«Зачем человеку каникулы – задумывался кто-нибудь? А человеку каникулы затем, чтобы отдохнуть!» – иронически напевает сын Стёпка, набивая рюкзак бутербродами и бутылочками с водой.

Нет, он не собирается в турпоход или на пляж – Степан идёт в «ночное» по бульварам столицы. А какие лошадки в современной Москве пасутся? Конечно же, электросамокаты – припаркованные как попало, оголодавшие без подзарядки. И Стёпа отправляется их «кормить». Есть такая работа – менять аккумуляторы городским скакунам, у самокатчиков это называется «выезжать на миссию».

Студенты сдали сессию, им бы на речку или на море, гонять в футбол, бегать в киношку, целоваться с девчонками и есть мороженое в парках отдыха. Однако многие после изнурительного учебного года подрабатывают.

Где и кем только не работал сын на каникулах! Официантом во «Вкусно – и точка!», курьером в «Яндекс-доставке», бариста в кофейне; мимом и аниматором на городских шоу; хорошим парнем, плохим парнем, ловеласом и даже маньяком-убийцей, снимаясь в сериалах. Никогда не знаю заранее, кем Стёпа будет завтра. Его могут попросить срочно заменить коллегу, продающего кофе и попкорн в кинотеатре «Космос», или намеченная смена на самокатах отменяется. Конкуренты расхватывают самокатные вакансии как горячие пирожки.

Вчера оставалась незанятой ночная смена только в подмосковном Королёве. У меня были дурные предчувствия, но отговорить сына не получилось. Собрал рюкзак, сел на электричку.

В 23.00 звонит: «Работы не будет. Где-то вдали как бабахнет! Местные говорят, что над городом сбили беспилотник. Интернет пропал, а без него искать разрядившиеся самокаты невозможно, я же отслеживаю их по приложению в телефоне».

Такое теперь время.

В одну из весенних смен погода в Москве затеяла жуткий карнавал: днём беспощадное пекло, потом ураган, затем ливень с градом, а к вечеру выпал снег. Сын вернулся мокрый до нитки, измотанный и замёрзший: «Мам, я словно объехал за день всю планету, от Эдинбурга через Сахару до Антарктиды!»

Опаснее погодного коллапса могут быть только люди.

Я была против, когда сын пошёл на собеседование в пивной ресторан на должность официанта. Но чем горячее я его отговаривала, тем яростнее он твердил: «Я уже взрослый и самостоятельный! Это мой выбор!»

Вечер пятницы, зал под завязку, Степан обслуживает несколько столиков. За одним сидят двое мужчин лет тридцати, хорошо одетые, ухоженные. Стрижки в стиле 1920-х годов а-ля «Острые козырьки» из сериала про бандитскую группировку Бирмингема. Но разговаривают интеллигентно – о новых кинопремьерах и литературе.

19-летний Стёпка перед ними сущий щен, прислушивается к разговорам с детским любопытством. Клиенты это замечают, улыбаются лукаво.

– Молодой человек, как вас зовут? – шатен смотрит на нагрудную табличку с именем Степан, подмигивает: – О, Стив! Вам нравится эта работа?

– Пойдёт, – нарочито небрежно отвечает Стёпка. – Но вообще-то я собираюсь поступать на актёрский.

– Похвально, – подключился к разговору брюнет, накалывая на вилочку прошутто и укладывая его на ломтик поджаренного багета с вялеными томатами. – Брэд Питт в юности тоже разносил блюда в кафе в костюме курицы.
Мужчины смеются.

– А как с общим развитием? Какие книги читаете? – поинтересовался шатен.

– Люблю Булгакова, Хемингуэя… – старался держать марку Стёпка.

– Эрнест – достойный выбор, – оценил шатен. – Стив, выпьем за старика Хэма?

– Спасибо, но мне нельзя пить с гостями, – смутился Стёпка.

– Да брось ты! Хэм был не дурак по части выпивки! – внезапно перешёл на «ты» брюнет. – Читал его «Смерть после полудня»? А пробовал одноимённый коктейль? Говорят, Хэм сам его придумал.

Стёпа растерянно пожал плечами.

– Вот! А говоришь, что любишь Хэма, – упрекнул брюнет. – Давай так: если у вас всё так строго, я закажу коктейль, ты принесёшь, я возьму его и встретимся в уборной.

– Нет-нет, что вы! – смутился Стёпка. – Я не буду, мне ещё работать!

– Не будь слабаком! Старик Хэм тебя бы не одобрил.

– Оставь парня, он весь день на ногах, устал, – вступился за Стёпку шатен. – Давай лучше дождёмся, когда закончит работу, и возьмём его на закрытый показ британского кино. Стив, ты с нами?

– Спасибо, но я потом сразу домой, мама будет волноваться… – промямлил Стёпка.

Мужчины расхохотались.

За этой историей внимательно наблюдала «текила-гёрл» Жанна, приятельница Стёпки. Девушка хоть и молоденькая, но опытная в общении с разным контингентом. Она расхаживала по залу в кожаном патронташе со множеством карманчиков, в которых располагались стопки, а по бокам крепились две бутылки с крепкими напитками. В обязанности текила-гёрл входит заводить с клиентами приятные беседы, рассказывать об особенностях напитков и проводить легендарные текильные ритуалы: помазать гостю руку лаймом, посыпать солью и научить правильно пить текилу. Но эта парочка от услуг текильщицы отказывалась, предпочитая заказывать алкоголь из бара.

