Мы с Еленой дружим с 1980 года. Елена постоянно ходит в храм. Она отличная женщина и хорошая подруга, ведёт здоровый образ жизни. Мы обе начали верить в Бога уже в преклонном возрасте. Церкви на Сахалине в советское время были только на севере, а на юге после оккупации острова японцами храмов практически не осталось. Только в 90-х годах там появилась первая церковь, мы стали туда ходить, у меня появился молитвослов и много церковной литературы.

Несколько лет назад муж подруги почувствовал себя плохо – резко заныла поджелудочная железа. Вызвали скорую, та срочно доставила его с приступом в больницу. Было решено немедленно провести хирургическое вмешательство. И вот Лена звонит мне, плачет: так, мол, и так, помолись, пожалуйста, о здравии моего мужа Андрея. Он лежит после операции в реанимации, состояние очень тяжёлое. С такой просьбой подруга обратились ко мне впервые. Я дала Елене слово, что стану молиться о здравии её супруга. Этот разговор состоялся вечером.

Проснулась, становлюсь на молитвы. Утро очень пасмурное, поздняя осень. Прочитала утреннее правило, затем принялась читать молитвы о здравии болящего раба Божьего Андрея. И вдруг произошло маленькое чудо: внезапно сквозь сплошные тучи засияло солнце, в окно пробился солнечный луч. И не просто пробился, он был словно живым! Пробежался по комнате и ушёл.

Закончила молитву, набираю номер Елены и радостным голосом сообщаю, что видела нечто необыкновенное.

– Похоже, это послание от Бога, что Андрюша будет жить, – поделилась я своими соображениями. – Но молиться за него всё равно надо.

Мы все молились. Андрей действительно вскоре выздоровел, мы были очень рады.

Примерно через десять месяцев Лена праздновала день рождения. Все родственники и друзья собрались за столом, чествовали именинницу. Спустя некоторое время она встала поблагодарить всех, кто пришёл на её праздник, а потом говорит мне:

– А тебе, Надежда, особая благодарность. Ты одна тогда сказала, что увидела Божий знак и Андрей будет жить. Все мне говорили: мол, готовься к худшему, Андрюша уже не жилец, и всё в таком роде. А когда я выслушала тебя, удивилась: у тебя была уверенность в том, что всё обойдётся, и я тоже поверила в это. Слава Богу!

Недавно моя племянница Олечка поехала за детьми в Донбасс, в Дебальцево, к свекрови. Звонит и плачет: её брат там попал в автомобильную аварию, находится в тяжёлом состоянии в реанимации. Уже сердце останавливалось, врачи всё сделали, а теперь полная неизвестность. А ещё медики сказали, что, даже если брат поправится, он не сможет ходить.

Я строго отчитала Олю:

– Не плачь, слезами горю не поможешь! Молись сама, пусть и твоя мама помолится. Лучше узнай, крещён ли брат и какое имя получил при крещении (у них с Олей разные отцы). Когда всё разузнаешь, сбрось мне СМС.

Вскоре Оля сообщила, что её брат крещён. Я перезвонила Елене и попросила подружку заказать сорокоуст о здравии брата племянницы. Сама не смогла заказать, потому что мне уже 79, я перенесла операцию, хожу плохо – ноги больные.

Елена всё сделала, как я просила. А ещё я обратилась к ней с просьбой помолиться о скором здравии раба Божьего. Также попросила это сделать всех своих знакомых прихожан. И, о чудо, через три часа поступает звонок от Ольги – она рассказала, что брат неожиданно пришёл в сознание. Я ей говорю: слава Богу, но не угашайте молитву, молитесь, молитесь, молитесь! Будем надеяться на Божью помощь. Так и сделали.

Почему племянница мне тогда поверила, не знаю. Но они часто приезжают ко мне с детьми, я всегда что-нибудь рассказываю о своей жизни и о других людях, о том, как Бог помогает, когда к нему обращаются от всего сердца в трудную минуту. Наверное, поэтому всё тогда закончилось хорошо и брат племянницы пошёл на поправку.

Четыре года назад мне поставили диагноз – болезнь суставов. Выбор небольшой и неутешительный: сложная непредсказуемая операция или инвалидная коляска. Я выбрала первое. Сдала все анализы. В тот день в поликлинике пациентов принимал доктор из больницы. Пришла к нему на приём, он меня осмотрел и говорит:

– Я заберу ваши документы в городскую больницу, вам перезвонят в четверг и скажут, в какой день можно приезжать на операцию.

Приехала домой, сижу и плачу.

– Ты что ревёшь? – спрашивает муж.

– У меня плохое предчувствие, – объясняю. – Наверное, я скоро умру. Так что готовься – меня вынесут оттуда вперёд ногами.

Муж начал меня ругать, успокаивал, но я продолжала плакать.

В пятницу звоню всем родственникам, друзьям и прошу только об одном: молитесь за меня! Жду звонка из больницы, но его всё нет и нет. Звоню в справочную, прошу дать телефон, отделение такое-то. Мне отвечают: мы не даём такие номера. Объясняю ситуацию, тогда мне говорят: хорошо, посоветуемся с начальством, ждите. Вроде разрешили, передали нужный номер.

Звоню в больницу.

– Сейчас найдём ваши документы, – ободрили меня. Поискали и вдруг огорошили: – Извините, но у нас ваших документов нет, поезжайте в поликлинику, ищите там.

Вот как такое может быть? Опять мыкаться по коридорам и кабинетам, да ещё в моём состоянии? Но при этом я почему-то оставалась совершенно спокойной.

Муж повез меня в поликлинику, заметил, что я нисколько не волнуюсь, и спросил:

– А почему ты не плачешь? Документы-то твои не нашлись.

Я ему в ответ:

– Потому что время прошло, а дальше будет видно.

В поликлинике, как всегда, к врачу уже выстроилась очередь, ему некогда было искать мои документы. Иду в регистратуру, там тоже ничего не нашли. Направилась в кабинет заместителя главного врача. Объяснила, что мне нужно, но он меня строго отчитал:

– Выйдите из кабинета, пусть врач ищет ваши документы!

Я ему нагло отвечаю:

– Никуда я не выйду! У врача там километровая очередь, ему не до меня, а у вас сейчас никого нет.

Тогда замглавврача немного сдал назад и уже вежливо предложил:

– Хорошо. Но можете хотя бы выйти, пока я буду искать документы?

Я вышла. Замглавврача отправился в регистратуру, потом ушёл на второй этаж, а я засекла время. Прошёл ровно час, и он вернулся.

– Как же так? – искренне удивляется. – Врач оставил ваши документы не там, где они должны быть. Если бы вас сразу положили на операцию, могли бы наломать дров.

А я ему отвечаю:

– Это не он, это мой ангел-хранитель сделал!

Мне следовало также сдать анализ на коронавирус, пройти ещё ряд необходимых процедур и только после этого ложиться в больницу. Я перестала плакать, у меня больше не возникало плохого предчувствия. Да, операция выдалась очень тяжёлой, после неё еле хожу – но зато живу. И всё это благодаря Богу, таково моё мнение.

У каждого человека своя жизнь, свои взгляды на мир. Я ни к чему не призываю, никого ни в чём не пытаюсь убедить. Просто будьте внимательны и осторожны, жизнь очень обманчива. Но если обращаться к Богу, Он непременно вас услышит.