Меня назвали «госпожа»
26.01.2015 00:00
Я испытываю к этому слову классовую неприязнь

Меня назвали «госпожа»Здравствуйте, уважаемый коллектив газеты «Моя Семья»! Позвольте рассказать вам немного фантастическую историю – но только на первый взгляд.

Накануне дня рождения получила пенсию, положила в сумочку, во внутреннее отделение, закрыла на молнию.

У меня оставалась небольшая сумма от предыдущей выплаты, и я с лёгкостью стала тратить деньги на вкусности. Давно мечтала о бисквитном пирожном со взбитыми сливками, только на день рождения себе позволила: один раз можно. Почему только один раз? Возраст, хронические болезни… Я была поглощена выбором пирожного, кошелёк держала в руках, а вот о сумочке забыла, поставив её на полочку на уровне колен.

Придя домой, обнаружила, что молния на сумке расстёгнута и пенсии нет. Степень моего отчаяния может понять только тот, кто терял последнее. Эмоции эмоциями, а придётся думать, как прожить месяц. «Ну хорошо, «коммуналку» оплачу в следующем месяце, некоторый запас продуктов и лекарств имеется, а дальше видно будет», – утешилась я.

В воскресенье пошла в церковь к заутрене. Я не считаю себя религиозным человеком, мои познания о религии скудны. Просто люблю ходить в церковь при городском кладбище. Скромное сооружение, построенное в конце XIX века. На протяжении всего времени, по сегодняшний день, здесь регулярно проводились богослужения. В Великую Отечественную войну отпевали воинов, умерших от ран в лазаретах города Уральска; здесь же есть ухоженное кладбище, где они похоронены.

Служба закончилась, я поставила свечку, конечно же, пожаловалась Богу на своё ротозейство.

День начинался солнечный, осень раззолотила деревья, окрасила багрянцем кусты, воздух был свеж и прозрачен. Город ещё спал – ни машин, ни людей.

Вдруг меня чуть не сбила с ног молодая, хорошо одетая женщина, выскочившая из небольшого продуктового магазина. И в момент, когда она выбегала, у неё из кармана выпал кошелёк – кожаный, дорогой, толстенький.

Я подняла его, бросилась следом.
– Барышня, барышня!

Она не оборачивалась, неслась дальше. В голове мелькнуло: «Уж не решила ли она, что я собираюсь её отчитывать за то, что она меня толкнула?»
– Барышня, вы обронили кошелёк!

Она мгновенно остановилась и выпалила скороговоркой:
– Ой, спасибо! Я оставила малыша одного, а сама – в магазин, вот, теперь спешу к нему.
Взяла кошелёк и скрылась в подъезде.

Дома я про себя подумала: «На кой ляд ты за ней побежала? Подняла бы кошелёк, да и пошла своей дорогой. Даже если бы в кошельке не было денег, сам-то он очень красивый. Эх ты, разиня щепетильная!»

Стала вспоминать все возможности, упущенные в жизни из-за своего ротозейства или надуманных принципов. В результате сейчас имею то, что имею. И такая взяла досада на себя, в том числе и за негодные мысли!

Через несколько дней снова пошла в церковь. Служба уже закончилась, даже у ворот не было попрошаек. И тут на аллее, ведущей к церкви, я увидела купюру 2000 тенге (чуть больше 700 рублей. – Ред.) – не состояние, конечно, но неделю продержаться можно.

– Наваждение какое-то! – струхнув, сказала я себе. – Это, наверное, наказание за мысли мои дурные.

Подняв купюру, я вошла в церковь и с облегчением опустила её в ящик с надписью: «На ремонт храма».

Церковь была безлюдна, со стен на меня взирали лики святых, пахло ладаном, чуть потрескивали свечи. В такой обстановке мысли становятся лёгкими, душа смягчается. Несколько лет назад здесь вёл службы седовласый батюшка, его проповеди были человечны и доступны для понимания, я слушала, затаив дыхание, его тихий голос. Именно здесь, в скромной церкви, я осознала, что Бог есть независимо от нашей веры или сомнений. Грустно, что поняла это поздновато. Вскоре этот батюшка умер, но я помню о нём, он был хорошим человеком.

Через несколько дней в моей квартире раздался телефонный звонок. Незнакомый мужской голос сказал, что на моё имя пришёл денежный перевод.

– Шутка ваша не смешная, – рассердилась я и положила трубку, подумав, что меня решил разыграть кто-то из знакомых.

Но телефон продолжал разрываться. Я вновь подняла трубку, ко мне обратились – «госпожа». Ого! Так меня ещё не называли. Но мне совсем не польстило, к этому слову испытываю классовую неприязнь. Верх взяло обыкновенное любопытство.

Банковский работник объяснил, что мне пришёл денежный перевод из дальнего зарубежья. Действительно, деньги прислала моя дальняя родственница, седьмая вода на киселе.

В 1986 году она с семьёй уезжала из Ленинграда на постоянное место жительства за границу. Продавать им особо было нечего, квартиры в то время не были в частной собственности. Поэтому родственница заняла деньги у меня, 300 рублей. Тогда это была моя месячная зарплата с премиальными плюс кое-какие накопления. Конечно, в семейном бюджете образовалась значительная брешь. И вот не прошло и тридцати лет, как долг вернули.

Вообще у меня есть жизненное правило: если не могу уклониться и кому-то всё же одалживаю деньги, то сразу вычёркиваю этот факт из памяти. Нет, я не альтруистка, просто напоминать человеку о долге – дело муторное, можно нарваться на грубость или получить в лице заёмщика злейшего врага.

В приписке к переводу родственницы были слова: «Искала тебя в сети».
– Что я, рыба, что ли, – усмехнулась я.

Все мои знакомые в курсе моей дремучести и динозавренности – я не горжусь этим, но не пользуюсь ни компьютером, ни интернетом, ни разными терминалами. Я люблю свою домашнюю библиотеку, в которой есть справочная литература, мне радостнее получать скромный белый почтовый конвертик. За «коммуналку» предпочитаю платить женщинам-кассирам, даже если они – злющие тётки, но, по крайней мере, живые. Иногда бывают исключения: кассир – молодая женщина, помню её молоденькой девушкой. Когда-то она радостно поделилась, что выходит замуж, а теперь её старший сын ходит в школу. Она как солнышко, я рада за неё и греюсь в лучах её доброты.

Вот такая немного фантастическая история – но только на первый взгляд.

Любезные друзья, позвольте в наступившем новом году пожелать вам быть счастливым!

Без подписи,
г. Уральск, Казахстан
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №03, январь 2015 года