Утром того дня я поняла, что заболеваю и мне точно не до праздника. Сказала об этом сыну, предположила, что ему без меня будет грустно и одиноко на утреннике, предложила не ходить. Пообещала взамен какое-нибудь мероприятие на выбор – парк или театр, когда буду здорова. Он согласился.

Тогда я написала воспитателю, что заберу сына в обед, утренник мы пропустим. Она стала меня уговаривать, чтобы я оставила Егора на праздник, – как я поняла, чтобы ничего не менять в сценарии. Наверное, они приготовили какой-нибудь спектакль. Ну, это уважительная причина: действительно, если у сына в этой постановке есть роль, то кому её отдать, когда до праздника осталось несколько часов? Да и Егор сказал, что всё-таки очень хочет пойти повеселиться. Он вообще у меня тусовщик по характеру, обожает выступать на публике, вот и рвался на утренник – выступить и повеселиться. В общем, я дала добро.

Начался утренник. Ну, думаю, пусть без звука, но посмотрю на их сайте «прямой эфир», что же они такое интересное приготовили. Оказалось – ничего. Только общая песня для мам и бабушек, общий танец, а Егор продекламировал пару стихотворных строчек в общем поздравлении. Всё это – минут на десять. В остальное время проходили конкурсы, в которых участвовали пары «мама и ребёнок». У моего пары не было, и он просто сидел на стульчике.

Как же так? Целый час он сидел, и никто из взрослых не обращал на него внимания. Сотрудники даже не подумали о том, как некомфортно ребёнку одному среди веселящихся пар детей и мам. А ведь присутствовали три воспитателя и музработник – на десять воспитанников. Ну как можно четырём ответственным за мероприятие взрослым женщинам не увидеть, что посреди зала сидит одинокий ребёнок и он не задействован? Воистину, у семи нянек дитя без глазу.

Мой сын вообще редко плачет, даже если сильно ударится. Но тут примерно с середины праздника начал всхлипывать. Через полчаса его наконец-то заметили. И даже обняли. Предложили участвовать в последнем конкурсе. Он встал вместе со всеми. Но это был конкурс, где мамы с завязанными глазами должны узнать своего ребёнка. Егор понял, что чужим мамам он всё равно не нужен, и сам отошёл в сторону.

Я пришла его забирать. Не стала ругаться, устраивать сцену. Просто сказала, что искренне не понимаю, зачем надо было оставлять Егора на праздник, если почти всё время он просидел на стуле, а весь сценарий построен на парном взаимодействии детей с мамами. Воспитатель честно созналась, что просто забыла про него, была занята съёмкой, а когда вспомнила, оказалось, что «у мальчика плохое настроение». Ну вот действительно – с чего бы?

Короче, забрала я зарёванного сына. Еле успокоила. Он обычно очень быстро переключается, легко забывает обиды, но вечером постоянно прокручивал эту ситуацию и сказал, что сегодняшний утренник – это первая беда в его жизни. И сегодня самый ужасный день.

Ощущение от произошедшего гадостное. Как будто моего сына использовали. Пока ребёнок был нужен для того, чтобы не волноваться и не менять сценарий, – «пожалуйста, не забирайте!». А как только оттарабанил своё – сиди на стуле и не отсвечивай. Зла не хватает.

Вспоминая себя в его возрасте, понимаю, насколько в детстве любую эмоцию проживаешь ярче и сильнее. Если радость – то до небес, если огорчение – то вселенского масштаба. Поэтому он, конечно, был очень и очень расстроен. Весь вечер я старалась компенсировать сыну утренник: мы вместе играли, смотрели мультик, разговаривали, я купила ему дурацкую резиновую рыбку со страшной мордой и языком наружу, напекла блинчиков…

Меня расстраивает не только сама ситуация, но и её продолжительность. Одно дело, когда огорчение длится несколько минут, но когда целый час!.. Долгие 60 минут чувствовать, что никому до тебя нет дела и ты никому не нужен! Как будто наказывают, а за что – непонятно. А воспитатель, если и поняла, что допустила большую ошибку, всё равно не придала произошедшему значение. И ещё очень ловко выкрутилась: мол, у Егора было плохое настроение, ему предложили участвовать – сам не захотел. Только она совсем забыла о камерах: на видео чётко видно, что одна из воспитательниц подошла к моему сыну только под конец праздника, когда он уже всхлипывал полчаса.

А ведь до вчерашнего инцидента я нарадоваться не могла на этот садик. Там и чуткий подход к детям, и внимательные, творческие, да просто очень приятые люди в коллективе. Часто вне утренников они устраивали детям интересные мероприятия – спектакли, соревнования, экскурсии. Я им правда очень благодарна. Когда прошлой весной у меня было воспаление лёгких и даже малейшая физическая нагрузка вызывала одышку, воспитатель предложила, чтобы няня сама отводила Егора в садик и приводила домой, хотя это не входит в её обязанности. Оставляли сына в группе на целый день вместо половины, за небольшую доплату. Сейчас вот согласились давать ему пилюли от аллергии, которые надо пить строго за 15 минут до обеда. Хотя, казалось бы, зачем им заморачиваться?

Тем обиднее и непонятнее то, что произошло вчера. Ну не ожидала я от них такого! Это как узнать, что во всех отношениях приличная школьница-отличница вдруг напилась и разгромила школу. От хороших людей получить такое вдвойне противно. Я ведь не раз видела их репетиции или даже обычные занятия. Нет пары – ребёнок танцует или выполняет задание в паре с музработником или няней. Что сложного-то?

Вот был День Матери. Они ставили спектакль «Три поросёнка» в очень вольной интерпретации. Егор играл волка. Понятно, что убери его – спектакль пострадает. У него и слов много, и феерический танец с козой – танго, ну такое уморительное! Тут я понимаю необходимость его присутствия. Но пара общих песен и танцев и несколько строчек в речовке – неужели ради этого надо было непременно удерживать ребёнка? А потом забыть о его существовании на целый час!

У меня именно с этой воспитательницей был разговор насчёт праздника в честь 23 Февраля. Я ей говорила: поскольку отец Егора не сможет прийти, то, считаю, сыну будет там некомфортно, если ожидаются парные конкурсы с папами и дедушками. Она сказала, что всё понимает, поэтому там парного ничего не планируется, будет лишь представление от детей для пап и дедушек на военно-патриотическую тему.

Тут ситуация абсолютно аналогичная. Я понимаю, что они не обязаны менять сценарий праздника только потому, что кто-то из мам заболел. И не требую к сыну повышенного внимания. Но разве трудно просто проследить за тем, чтобы никто на утреннике не остался в стороне!