Муж пропал в монастыре
12.09.2020 00:00
Стоит в храме дама в шубе и перстнях, вдобавок смеётся

Муж пропалЗдравствуйте, любимая газета! Я давно поняла, что для нечисти нет большего счастья, чем не пустить человека в храм. Либо испортить тот день, когда он причастился и уже находится с Богом. Все воцерковленные люди сталкиваются с подобным время от времени. Коснулось это и меня.

С некоторых пор после причастия я избегаю заходить в магазин по дороге домой. Даже на минутку, за хлебом. Просто однажды осознала, что неприятности могут произойти буквально сами собой, поэтому лучше в день причастия поберечься. Пару раз заходила в магазин и наблюдала дикий, просто звериный скандал, вспыхивавший буквально на ровном месте. Искушения после причастия – обычное дело.

Причастие мне помогает избавляться от неприятия людей, даже самого незначительного. Некоторые не могут понять: как же так, все причащаются из одной ложечки? Но лично у меня никогда не возникало сильного отторжения, я просто не думала об этом, хотя в быту очень чистоплотна, боюсь инфекций и не сяду за стол с кем попало. Впрочем, сейчас ложечки (лжицы) обрабатывают спиртом после каждого причастника и запивку подают в одноразовой посуде, однако нужно понимать: рано или поздно эпидемия закончится, и всё вернётся к прежним порядкам.

Главное – осознавать, что лжица с Телом и Кровью Господней вообще-то не является ложкой и пищей в обычном понимании. Священники и диаконы после всех причастников потребляют всё, что осталось в Чаше, даже если из ложечки причастилось две тысячи человек. В больших монастырях, таких как Оптина Пустынь или Псково-Печерская обитель, чаши выносят очень большие, и там всегда причастников сотни. Выносят иногда три, четыре, пять чаш, тазы просфор…

Странно, что брезгливость к причастию нередко проявляется у людей, которые легко принимают другие таинства и службы. Например, крестясь, венчаясь или заказывая панихиду, человек надеется снискать благодать Божию или желает, чтобы Господь облегчил близким посмертное существование. Но при этом сам быть с Богом на Евхаристии вроде как не хочет. Звучит несколько абсурдно.

И ещё меня удивляет, когда всё важное, что в церкви происходит, называют «ритуалами» или «обрядами». Вот уж совершенно неправильные слова. Это Таинства, после которых Бог знает вас, а вы Его принимаете. И Таинства очень сильно меняют человека, даже если сам он этого не видит, ведь самостоятельно человек не в состоянии спастись и перейти от смерти в жизнь вечную.

Впервые я переступила порог храма 50 лет назад. И, разумеется, за долгую жизнь случались и обиды на людей, которые приходят в церковь или там работают, а порой и на тех, кто служит у престола. По-разному бывало. Но жить без храма, без литургии, без всего, что в Церкви получаешь, – для меня невозможно, если эта разлука продолжается слишком долго. Я перенесла шесть операций и после каждой сразу летела в храм, как только оказывалась в состоянии выйти из дома. А после причастия появлялись и силы.

Своим скудным умом понимаю, что причастие помогло мне в том числе и полюбить всех людей вокруг. И позже, при встречах, поспособствовало тому, чтобы лишний раз не раздражаться на того или иного человека или хотя бы злиться поменьше. Терпеливо выслушивать ближнего, помогать ему, помолиться за него.

Муж приходит на исповедь и причастие гораздо реже, чем я, но, видимо, у всех разная «норма». Однажды в Псково-Печерском монастыре супруг и вовсе исчез из моего поля зрения. Пропал в монастыре! Я уже начала волноваться.

Любимый объявился только спустя час. Рассказал, что стоял на коленях перед известным старцем, к которому выстроилась громадная очередь. И так Господь устроил, что муж случайно оказался на том месте в то время, когда старец неожиданно вышел из кельи. И попал на мужа. Сразу к старцу за беседой и благословением набежали сотни верующих, но супруг был первым.

Муж открыл батюшке всю свою жизнь, поделился чем-то, что, может, и я не знаю. Потом старец его ласково благословил, дал посильное молитвенное правило на каждый день. И с тех пор супруг его придерживается, поступает так, как и сказал батюшка. В конце года всегда ходит причащаться, поблагодарить Бога за то хорошее, что Он дал в этом году, за то, что исполнились прошения. Ведь причастие – это в том числе и благодарность Богу за всё, что Он нам подаёт. Ну и на праздник, в паломничестве, если случится, супруг тоже причащается, хотя сейчас мы меньше ездим по святым местам.

Иногда задумываюсь: если у меня забрать церковь, то кто я вообще? Просто человек, но без Бога. Для меня это частичное существование превратилось бы в настоящую катастрофу. Церковь – часть моей жизни, это радость. Муж очень хорошо понимает мои чувства, хотя вряд ли стал бы без меня ходить в храм смолоду. Сын скорее материалист. Но когда я бываю у него в гостях, он всегда планирует время так, чтобы непременно отвезти меня в какой-нибудь известный храм в округе, хотя об этом я его никогда не прошу. Его же ответ звучит так: «Тебе это нужно».

Однажды знакомая сказала, что Бог не требует от нас уважения к Нему или какого-то ощущения Его превосходства. Он прост, как вода течёт или ветер дует. Он – Любовь. А ещё нельзя забывать, что Бог – это личность. И мы созданы по Его образу и подобию, каждый из нас – такая же личность, это даже в молитве иногда ощущаешь, если повезёт. Ну и старцы так же считают.

Не зря один известный священник как-то высказал интересную мысль: неверующим трудно и печально стареть. Они видят только своё разрушающееся тело, перебирают в уме земные новости, откликаются на сплетни, думают только о том, как им тяжело. Верующим легче принимать всё, у них есть радость до конца. Впрочем, я никогда никого не зову с собой в храм. Если просят – беру, часто за счёт своих же нервов. А потом терплю.

А вообще вера – всегда загадка. Это похоже на чувство, когда вдруг ощутишь любовь – и свою, и к себе. Хотя об этом, наверное, лучше скажут те, кто от всего отрёкся ради Господа. А я, грешница, порой с трудом могу даже от лишнего пирожка отказаться.

Меня вообще часто поругивают батюшки. Один как-то раз чуть причастия не лишил. Монах-аскет. Вы, говорит, смеётесь в храме. А я ничего не могу с собой поделать, просто радуюсь так. Беззвучно, конечно, но улыбка сама собой появляется – иногда шире ушей. Позже мы с ним разобрались, отлично поняли друг друга. Но я хорошо представила его реакцию в тот раз: вот, пришла в храм дама в шубе и с перстнями.

А что делать – тогда ведь большой праздник был. А для меня это – как в кино про Шурика: «Экзамен для меня всегда праздник, профессор».

Из письма Киры
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №36, сентябрь 2020 года