В связи с недавними печальными событиями вспомнилась мне история из моего пермского детства.

В 1977 году мама была классным руководителем очередного 8-го «Б». И в самом начале учебного года на родительском собрании обратилась к присутствовавшим: «У детей в этом году выпуск. Некоторые продолжат учёбу в девятом, а другие поступят в наши пермские профтехучилища. Но хотелось бы, чтоб у всех сохранились лучшие воспоминания о школьных годах. Моё предложение. В зимние каникулы своими силами организовать для ребят путешествие. И посетить какой-нибудь замечательный город нашей огромной страны».

Родители ценили и уважали педагога Ирину Сергеевну и приняли её задумку на ура. Коллективно стали соображать, у кого и где, в каких городах и республиках имеются необходимые связи. Вариантов оказалось много: Свердловск, Горький, Ленинград. Рассматривали богатый культурным наследием Тбилиси и почти зарубежную Ригу. Но победил Севастополь. Город великой воинской славы! Решили – пусть дети проникнутся духом патриотизма, а заодно подышат морским воздухом.

И вот после празднования нового 1978 года стали сколачивать коллектив для поездки. Состав такой: 8-й «Б» – 28 человек, два представителя родительского комитета, моя мама как классная руководительница и я в довесок, чтобы не оставлять дома без присмотра. Всем нам предстояло отправиться в долгий путь.

По сегодняшнему моему мнению, это было чистое безумие! Всего три взрослых на тридцать подростков, находящихся в самом опасном возрасте – 14–15 годочков! Как такое могло прийти маме в голову, до сих пор не понимаю. Неужели она так сильно любила своих подопечных?

Впрочем, ученики тоже любили Ирину Сергеевну, хотя и побаивались. Мальчишки под предводительством хулиганов Петрова и Зылёва бегали курить в тамбур на другой конец поезда. Но мама и там их настигала, раздавала подзатыльники и отбирала табачные изделия.

Девочки-красотки с хорошо заметными формами тоже не отставали. Они млели от комплиментов взрослых кавалеров, проходивших мимо них в вагон-ресторан. Мне кажется, мама ни одной ночи в пути не спала. А бродила по плацкарту, как «человек с ружьём», охраняя непорочность юности.

Мне в то время едва исполнилось двенадцать, и для 8-го «Б» я была «дочкой училки» и «малявкой». Посему лежала на верхней полке и листала «Севастопольские рассказы». Книжку мне всучила мама: «В дороге не скучно будет».

А дорога оказалась длинной. Сутки от Перми до Москвы, там пересадка и ещё день до Севастополя.

В Москве на Ярославском вокзале подростки вывалились из вагона и дружно загалдели:

– Ирина Сергеевна, а мы на метро покатаемся? Мы его увидим? Так хочется!

Сегодня, прожив почти тридцать лет в Москве, по метро я могу передвигаться с закрытыми глазами. Проехать по Кольцевой линии одну остановку от «Комсомольской» до «Курской» – плёвое дело. Но представьте табун засидевшихся в вагоне жеребят-недорослей, которые стучат копытами, ржут и норовят разбежаться в разные стороны и потеряться навсегда. Это не шутки! Это фильм ужасов!

– Нет, в метро не пойдём, – сказала мама. – Заказан автобус. Становимся в пары и строем движемся на привокзальную площадь.

Поднялся отчаянный стон:

– В парах, строем? Нет! Мы что, как пленные немцы пойдём или как детсадовцы? Все смеяться будут!

– Shut up! Get in line immediately, if you don’t want to go back home right now! Everyone understands? – рявкнула матушка, заставив всех построиться под угрозой немедленного возвращения домой.
Дети заткнулись – всё-таки школа с углублённым изучением английского языка.

Конечно, многих нюансов я уже не помню, впечатлений было много, и в голове всё перемешалось. Вроде бы заселили нас в только что построенное общежитие, но отопления и горячей воды там ещё не было. Кормили в какой-то военной столовой, но это всё неважно! Самое главное – прекрасный Севастополь встретил нас ярким солнцем и по-весеннему тёплой погодой! И это после морозного Урала, где зимой норма – минус тридцать.

Шапки, шарфы, свитера были рассованы по чемоданам, все гуляли по улицам в шубах нараспашку. Вокруг зеленела трава, на деревьях распевали птички. А сам город оказался весь белый, какой-то воздушный. Когда смотришь на него с Малахова кургана, кажется, будто он парит в молочной дымке облаков.

