СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Знаю, что вижу деревню в последний раз
Знаю, что вижу деревню в последний раз
24.03.2015 12:10
На пороге стоит старец с белоснежной бородой

Знаю, что вижу деревню в последний разПримерно за неделю до смерти моя бабушка Наташа увидела нечто необъяснимое. В тот день она находилась в квартире одна. А её сын Анатолий и сноха Тамара, у которых она тогда проживала, в это время находились в Москве, куда они ездили за продуктами.

Позднее, на поминках, тётя Тамара расскажет родне, что когда они вернулись, бабуля показалась им какой-то странной, не такой, как всегда: грустной, задумчивой, погружённой в себя. Разговаривала неохотно и на вопрос снохи, уж не заболела ли, ответила, что всё нормально и беспокоиться не нужно. Однако, как только у сына выдался ближайший выходной (работал он по графику), тут же засобиралась в деревню и стала звать его с собой.

В деревне бабушка жила только летом, а в ту пору на дворе был ноябрь, и делать ей там вроде нечего. Но она стояла на своём, и сын уступил, поехал вместе с матерью, потому что рискованно отпускать пожилого человека одного в дальнюю дорогу. Тем более что к самому дому бабушки шоссе проложено не было и в завершении пути нужно идти ещё километра три пешком по просёлочной дороге.

Старушка бодро преодолела весь путь. В родной деревне внимательно вглядывалась в окрестности, на своём приусадебном участке обошла почти каждую яблоньку, каждую вишню, потрогав их стволы рукой.

Дома мать и сын пробыли не больше часа, потому что изба была не топлена. Немного передохнув, двинулись в обратный путь. Сын, чтобы старушка не уставала, старался замедлить шаг.

Разговаривали мало, но бабушка почему-то ввернула фразу, что свою деревню она нынче увидела в последний раз и больше ей там уже не бывать. Дядя Толя пытался матери возражать, говорил, что таких поездок в её жизни будет ещё немало, но она стояла на своём. А потом он заметил, что бабушка стала отставать, и предложил ей отдохнуть на поваленном у дороги дереве.

Но и после передышки бабушке лучше не стало. Лицо её заметно побледнело и стало покрываться испариной. Дяде Толе ничего другого не оставалось, как нести мать до шоссе на руках, благо она была худенькой. В ту пору не только не было сотовых телефонов, но и стационарные их собратья считались на селе большой редкостью. Вот почему вызвать «скорую помощь» не представлялось никакой возможности. И дядя вынужден был идти с матерью на руках напрямки, чтобы быстрей оказаться у шоссейной дороги, хотя поблизости не было никакого населённого пункта. Положив мать на обочину, стал голосовать.

Машины ходили тогда не слишком часто. А некоторые проезжали мимо, не торопились останавливаться. Ведь шофёры прекрасно понимали, что ситуация не из простых, и большинству не хотелось обременять себя дополнительными заботами. Тогда дядя Толя вышел на середину дороги навстречу очередной легковушке и только так сумел её остановить. Вместе с водителем усадил бабушку на заднее сиденье, и все оставшиеся до дома восемь километров тот гнал машину на пределе возможного.

Узнав о случившемся, в больницу тут же прибежала старшая дочь бабушки – тётя Надя, которая жила неподалёку. Врачи приёмного отделения назначили экстренную операцию, потребовав на это согласие детей. И вот тогда бабушка, находясь до последнего в сознании, попросила тётю Надю такую расписку непременно дать.

– Из наркоза я не выйду, – сказала она, – знаю, что умру на операционном столе. Но другого выхода нет, потому что дальше терпеть такую ужасную боль не могу. Видишь, у меня уже и руки синеют.

После этого, собравшись с силами, бабушка в нескольких словах поведала такую историю.

– Когда Толя с Томой были в Москве, я услышала звонок. Подумала, кто бы это мог быть? Открываю дверь и вдруг вижу на пороге незнакомого старца с белоснежной бородой. Спрашиваю его: «Вы к кому? Хозяев нет, они уехали». А он внимательно так на меня посмотрел, немного помолчал и отвечает: «А я за тобой пришёл, уже и место для тебя приготовил. Так что собирайся!» Хотела у него спросить, куда, а он внезапно пропал. Меня поразило, что старец тот словно сошёл с иконы Николая Чудотворца из нашей церкви.

Бабушка и в самом деле скончалась на операционном столе. У неё оказалась прободная язва прямой кишки. Врачи очень удивлялись, что она в столь тяжёлом состоянии не впала от болевого шока в кому, а вплоть до самого наркоза находилась в твёрдой памяти.

А потом мы бабушку отпевали в той церкви, куда она любила ходить, и гроб с её телом был поставлен служителями именно возле большой старинной иконы Николая Чудотворца.

Из письма Зои Бондарцевой,
Московская область
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №11, март 2015 года