Полина уже полчаса стояла у двери своей квартиры и разговаривала с замком.

– Ну, миленький, откройся, пожалуйста. Не будь такой врединой. Мне ужин готовить надо. Скоро девочки из школы придут. Ну, не упрямься.

Она поцеловала замочную скважину, глубоко вздохнула, прошептав известную ей молитву, вставила в очередной раз ключ и очень нежно повернула в нужном направлении. Замок щёлкнул, дверь открылась.

Полину отпустило.

Прежде чем зайти в квартиру, она, соблюдая ритуал, зашептала, обращаясь к замку:

– Я знала, что ты хороший. Что ты ещё долго нам послужишь. Тебя даже чинить не надо. Спасибо, миленький.

Оглянулась по сторонам и поцеловала замок.

В коридоре она хотела зажечь свет, но вспомнила, что лампочка перегорела два дня назад. С перегоревшей лампочкой как с замком не поговоришь.

Освобождая пакеты с продуктами, она с опаской поглядывала на старенький холодильник, который молча стоял в углу. Полина посмотрела на него с мольбой в глазах.

– Миленький, здравствуй! Как ты один без меня? Наверное, скучал?

Она погладила дверцу и с опаской открыла холодильник. Тот натужно закашлял.


– Вот и славно. А я в тебя верю. Ты у нас ещё молодец. Всего-то лет двадцать. Разве это возраст для тебя?

Женщина разложила продукты по полкам и нежно, очень нежно закрыла дверцу холодильника.

Дальнейшие события вряд ли стоит описывать: как Полина разговаривала с краном, полкой кухонного шкафа, форточкой и тупыми ножами.

Вечером за ужином сказала мужу:
– Евгений, нам надо поменять замок у входной двери.
Сказала шёпотом, чтобы замок не услышал.

– Зачем? – спросил муж, поглощая котлету со сложным гарниром, не отрываясь от чтения.

– Он может однажды не впустить меня в квартиру.

– Это как? – спросил Евгений, перелистывая страницу.

– Он может просто сломаться.

– Зачем ему это нужно?

Полина не нашлась, что ответить. Немного помолчала, налила мужу чай, положила сахар, варенье, размешала, попробовала и добавила ещё ложку варенья. Потом вымыла посуду, усадила дочерей за уроки и подошла к дивану.

– У нас лампочка в коридоре перегорела, надо бы заменить.

– Лампочку заменить? Пустяки. Завтра заменю.

И Евгений снова погрузился в чтение.

Полина постояла немного в раздумье и вышла из комнаты.

Муж у Полины, конечно, был не предел мечтаний, но был. И это перекрывало все недостатки. Деньги за свою работу получал хоть и небольшие, но работал. И получал. И всё отдавал жене. Да, надо отметить: Евгений не пил и не курил.

Теперь перевернём медаль. Есть и другая сторона.

Евгений категорически не хотел ничего делать по дому и аргументировал своё нежелание тем, что он и так работает, этого вполне достаточно, а домашние проблемы должна решать жена.

Как-то она купила новые карнизы. Под них были сшиты прекрасные шторы. Полина и мытьем, и катаньем заставила мужа прибить эти чёртовы карнизы.

Два дня он их собирал. Три – выверял горизонталь и делал отметки под крепления. Ещё три дня у него ушло на проверку измерений. Неделя ушла на принятие решения: сверлить или долбить. Наконец было принято решение долбить вручную, потому что Евгений перфоратора боялся как огня, а простую дрель считал пережитком прошлого.

Взяв молоток и сверло с победитовым наконечником, Евгений взобрался на стремянку и ударил в выверенную отметку.

Пока он находился в больнице, Полина вызвала мастера по объявлению в газете. Тот за полчаса всё сделал, а заодно просверлил несколько отверстий в разных местах на будущее.