Нас провели по всем достопримечательностям города. И наконец-то мы добрались, можно сказать, до самого значительного объекта – панорамы «Оборона Севастополя 1854–1855 гг.». В музее мы увидели экскурсовода – древнюю женщину в каком-то странном, почти дореволюционном пенсне. Встречая нас как долгожданных гостей, она восхищённо ахнула:

– Вы с Урала? Так издалека к нам приехали? Бедные деточки, наверное, устали в дороге. Но ничего, ничего! Я вам сейчас всё расскажу, покажу…

Обычно экскурсия начинается с первого этажа, в витринах представлены экспонаты: портреты, оружие, награды, личные вещи и документы участников обороны Севастополя. А уж потом все поднимаются на второй этаж, чтобы увидеть панораму самих событий на величественном полотне художника Франца Рубо. Но добрая экскурсовод решила сделать исключение для утомившихся детишек с Урала и повела нас сразу к панораме.

О героях 349-дневной обороны города она рассказывала как о хорошо знакомых и родных людях, которых видела лично. Как будто всё это случилось не сто лет назад, а буквально вчера! Пару раз прослезилась и промокнула глаза кружевным платочком. Хирург Пирогов, матрос Пётр Кошка, Даша Севастопольская, адмирал Нахимов и все славные генералы – живые, реальные люди, а не параграфы учебника.

– Существует легенда, – хитренько улыбнулась экскурсовод. – Что когда во время боя под ноги адмирала Корнилова упала бомба, матрос Кошка схватил её и бросил в котёл с кашей. Фитиль погас, взрыва не произошло. Адмирал поблагодарил находчивого матроса, а тот ответил: «Доброе слово и Кошке приятно!»

Все ребята засмеялись – как сказали бы сейчас, «шутка зашла». Экскурсия продолжилась, все сделали полный круг вдоль панорамы и стали спускаться на первый этаж. А я осталась.

Увиденное и услышанное поразило меня! Не помню, была ли там звукозапись как иллюстрация боя, но мне она была не нужна. У меня в ушах гремела пушечная канонада, рвались снаряды, кричали люди, стонали раненые. А со всех сторон наступали жестокие англичане, подлые французы и злобные турки. Я будто сама находилась на позиции легендарного Четвёртого бастиона, самого опасного места обороны. Русские солдаты называли его «адом» или «могилой». Не знаю, сколько я там стояла, время остановилось… Но послышался топот ног, кто-то быстро поднимался по лестнице, а затем раздался крик:

– Вот она, нашли!

Кто-то крепко цапнул меня за воротник пальто. Не повезло ему! Бедняга не знал, что я всё ещё нахожусь на Четвёртом бастионе. Там, где матрос Кошка с одним ножом вступил в схватку с тремя французами и взял их в плен. За воротник меня держал низкорослый хулиганистый Зылёв, мне не составило особого труда вывернуться и кулаком заехать ему в нос. Противник взвизгнул и отступил! Но тут на помощь другану подоспел высоченный Петров, ему я смогла дотянуться только до щеки, чтоб крепко пройтись ногтями. Прибежавшие на шум экскурсовод и моя мама пресекли рукопашное сражение.

– Ирина Сергеевна, мы её не трогали, она сама дерётся! – оправдывался Зылёв, хлюпая разбитым носом.

– Ага, как кошка царапается! – обиженно басил Петров.

Оказывается, вся наша группа, закончив осмотр экспозиции, вышла на улицу и направилась на экскурсию в «Морской аквариум-музей». Мама раздала билеты, но один остался. Тут-то и обнаружилось, кого именно потеряли.

– Ты почему так себя ведёшь? Хулиганишь, безобразничаешь! Считаешь, раз моя дочка, тебе всё дозволено? – праведному гневу родительницы не было предела. – Вот кем ты себя возомнила?
Не зная, как ответить, упрямо буркнула в ответ первое, что в голову пришло:

– Я – матрос Кошка.

– Кошка-нехорошка, – горько покачала головой мама. – Позоришь меня. Если ещё куда-нибудь с ребятами поедем, никогда тебя с собой не возьму. Обещаю!

В недалёком будущем с 9-м «Б», а впоследствии с 10-м «Б» мама съездила в Грузию и Прибалтику. Но в поездки больше меня не брала. Обещание своё сдержала!

А я очень надеюсь, что обещание, которое недавно прозвучало во всех СМИ, тоже сдержат. И удивительный музей-панорама «Оборона Севастополя 1854–1855 гг.» будет восстановлен! Пусть на это потребуются не год и не два. Но пусть он существует! Чтобы люди, которые не успели посмотреть это чудо раньше, всё же увидели его и склонили головы перед подвигом героев. А восхищённые дети тоже скажут: «Я – матрос Кошка! Я буду, как он, верным другом, бесшабашным весельчаком, в душе благородным и отчаянно храбрым! И ещё буду беззаветно любить Родину и защищать её от всех!»