Я провела всего двое суток в столице, зато получила кучу впечатлений! Но, конечно, самые яркие из них – от людей, а не достопримечательностей. Дома, музеи, картинные галереи, кафе, концерты, развлечения – всё это прекрасно, но люди всё-таки главное для меня в дороге. И самые интересные собеседники – это таксисты. Возможно, когда-нибудь посвящу таксистам отдельную книгу, а пока ограничусь лишь короткими записками на коленке.

Какая поездка в Москву обходится без такси? Да практически никакая, особенно у меня, малоподвижного человека. Тем более что в Москве такси дешевле, чем в Перми. Да-да, вот такой странный парадокс.

В аэропорту меня встретил сопровождающий Илья. Мальчику 22 года.

– Такси вызываем? – уточнил он у меня.

– Вызываем.

Подъехали к стойке вызова такси. Вызвали. В этом отношении сервис для малоподвижных людей в аэропортах уже доведён до автоматизма. Ждём у столба.

Вскоре прибыл автомобиль с шашечками. Вышел мужчина под тридцать, характерной южной внешности – лысый, но с красноречивой чёрной бородой. Судя по всему, родом с Кавказа.

– Надо было специальное такси вызывать, – буркнул.

– Насчёт спецтранспорта мне никакой информации не поступало, – быстро отшил его Илья и буквально вытряхнул меня в автомобиль. Водитель смирился.

Минуты три ехали молча, что редко бывает в моём случае. Но водитель первым нарушил неловкую паузу.

– Откуда прилетели?

Я про себя ещё удивилась: надо же, как хорошо говорит по-русски! Совсем без акцента.

– Из Перми.

– О, Пермь! – шофёр неожиданно засмеялся очень открыто, показывая ряд жемчужно-белых зубов. Странный.

Я всё ещё дулась на водителя за не слишком радушную встречу.

– Вы так заразительно смеётесь, но я пока не улавливаю, по какому поводу.

– Да просто «Реальных пацанов» вспомнил. Смотрю их с женой.

«Реальные пацаны», если кто не знает, – это такой прикольный комедийный сериал о жизни обычного пермского гопника Коляна и его друзей Антохи и Вована. Смешно, но его даже официально признали культурным достоянием Пермского края.

– Нет, мы не такие простые, как Колян и его кореши, – улыбаюсь.

– Ну понятно, что в сериале всё утрировано, – заметил мой извозчик. – А что у вас там ещё есть интересного?

– Кама, тайга, люди. Ну и кино у нас снимают, как вы заметили. «Время первых». «Сердце Пармы». «Одна».

– «Одна»? – удивился таксист. – Кино прямо так и называется? Не смотрел.

– Этот фильм о женщине, которая выжила в авиакатастрофе, о Ларисе Савицкой. В восьмидесятые годы всё случилось. Они с мужем возвращались из свадебного путешествия. Но вот такое получилось возвращение…

– Не смотрел, – снова покачал головой водитель. – Да уж, Кама… Большая река?

– Да, знаете, очень большая. А если смотреть с высоты, прямо дух захватывает, какая она могучая, пробивается через ковёр тайги. Сегодня в самолёте рядом со мной сидел мужчина, и мы с ним уставились на эту силу, эту мощь. Он сказал, что много ездил, повидал множество рек – и больших, и самых разных. Но почему-то только перед Камой испытывает какой-то трепет и даже священный восторг, хотя живёт в Самаре.

– «Кама-река, помоги!» – пропел парень строчку из песни группы «Чайф». Песня как-то не вязалась с его обликом.

– А вы откуда?

– Из Дагестана. Уже десять лет в Москве живу. Женился вот, сын родился. Жена Юленька, тёща Антонина Александровна.

Таксист достал телефон и стал показывать мне видео. В домашнем фильме в главной роли оказался крепкий как репка мальчуган – абсолютно рыжий и зеленоглазый. Перед ним суетились молодая русоволосая женщина и дама постарше.

– Это Юленька, моя жена, – подсказал водитель. – А это тёща, Антонина Александровна. О, как она борщ варит, если бы вы знали! Лучше, чем я плов делаю. Я дома всегда готовлю плов.