Время подходило к закрытию, но «острые козырьки» уходить не торопились и от Стёпки не отставали, находя всё новые аргументы, стараясь взять его на слабо.

– Чего от тебя они хотят? – подловила его на кухне Жанна.

– Чёрт их знает! Зовут на какой-то кинопоказ, предлагают выпить.

– Гнилая парочка. Не связывайся с ними.

– Да брось ты, классные парни, – отмахнулся Стёпка. – Ты так говоришь, потому что они тебя отгоняют.

– Ну смотри, дурак, – обиделась Жанна, – я предупредила!

За час до закрытия «острые козырьки» дожали Стёпу, заказав коктейль «Смерть после полудня».

– Стив, ты потом не простишь себе, что так и не попробовал это! Поступим так: ты собираешь со стола грязную посуду, а заодно и этот шот, несёшь на кухню и там выпиваешь. Давай, не бзди! За старика Хэма!

Стёпа послушался, а через несколько минут после выпитого коктейля ему стало плохо: путалось сознание, голова кружилась, ноги не держали, клонило в сон и одновременно тошнило. Жанна заметила шатавшегося между столиками Стёпу, оттащила его на кухню.

– Что ты пил? – хлестала его по щекам. – «Смерть после полудня»? Дебил! Там же абсент с шампанским, он коня свалит! Но от одного шота тебя не могло так расколбасить, они что-то подсыпали. Сиди на стуле!

Жанна попросила другого официанта взять на себя столики Стёпы и отпаивала моего сына водой с лимоном. Ближе к закрытию ресторана Жанна подняла его со стула.

– Ты как, в сознании? Я вызвала такси, уходишь через служебный вход. Эти двое пасут тебя на машине у главного. Чёрт знает, что в головах этих упырей и чего они от тебя хотят!

Отсыпался Стёпа сутки.

Я узнала об этой истории только после того, как Стёпа уволился из ресторана. Сын рассказал, как в другой раз он спасал Жанну от пьяного клиента, который лапал девушку и делал мерзкие предложения. На подмогу Стёпе бросился напившийся массовик-затейник, ведущий вечера, но лучше бы этого не делал, потому что Стёпке пришлось разнимать двух пьяных мужиков. Всё выглядело бы потешно, если бы драчуны не вооружились столовыми ножами.

Когда в ресторане проходили корпоративы полицейских, половина официантов накануне «заболевала», зная, что обмыванием звёзд дело обычно не заканчивается. Как-то раз отделение полиции праздновало повышение звания своего начальника. Пели песни, давали хорошие чаевые, но через час какой-то мент, явно выпивший больше других, заскучал, достал пистолет и стал палить. Целями выбрал кассы, расположенные по углам, – на них официанты пробивают заказы.

Стрелок вошёл в азарт, ведь аппараты располагались на разных дистанциях. Весь персонал лёг мордами в пол. Когда стрелка угомонили, ресторан лишился двух касс. Это была последняя капля Стёпиного терпения.

Теперь сын подрабатывает в спокойном и дружелюбном «Космосе», выдавая гостям кофе, попкорн и пирожные. Посетители там в основном симпатичные. На фестивали аниме приходят толпы костюмированных подростков, кофе заказывают причудливыми жестами своих героев и такими же мультяшными голосами. Стёпа подаёт заказы в той же манере, слегка передразнивая клиентов, но они не обижаются. Видимо, думают, что бариста в теме, он из своих.

В проекте «Московское долголетие» на бесплатные киносеансы приходят милые старички, а после просмотра обсуждают со Стёпой фильмы. С одной посетительницей у Стёпы завязался платонический роман.

Бабулька 78 лет часто приводит свою маму, которой, очевидно, под сто. Просит для неё кипяток, заваривает свои пакетики чая. Стёпка втайне от администрации подсовывает бабушке маленькие шоколадки в качестве комплимента, а та рассказывает, как снималась у Шукшина в «Печках-лавочках», когда училась в педвузе.

– Каникулы, всех студентов отправляют на картошку, а у меня ни резиновых сапог, ни фуфайки. А без них нельзя, поэтому меня не взяли. Надо куда-то себя деть на лето, вот и пошла на киностудию Горького, там массовке платили по три рубля. И вот огромный зал, мы стоим, как лошади на ярмарке, между нами ходят режиссёры и выбирают. Вдруг подходит мужичок крестьянского вида, а я и знать не знала, что это Шукшин. Вглядывался во все лица пристально и выбрал меня.

Через пару дней я уже на съёмках. Весь день каталась в троллейбусе по Садовому кольцу. Шукшин наказал сидеть и читать книгу. Потом подходил и говорил: «Ты что ж одну и ту же страницу читаешь? Перелистывай! Потом расскажешь, о чём книга». Такие великие люди уходят, и так рано! – посетительница расплакалась.

Стёпка вышел из-за буфетной стойки, обнял бабульку.

– Вы не плачьте, пожалуйста. Они не уходят, они остаются с нами навсегда. Я вот молодой, не видел Василия Макаровича, но мы во ВГИКе играем его истории. Я делал отрывок по рассказу Шукшина «Стёпка», и он может стать дипломным спектаклем.

– Спасибо, что помните! – расчувствовалась бабушка. – Я всегда говорила, что у нас замечательная молодёжь!