СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Отец Владимир сказал: всё будет хорошо
Отец Владимир сказал: всё будет хорошо
18.08.2014 00:00
Тут у нас ходят слухи о вашей беде

Отец Владимир сказал: всё будет хорошоЗдравствуйте! Моё письмо «Не твой это человек» о поездке в Татарстан, к старцу отцу Владимиру, было опубликовано в 31 номере. Хочу добавить, что батюшка не только мне помог определиться в жизни. Ещё более интересная ситуация связана с моим братом. Вернее, с его новорождённой дочкой.

Супруга моего младшего брата была беременна, ждали второго ребёночка. Скажу сразу, что семья у нас без вредных привычек, только брат курит. Если в семье кто-нибудь забеременеет, десятки рук ограждают будущую маму от негатива. У наших беременных все девять месяцев на лице улыбка.

Под конец беременности стали придумывать имя будущей принцессе. И решили, что быть ей Златой. Даже уже попривыкли к этой мысли. И вот когда мы с мамой ездили к батюшке, она сказала ему, что беспокоится о родах, не знает, всё ли пройдёт благополучно. Батюшка задумался и сказал, что роды будут лёгкими и всё будет хорошо. Спросил маму, как назовут новорождённую. И мама вдруг, ни с того ни с сего, сказала – Варвара. Почему она так сказала? Сама не может ответить. Отец Владимир воскликнул:
– Прекрасно! Богатейшее имя, быть ей Варварой!

Ехали мы с мамой домой в автобусе, думали каждая о своём. По приезде мама легла отдыхать (сутки на ногах в церкви), а я побежала в лес – энергии после визита к батюшке было – хоть полпосёлка освещай.

Вечером пришла наша сноха и вдруг говорит:
– Мы тут подумали… Вот родится девочка, скорее всего, у неё будут тёмные волосы и карие глаза. Ну какая она Злата? Мы решили – Варюха она, Варя.

Мы с мамой дара речи лишились. Переглянулись и только потом рассказали о разговоре с отцом Владимиром.

Подходит время родов. На свет появляется девочка. Легко, без кесарева сечения. Но ребёнок очень болен, налицо масса уродств: большая сморщенная головка, сросшиеся пальчики на ручках и ножках. Кстати говоря, все УЗИ, анализы, проверки давали результат без патологий. Удивительное дело. Не увидеть такое на УЗИ просто невозможно!

У нас шок, врачи в ужасе. Девочка плохо дышит, не шевелится, в общем, кошмар. С первой же минуты врачи стали убеждать нас, что от ребёнка необходимо отказаться, что мы не потянем, что это неизлечимо.

Скажу честно, дали слабину, растерялись – вся семья в слезах была. Я работала в ночную смену, когда узнала о случившемся. Позвонила тогда ещё другу (нынче мужу), он примчался за триста километров ко мне на работу, чтобы поддержать.

Наутро мы с братом поехали в больницу. Сидели с ним в машине и ревели в два голоса. Все растерялись, не знали, что делать. Начались разговоры о том, что надо думать о первом малыше, и даже была мысль об отказе от новорождённой. Честно. Стыдно сейчас вспоминать.

Прошло несколько дней. Мой отец собрал всех и сказал, что мы ни в коем случае не осудим родителей, если они откажутся от ребёнка. Но в таком случае они (мои мама и папа, Варенькины бабушка и дедушка) возьмут её к себе. И будут растить. Решение было твёрдым и таким, казалось бы, простым. Днём позже позвонила папина родная сестра, рыдала в трубку и говорила, что если мы откажемся от ребёнка, она его заберёт. В общем, поднялась вся семья. Такого единства я давно не наблюдала.

Но в голове стучал только один вопрос: почему старец сказал, что всё будет хорошо? Диагноз врачей был страшен. Синдром Апера, редкое заболевание. Единицы детей вырастают нормальными. Разве это – благоприятный исход?

Прошло несколько дней, моих маму, папу и брата пустили в реанимацию посмотреть на ребёночка. И тут Варенька стала шевелиться, ворчать, хрюкать и потягиваться, будто говорила, что она хорошая, и даже очень – как все. Разумеется, слабость отступила ещё за пару дней до этого. Разумеется, брат и сноха забрали свою девочку, нашего Вареника, домой. Будто и не сомневались никогда.

Когда Варюшке была всего неделька от роду, мы её крестили прямо в больнице, мне предложили стать крёстной. На обследовании врачи сказали, что лечению девочка не подлежит, можно только подкорректировать внешность. А это огромные затраты, в том числе финансовые. Ну и пусть, решили мы. Справимся.

Вопрос, почему батюшка сказал, что всё будет хорошо, не отступал. И когда мы второй раз с будущим мужем поехали к отцу Владимиру, я его задала.

Реакция батюшки была интересной. Он откинулся на стуле, улыбнулся и сказал:
– А смотрите, как этот маленький комочек взбудоражил всю вашу семью! Вы проявили качества, которые в повседневной жизни проявляются крайне редко. Ребёнок сплотил всех вас, заставил сделать важный выбор.

Надо сказать, что в подробности я отца Владимира не посвящала – просто спросила, почему он так сказал в прошлый раз.

Потом он добавил: не без помощи врачей, но мы поставим её на ноги, и всё, как он уже сказал, будет хорошо. Помощь придёт, откуда её совсем не ждёшь. И Варя будет вполне нормальной девочкой.

Кстати, моему другу, отец которого был тяжело болен, батюшка сказал, что тому недолго осталось. И теперь надо думать не «когда», а «как». Отец друга умер осенью, последняя стадия рака желудка. Мы молились за него. И ведь человек умер без болей. Ни разу не пользовались наркотиками или сильными обезболивающими. Отец просто тихо ушёл, без страданий. Необычно легко для такого больного.

Вернувшись домой, мы помчались к родителям. У них как раз сидела моя сноха – на лице удивление, глаза огромные. Вот что она рассказала.

Звонят ей с работы (крупная компания), она там в декрете, а раньше была одним из директоров. Уже три года не работает. И руководитель компании говорит:
– Тут у нас слухи ходят о вашей беде. Хочу всё знать из первых рук.

Сноха рассказывает. Руководство делает несколько звонков, потом сообщает, что компания готова взять на себя все расходы по лечению нашей девочки. Мы не просили, даже намёка не было!

Ездили на обследование в Москву, по показаниям операции отложили на несколько лет. Правда, первая планируется уже в следующем году.

Варюха растёт, ей уже восемь месяцев. Нам всем кажется, что она и сейчас красивая. Радуемся каждому её достижению. Она хорошо держит голову, кушает, потягивается и пытается сесть и ползти – всё как у обычных детишек. Недавно заметили, что танцует, когда слышит музыку! А ведь при таком синдроме детишки могут не слышать и не дышать самостоятельно. Пытается ручонками схватить мои бусы и тащит их в рот. Брат в ней души не чает, говорит, что не представляет, как это так – без Варюхи. На ребёнке нет места, которое не было бы зацеловано, вся семья её обожает.

И я точно знаю, что всё будет замечательно! Отец Владимир сказал.

Из письма Евгении,
г. Самара
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №32, август 2014 года