– Сына-то как зовут?

– Амир, так жена назвала. А потом крестили его в Артемия.

– А почему сразу не назвали Артемием?

– Мы сперва назвали Амиром, а потом подумали, что будем крестить. Антонина Александровна сказала, что надо.

– Тёщу надо уважать!

– Мать вообще уважать надо, – кивнул таксист. – Я её очень уважаю и чту. Она меня любит даже больше, чем свою дочь.

Ну, в последнем утверждении дагестанца я усомнилась, но разочаровывать отца семейства не хотела.

– Надо ещё трёх детей родить, – продолжил водитель. – Дочку Антонину, сына Сашу и ещё дочку Аллу, чтобы с четырёх сторон мне защита была.

Мне почему-то стало смешно – наверное, смешинка в рот попала.

– «Меня зовут Александр, я женюсь на Александре, и у нас будет трое детей: Александр, Александра и Сергей, – пошутила я. – Сергея мы почему-то будем недолюбливать».

Реакция водителя была молниеносной: раздался такой хохот! Я даже немного струхнула – испугалась, что он отвлечётся от дороги и мы попадём в аварию.

– А вы с юмором! – поблагодарил он. – Редко такое бывает с девушками.

– Да нет, на самом деле с девушками такое часто. Вы просто нас не слушаете.

– А у вас дома есть животные?

– Есть. Кошки.

– Я мейн-кунов люблю, – признался дагестанец. – Большие такие, как бараны! Есть чего мять. Мы со своей кошкой недавно были у врача. Там собачку принесли, с ладонь. Представляете себе: псина размером с ладонь, а стоит два миллиона! Ещё её лечение, как нам сказала хозяйка, обошлось во столько же. Четыре «лимона»! Ты на неё случайно сел, и всё, четыре миллиона псу под хвост!

Он опять залился смехом.

– Как вы интересно смеётесь.

– Да, тёща меня всё учит: «Салим, гляди, досмеёшься – языком подавишься». А так она меня любит даже больше, чем дочь. На плов заезжайте! Сам приготовлю.
– Конечно, спасибо!

– Кама, значит, – продолжил Салим. – Интересно! Мы с женой и тёщей весной в Питер ездили на машине. Красота! Вода-вода, кругом вода… А, ну и Артём был ещё с нами, конечно. Вот мы у памятника Петру, – таксист снова сунул мне в лицо телефон.

На фоне Медного всадника стояли сияющий бородач, светлоокая Юленька, рыжий карапуз и строгая дама в пёстром платке. По лицу дамы было видно, что она опять напомнила зятю об опасности подавиться языком.
– Красота! – согласилась я.

Он показал мне, наверное, ещё десятка два фотографий, не меньше. И везде Салим выглядел абсолютно счастливым, тиская свою Юленьку. Иногда счастье было разбавлено Антониной Александровной. Попадался и кот Чижик. А вот друзья Салима на природе – едят плов, который он всегда готовит на даче. Антонина Александровна лепит пельмени, за её спиной с шумовкой сияет радостный Салим.

Семейное счастье в таких дозах слегка парализовало меня, и неизвестно, что бы со мной стало, если бы мы наконец не приехали.

Салим помог выбраться из салона, пожелал добра, счастья и любви. Того же пожелал моим кошкам, друзьям и даже соседям. Передали привет городу Перми и огромной реке Каме. Ну и реальным пермским пацанам, конечно.

– Почему вы со мной разговорились, Салим? – задала я провокационный вопрос.

– Потому что вы добрая, – улыбнулся таксист. – Я вас обидел поначалу, простите. Но видно, что вы добрая. У вас даже мысли не возникло: понаехали тут! Вы судите людей по поступкам, это видно.

Затем Салим попрощался и угнал есть борщ, а то, по его словам, он с восьми утра на колёсах без крошки во рту.

А я некоторое время пребывала в недоумении от странной поездки. Вот что это было? Ведь Салим сначала оказался совсем не рад такому сложному пассажиру, как я. Но, признаться, укатал он меня так знатно, что в гостинице я быстро забралась в постель и спокойно уснула.