СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Жизнь и кошелёк Какие болезни бывают у лентяев
Какие болезни бывают у лентяев
06.07.2015 00:00
Куплю ружьё, подкараулю вас и застрелю

Какие болезни бывают у лентяевДобрый день, «Моя Семья»! Расскажу историю взаимоотношений с племянником – возможно, это кому-нибудь поможет избежать моих ошибок.

У меня была сестра, мы с ней родные только по матери. Её отец погиб, когда сестре исполнился годик, а её брату – два года. Мама с двумя детьми вышла второй раз замуж за моего отца. Родилась я. Разница в возрасте у нас с сестрой девять лет. С братом – десять.

В двадцать сестра родила мальчика, у меня с ним разница 11 лет. После рождения сына сестра стала пить запоями. Что мы только не делали – лечили, кодировали, всё бесполезно. Забегая вперёд, скажу, что в 2006 году она погибла под колёсами грузовика в пьяном состоянии в возрасте 48 лет.

Сестра могла не пить год, а потом – бах! – и снова запой. Выглядела она хорошо, но во время возлияний себя не контролировала. Кстати, до неё в нашей семье никто не пил. Откуда такая напасть – непонятно. Супруг её бросил, она вышла замуж второй раз.

Мой племянник считался бедным сиротинушкой, несчастным ребёнком при живых родителях. Когда мальчику исполнился годик, мама привезла его к нам. Мой отец хорошо зарабатывал, кормить ещё одного ребёнка было совсем не в тягость. Сестра тоже работала, получала неплохие деньги, однако содержание сына полностью переложила на плечи отчима. А тот и не роптал: он не делил детей на своих и чужих. Всех очень любил.

«Сиротинушку» жутко баловали: несчастный же ребёнок. Учиться он не хотел, еле окончил восемь классов – у моего отца был знакомый директор школы, туда племянника и пристроили, там же «нарисовали» аттестат. Потом он пытался учиться в ПТУ, но стало лень, бросил. Деньги ему давали без ограничений, покупали одежду – чего ещё надо? Мальчику всё доставалась легко и просто.

Я рано вышла замуж, жила отдельно от родителей и не мешала им превращать неплохого парня в урода.

В 19 лет племянник женился, молодые родили ребёнка. Но семейная жизнь ему быстро надоела, жене – тоже; в итоге их сына воспитывает мама жены. Алименты платил мой отец, поскольку племянник работать не хотел: у него со здоровьем не очень – желудок, сердце. Ну, вы знаете, какие болезни бывают у лентяев. Плохому танцору всё мешало, зато на клубы и друзей времени хватало, ничего не болело, жил в своё удовольствие.

Гром грянул, когда племяннику исполнился 21: внезапно от инсульта умер мой 73-летний отец. Надо сказать, он всегда умел зарабатывать деньги. Уже выйдя на пенсию, построил огромные теплицы с паровым отоплением, выращивал рассаду на продажу, собирал овощи-фрукты, торговал на рынке. Нас к своему делу не привлекал, только давал деньги, всех содержал.

В начале 90-х годов у отца в банках сгорели все сбережения; в середине 90-х он тоже неудачно вложил деньги. Так что на момент смерти больших средств у него не оставалось, всего имущества – пасека и три огромные теплицы с ранними огурцами.

Моя мама не привыкла работать и что-то решать. Мне сказали: раз отец твой, то и проблемы твои. Племянник сбежал, даже на похороны не пришёл, дед был ему неродной, зачем лишние переживания? Во всяком случае, моя мама так его оправдывала: на что ребёнку на похоронах смотреть?

Не буду рассказывать, как я справилась с пчёлами и огурцами, – очень помогла невестка, вдова моего брата, который умер за три года до отца, в 37 лет, от разрыва аорты.

Через некоторое время племянник начал тянуть деньги с бабушки, моей мамы. Она работала, получала пенсию и практически всё отдавала ему. В свою очередь я покупала продукты, платила по счетам – ну не могла же оставить мать голодной!

Потом они за моей спиной решили продать часть нашего участка соседу. Племянник даже взял с него залог. Хорошо, что сосед пришёл ко мне. Я жёстко поговорила с мамой, сказала ей, что у меня в голове не укладывается, как она додумалась до продажи части нашего родового гнезда, там же дух предков!

