Отиты-синуситы хорошо знакомы

Скажите, дорогие читатели, а повзрослевшие детки пускают вас в свой личный интернет-канал? Меня – нет. И теперь я знаю почему. Потому что дочь там выкладывает свои фото, сделанные на улице, и там она без шапки!

Деточке 15 лет, карманные деньги ей выдаются. Сама хожу в шапке – конечно, я же питерский ребёнок, отиты-синуситы хорошо знакомы. В кого она только такая уродилась?

Дочка носит и капюшон, и шарф. А что толку? Хотя меня просто насмешило, как она, показывая старшей сестре свои фоточки (обе сидели на полу), увидев меня, сразу задёргалась: «Маме не показывай!» Я, конечно, психую. Не понимаю, как можно ходить в такие морозы без шапки!

Но при таком экстремальном поведении дочь болеет реже, чем я. Загадка природы.



Летом мы с дочерью простыли в поезде, когда я везла детей к бабушке на Юг. Классика жанра: кондиционер сифонил в поезде так, что мы обе слегли с отитом. Вроде вылечились, но в сентябре у дочери снова начался отит. Первый антибиотик не помог, выписали второй. Месяц провела на больничном.

В декабре снова-здорово. Тяжёлая простуда, но в этот раз хотя бы обошлось без отита, зато опять три недели лежала на больничном. Все помнят, какие морозы стояли в Москве в январе.

Слышу – дочь собирается, затем уходит в школу. И тут меня дёрнуло выглянуть в подъезд. Стоит красотка 13 лет у лифта без шапки, зато в музыкальных наушниках! Я прямо на неё рявкнула:

– Где шапка?

– Ой, я её не нашла.

Метнулась домой, и вот она – лежит на полке, куда мы обычно складываем шапки. Я со злости схватила головной убор и запулила им в ребёнка. Честное слово, думала, дочь шапку поймает, но получилось так, что угодила шапкой прямо ей в лицо. Дочь молча натянула шапку на голову и уехала.

Больше без шапки она не пыталась выйти из дома. Видимо, ей хватило – вместо тысячи слов.


Мама спокойно спит, а сын раздетый шляется ночью по улицам

Моему сыну 14. Недавно отпросился к другу с ночёвкой. Они периодически гостят друг у друга. Мы с мамой приятеля совсем не против, поскольку прекрасно помним свою молодость – все в юности так поступали.

Сын уехал, добрался до приятеля, его мама тогда была дома. А вечером друг попросил маму пойти ночевать к сестре – они хотят потусить одни. Та согласилась и ушла, оставила пацанов 14 и 16 лет одних в квартире.

На следующий день сын вернулся и рассказал мне обо всём. А также показал видео, как они с другом выходят прогуляться по улице в три часа ночи практически без одежды, в футболках и домашних тапках! А на улице 13 градусов мороза. В Питере вкупе с ветром это, по ощущениям, все минус 25!

Я не позволила себе тогда орать на сына. Подумала: хорошо хоть, что обо всём честно рассказал, а то в следующий раз умолчит. Но высказала всё, что было на сердце. Это ужас, конечно: мама спокойно спит, а сын раздетый шляется ночью по улицам. Спрашиваю его: зачем? А просто так!

Короче, пока у него такая дурь в голове, пусть дома посидит.



Моей дочурке уже 24, и теперь я в её интернет-канале постоянный подписчик. Раньше, конечно, тоже следила за ней в соцсетях, но тогда у ребёнка была куча способов закрыть от меня публикации, чем она активно пользовалась. Но там другая ситуация – дочка скрывала от меня переписку с матом. Но я всё знаю, потому что не лыком шита.

Однажды зимой дочь болела, сидела дома, я в то время находилась на работе. Звонит соседка и говорит: прости, Вика, но я смотреть на это без содрогания не могу – к твоей дочке пришли подружки, и она выскочила раздетая, в шлёпанцах, без куртки и шапки. И стоит, звезда, у порога. Все смеются.

Мы жили тогда в двухэтажных домах на четыре квартиры, и у каждой свой вход с улицы. Ах, каких же выговоров у меня дочь получила!

Мой личный горький опыт связан именно с шапкой. Я тоже в юности не носила головной убор, считала, что он мне ни к чему. Да ещё ребята постоянно делали комплименты – мол, у тебя такая роскошная грива, лучше любой шапки. А я и рада. Но в тридцать лет у меня жутко заболели уши – просто кошмар. И лечилась очень долго. Примерно месяц ходила глуховатая.

После этой истории – всё. Теперь малейший намёк на холод, и я в шапке. Сейчас связываю это с возрастом, у меня очень болит голова, если ранней весной, к примеру, снимаю шапку. Случись холодный ветер – и приехали, больница.

Поэтому я на дочь прямо гавкала. Нудно пересказывала ей в тысячный раз свою печальную историю. Ей легче было согласиться.

Из письма А.С.


Вспомнилась история из далёкого детства. Начало семидесятых, учусь в начальной школе. В классах детей после приёма в октябрята делили на звенья-«звёздочки» по пять человек, и старались, чтобы дети жили рядом, желательно в одном доме или в соседних. В каждой «звёздочке» был звеньевой, к каждой прикреплялся вожатый из старших классов. Вожатого тоже назначали по месту жительства.

Нам досталась Вика из нашего дома, которая очень важничала в связи с наложенной на неё ответственностью за воспитание младших.

И вот как-то раз мы, мелюзга, после школы побросали портфели и носимся во дворе. Весна, стало жарко, все поснимали шапки. И вдруг замечаю у другого конца дома папин силуэт. Я рефлекторно надеваю шапку, она болталась на завязках. И тут подходит Вика, у которой уроки закончились позже. Она топала с той же стороны, но её появление никого не заинтересовало. И вот она строго мне говорит: «А ты, оказывается, двуличная! Бегала без шапки – позор! А едва увидела меня, сразу надела».