В квартире напротив жила пожилая чета. Тётя Оля и дядя Петя. Единственные, кто остался из всех соседей по подъезду при первом заселении. Тётя Оля возилась ещё с Полиной, а теперь присматривала за её дочерями. Где в школу собрать, где обед разогреть, когда хлебом поделиться, если Полина замоталась. Сейчас такое редко бывает.

Полина тоже помогала старикам. И давление померит, и продукты занесёт, чтобы им лишний раз по гололёду из дома не выходить. И о здоровье каждый раз спрашивала. А много ли старикам надо? Своих детей у тёти Оли и дяди Пети не было.

Тётя Оля была хрупкой женщиной небольшого роста, но сильной духом и с железным характером. Мужа держала в строгости и порядке.

О дяде Пете надо сказать особо. Высокий, статный, голос – гром, но по натуре тихий и спокойный. Не злоупотреблял. Только по праздникам. Но иногда срывался. И тогда даже тётя Оля отсиживалась у Полины, пила чай и корвалол. Ни на что не жаловалась и больше успокаивала Полину, чем себя. Через определённое время вставала со словами:
– Ну всё. Мой уже успокоился, пойду посмотрю, что с ним.

Как-то раз Полина пригласила тётю Олю с дядей Петей на день рождения. Посидели, отметили, стемнело. Дядя Петя встал, чтобы включить свет. Получилось у него с третьего раза.

– А что это у вас выключатель так плохо работает?

– Нормально работает, – возразил Евгений.

– Да, – произнёс дядя Петя. – Отвёртка в этом доме имеется?

– Где-то была.

– Да, – произнёс ещё раз дядя Петя и обратился к жене: – Мать, дай-ка ключи.

Вернувшись со своим инструментом, дядя Петя поковырялся в выключателе, проверил свою работу, остался доволен.

– Так-то оно лучше.

– А у нас в комнате ещё розетка не работает. Может, почините? — попросили девочки.

– А ну, показывайте ваши хоромы.

После выключателя и розетки дядя Петя вошёл в раж, отрегулировал смывной бачок и устранил течь в кране.

– Дядя Петя, да вы просто волшебник, – визжали от восторга девочки.

– Да какой я волшебник? Просто долго пожил, много умею.

Прощаясь, дядя Петя по-отцовски обнял Полину.

– Если чего, зови, помогу. Стулья у вас уже шатаются. Поправить бы надо.

Полина смутилась.

– Как-то неудобно.

– Чего же тут неудобного? – вмешалась тётя Оля. – Поможет, поможет. Он же у меня на все руки мастер.
– Ну, если уж только в крайнем случае, – отозвалась Полина.

А крайние случаи в жизни Полины пошли чередой. И звала она дядю Петю на помощь, потому что на Евгения никакой надежды. Работает и работает. У кого-то и такого мужа нет.

Но по-соседски можно помочь раз, ну, от силы два, но не бесконечно же? Полина сначала предлагала деньги дяде Пете. Тот отказывался. Да еще тётя Оля на контроле: «Ты ему денег за работу не давай. Не балуй».

И Полина решилась.

– Позовите дядю Петю.

Сидя на маленькой кухоньке, Полина долго не решалась сказать, зачем пришла.

– Ты, девонька, не майся, говори. Мы всё поймём, – успокоила ее тётя Оля.

– Вы простите меня, тёть Оль. Если вы не берёте денег, я прошу дядю Петю: научите моих девчонок всему, что умеете. Это им в жизни пригодится. Да и мне тоже. Что же делать, если у моего Евгения руки растут не из того места? Ну не бросать же мне его из-за этого?

Тётя Оля посмотрела на своего мужа.

Девчонки оказались смышлёными. Подружились с отвёрткой, молотком, пассатижами. Постепенно перешли на электроинструменты, правда, под присмотром дяди Пети. Трудились днём, пока отец на работе. И всё заработало: сломанное заменили, старое починили. А когда девочки вдвоём, без помощи дяди Пети, устранили засор в ванной, Полина была на седьмом небе от счастья и расцеловала их счастливые чумазые мордочки.