – привезти уже заготовленный на дрова сушняк. Илья запряг лошадь, поехал. Но в лесу случилось несчастье: лошадь напоролась боком на острый сучок и сильно поранилась. Илья распряг кобылку, но не знал что делать – кровь хлестала как из ведра.

Лошадь жалобно ржала и не трогалась с места, как парень ни пытался её повести. Он уже совсем растерялся и от полной беспомощности разрыдался. Взрослых поблизости никого, бедную лошадку очень жалко. А ведь с него спросят за случившееся, как со взрослого: Илья прекрасно знал, что по закону военного времени ему грозит уголовная ответственность за порчу колхозного имущества. А дома остались мамка с маленькой сестрёнкой.

Вдруг его кто-то окликнул. Обернувшись, Илья увидел незнакомого старика. Дед подошёл, посмотрел рану лошади, покачал головой и сказал:
– Я сейчас буду говорить слова, а ты повторяй за мной. Это заговор на остановку крови.

И начал произносить текст, очень напоминавший молитву. Всхлипывая и размазывая по лицу слёзы, Илья повторял за стариком все слова, даже не вникая в смысл и не стараясь запомнить. И вдруг увидел, что кровь у лошади действительно перестала течь!

– Ну вот, теперь всё будет хорошо, – удовлетворённо кивнул старик. – Веди её потихоньку, покажи ветеринару. Слова-то запомнил?
– Да, – кивнул Илья, шмыгнув носом.
– А теперь внимательно послушай меня, – продолжил дедушка. – Если тебе когда-нибудь снова придётся останавливать кровь, повтори этот заговор. Но запомни: кровь ты сможешь остановить только три раза, а на четвёртый слова забудешь.

Старик пошёл своей дорогой и вскоре исчез за деревьями. Илья ещё какое-то время постоял с лошадью, успокаивая, гладил морду, а потом потихоньку довёл её до деревни. Колхозный ветеринар очень удивился: надо же – сучок вонзился так глубоко, а кровь не течёт. Обработала рану. Слава богу, лошадь не пала и ещё долго работала в колхозе.

С той поры минуло немало лет, встреча с непонятным стариком постепенно забывалась. Кончилась война, Илья вырос, женился. Молодая пара ждала ребёнка, и вот муж привёз жену со схватками в районную больницу. Её приняли в родильное отделение, а Илья сел ждать в коридоре. Через некоторое время он увидел, как забегали врачи и медсёстры.

Удалось перехватить в коридоре пожилую медсестру. Илья спросил, что с его женой. Предчувствия не обманули.

– Ох, сынок, неважные дела, – развела женщина руками. – Ребёнок родился очень крупным, под пять килограммов, но у твоей супруги открылось кровотечение, и сейчас все силы брошены на то, чтобы спасти мать. Похоже, надежд мало – кровь никак не могут остановить.

Внутренне холодея, Илья спросил:
– А чем можно помочь?
– Молись, сынок! – сказала медсестра и поспешила по своим делам.

Илья тяжело опустился на стул, молитв он не знал. И вдруг в памяти сами собой всплыли те самые слова, которым много лет назад его научил странный старик в лесу. Илья начал их лихорадочно повторять.

Сколько прошло времени, не заметил, только помнил, как потом к нему вышел уставший врач, сел на соседний стул. На умоляющий взгляд Ильи промолвил:
– Всё хорошо, парень. Пацан здоров, и мать тоже будет жить. Но скажу тебе откровенно: мы сами не поняли, что именно произошло, почему-то кровь перестала течь сама собой. До сих пор отойти не могу, чудо какое-то. Хотя я в чудеса не верю.

И в третий раз пришлось дяде Илье остановить кровь. Это случилось ещё через несколько лет на деревенской свадьбе.

Столы накрыли прямо во дворе дома жениха. Илья с родственниками тоже там гуляли. К концу веселья они с женой собрались домой, но тут случилось нечто, из-за чего пришлось задержаться. Из дома жениха вдруг выбежало два подвыпивших гостя, у одного всё лицо оказалось залито кровью, и она продолжала течь, словно из зарезанного поросёнка.

Гости и хозяева испуганно засуетились вокруг окровавленного мужика, кто-то побежал в погреб за льдом, чтобы унять кровь. Как позже выяснилось, произошёл дичайший случай. Во дворе за свадебным столом рядом оказалось два мужичка средних лет, приходившихся дальними родственниками молодожёнам, прибыли они из далёких сёл и до этого друг друга не знали.

После выпитого, как водится, языки развязались, нашлись и общие темы для разговоров. И вдруг один спросил другого:
– А что это у тебя на лбу, шишка какая-то?

У того действительно на лбу была шишка размером с хорошую горошину – возможно, жировик.

– Да, вот такой нарост, – ответил мужик. – Надо бы в больничку съездить, да всё недосуг. А шишка-то растёт.
– Не беда, – хлопнул его по плечу собутыльник. – Сейчас мы тебе сделаем операцию.

Они встали из-за стола и, поддерживая друг друга, направились в дом. Там мужичок, взявший на себя функцию опытного хирурга, раздобыл нож, продезинфицировал его водкой. Не успел второй мужик охнуть, как первый отсёк ему шишку на лбу. Конечно, хлынула кровь, залила лицо пострадавшего. Вот тогда оба по-настоящему испугались и, моментально протрезвев, выскочили во двор.

Как вспоминал дядя Илья, когда увидел окровавленное лицо мужичка, сразу вспомнил тот самый заговор. Он непроизвольно начал шептать. Кровь у «прооперированного» тут же остановилась. Удивительно, но вся эта история для пострадавшего закончилась почти без последствий, остался только маленький шрам на лбу.

После того случая, по словам дяди Ильи, как он ни пытался, так и не мог вспомнить ни единого слова из того заговора. Прав оказался лесной старик: всё из памяти вышибло напрочь.

Из письма Татьяны Алексеевой,
г. Томск
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №28, июль 2020 года