У моих студентов общежитие расположено рядом с учебным корпусом, это соседние здания. Мороз, не мороз – идут толпами почти голышом, в одних рубашках, в том числе девочки. Лень куртку в гардероб сдавать. А ведь гардеробы распределены по группам, без выдачи номерков. Ругаюсь, обещаю сфотографировать и отправить снимки мамам. Но кто бы слушал!

А больше всего меня впечатлил студент, вышедший в 15-градусный мороз на улицу покурить в шортах и резиновых шлёпанцах. Мне на него даже смотреть было больно.


Я всё равно это не надену

Вот и в нашу семью пришёл «шапочный бунт». Сыну скоро 15, ещё прошлой весной он, хоть и ворчал, но всё же под нашими злобными родительскими взглядами напяливал шапку. А этой зимой ни в какую!

Что только мы с женой не перепробовали. Объясняли всю опасность нахождения на морозе без головного убора, стращали, обещали надавать тумаков, прельщали походом в магазин, где молодой человек может выбрать самую модную и красивую шапку. В ответ слушали только одно: «Я всё равно это не надену!»

Спрашиваю сына – почему. Говорит – не хочу, и всё, и у них в школе никто в шапке не ходит, только полные «утырки» и маменькины сынки. Тогда я достал из закромов памяти последний патрон – страшилку из своего детства.

– Менингит – весёлый парень, – говорю сыну.

– Чё? – не понял подросток.

– Все, кто не носят шапки, рано или поздно подхватывают менингит, – нагоняю ужасов. – Их увозят в больницу с высоченной температурой и жуткой болью в ушах, а потом такие люди глохнут.
– Да ладно? Мам, правда?

– Истинный крест.

Поёжился, поершился, но всё же надел. Вязаная шапочка, молодёжная, модная.

Вот что им всем не так? Потом жена заметила, что, едва выйдя из подъезда, сын всё равно снимает шапку. Стыдно ему, видите ли, идти в школу с покрытой головой.

А спустя пару недель он и вовсе потерял шапку, заодно и перчатки. Жалко – шапка известной марки, стоила около 5 тысяч. И перчатки хорошие. Но сын лишь пожал плечами: скорее всего, в школе вывалились из кармана. И сказал так, словно посеял какую-то ерунду вроде носового платка. Мы пробовали искать потерянные вещи, в школе везде стоят камеры, но пропажа так и не обнаружилась. Да ещё, поговаривают, пропавшим вещам в нашей школе грамотно «приделывают ноги» ушлые уборщицы. Они-то хорошо знают, где именно установлены камеры и как их обходить.

Мать, конечно, устроила сыну нехилый разнос, но юношу не проняло. Мы с ней даже задумались: уж не специально ли сын «потерял» ненавистную шапку? И перчатки, кстати, тоже не любил носить. И тут я вспомнил про своего однокурсника Валеру.

Когда мы учились в институте, Валера жил в небольшом подмосковном городке и возвращался из Москвы после лекций иногда домой, а иногда на дачу. Однажды зимой он ехал домой на маршрутке, и пришлось выйти на полпути, потому что впереди случилась масштабная авария. И Валерка решил пойти на дачу – по его расчётам, до неё не доехали совсем чуть-чуть. Думал срезать путь, попёр сквозь снежные поля кратчайшей дорогой. И заблудился!

Как назло, в тот день он был одет очень легко – в осенней курточке а-ля «рыбий мех», поскольку ещё утром стояла оттепель. Но к концу дня ударил мороз, температура опустилась градусов до 15. А ещё мой однокурсник не взял из дома перчатки. Счёл, что в оттепель настоящим мужикам такое баловство ни к чему. Если бы он знал, к какому финалу приведёт такое решение!

История чуть не закончилась плачевно – Валера страшно замёрз и получил обморожение кистей. Лишь каким-то чудом ему удалось выйти на окраину соседнего посёлка. Там какие-то добрые люди закутали его руки шарфом, напоили чаем, обогрели и помогли добраться до дома. Руки остались целы, слава богу, приятель отделался лишь не слишком глубоким обморожением, но сильно пострадали капилляры, и кисти приобрели синюшный оттенок, как у заправского алкаша. Лишь спустя годы синева чуть спала, но до конца так и не исчезла.

По моей просьбе Валера прислал видео своих кистей. Я показал своему отпрыску и рассказал, откуда взялся этот «королевский» цвет. Сын почесал репу:

– Ни фига себе.

Теперь носит перчатки. Насчёт шапки – пока переменные успехи, но недавно случился важный психологический перелом.

Я купил ушанку с опушкой из песца – «мечту геолога», в которой голова почти полностью теряется в мехе. И сын неожиданно попросил её померить – она ему понравилась! Мягкая, прикольная. Даже попросил разрешения взять в школу.

– Смотри, только не потеряй, – строго предупредил я молодого человека.

В школе шапка произвела фурор. Больше всего она понравилась девчонкам, каждой хотелось погладить мех настоящего песца – мягкий, пушистый. И примерить – по словам сына, у девчонок в шапке совсем другие мордочки. Но главное, конечно, в другом: то, что нравится девочкам, автоматически принимается мальчиками. Подростки шутили: «Вот он какой, белый песец!»

В общем, получилось даже лучше – вместо лёгкой вязаной шапочки сын внезапно оценил настоящий шапочный комфорт. Теперь думаю – подарить ему «песца» или купить нечто подобное, потому что ребёнок уже попросил поносить ушанку подольше. Только не знаю, продержится ли эта любовь к настоящим шапкам надолго или останется лишь как эпизод «по приколу».

На всякий случай скрещу пальцы.