Вот к чему приводит слепая любовь.

Племянник меня возненавидел. Однажды позвонил пьяный и сказал, что хочет меня убить, потому что мешаю ему жить. Я поделилась этим с мамой, но та сказала, что он ещё совсем ребёнок, к тому же сирота, поэтому обижаться на него нельзя.

Если честно, я слегка испугалась: мужа у меня уже не было, защитить нас с дочерью некому. Племянник кричал, что хочет получить мою квартиру, что если я исчезну, жилплощадь станет его (кстати, эту квартиру мой отец приобрёл мне в подарок). Ещё племянник сказал, что купит ружьё, подкараулит нас с дочерью и застрелит, после чего продаст участок, квартиру и будет жить долго и счастливо. Он меня ненавидит просто за факт существования. Мама промолчала.

На тот момент сестра была ещё жива. Наши отношения складывались хорошо, хотя, конечно, сказывалась разница в возрасте. Сильной родственной связи между нами не возникло, но мы никогда не ругались: сестра всегда была готова помочь, и я обратилась к ней. Угрозы со стороны племянника прекратились, он даже позвонил и извинился, сказал, что его занесло. Я простила: «сирота» же.

Вскоре племянник нашёл себе новую девушку и вместе с ней сел нам с матерью на шею. Мама кормила его, а я – её. Надо сказать, что девушка племяннику попалась хорошая, правда, из семьи потомственных алкоголиков, но спиртного в рот не брала, на дух не переносила.

Семейка у неё была знатная, чего только стоит история похорон её папы, который сгорел от пьянки. Родственники кремировали его тело и, крепко отметив печальное событие алкогольными напитками, захоронили урну с прахом в парке, под берёзкой. А наутро не смогли вспомнить, где именно закопали, – искали, но так и не нашли. Потом парк снесли, на его месте построили торговый центр. Теперь родня ходит туда в кафе поминать папу. Ещё и радуются, что не пришлось тратиться на памятник: вот какие хоромы отгрохали покойному!

Из такой вот семьи он привёл к нам девушку. Как я уже написала выше, в нашей семье никто, кроме сестры, не пил. Да и она не была маргинальной личностью – тихонько выпивала у себя в квартире. Забегая вперёд, скажу: когда она умерла, мне позвонил племянник, сообщил скорбную весть и сказал, что его мать мне сестра, поэтому я должна её хоронить, а он в этом деле участвовать не собирается.

Да, племянник жил у бабушки, но мать в его детстве тоже присутствовала – и на курорты возила, и в первый класс отвела. Выполняла свои обязанности, как могла. Не бросала, часто приезжала. А хоронить её должна и обязана сестра, а не сын. Племяннику тогда исполнилось 28 лет, далеко не ребёнок.

Это так, штрих к портрету, напоминание о том, как нельзя растить детей: баловать до умопомрачения, разрешать делать всё что заблагорассудится, бесконтрольно давать деньги. Такой человек не уважает никого, ему плевать на чужую обиду, боль, беду. Это эмоциональный урод, у которого нет ни жалости, ни совести – ничего, кроме желания потреблять.

Я работала на износ, но денег не прибавлялось. Привозила матери продукты, печенье, фрукты – всё тут же съедалось. Пыталась объяснить ей, что не могу кормить такую ораву, но она сразу принималась рыдать, говорила, что я её обижаю.

Наверное, у меня было какое-то умопомрачение, и хотя прошло много лет, до сих пор не могу объяснить своё тогдашнее поведение. Плакала, но давала деньги, даже в ущерб собственной дочери, не говоря уже о себе. Так сказать, отдавала дочерний долг.

Потом случилось страшное: убили брата моей матери, зверски, в собственном доме. Из-за стресса она заболела, уволилась с работы. Потом у неё случился инфаркт, состояние здоровья постепенно ухудшалось, через некоторое время стала совсем больной и немощной. Племянник от неё сбежал жить к своей девушке, в маргинальную семейку.

Мать угасала на глазах. У неё появилась агрессия: стала на меня кидаться. Однажды ночью в невменяемом состоянии зашла в мою комнату с ножом. Я вся ходила в синяках, с расцарапанными руками.

Предложила сестре разделить обязанности по уходу за матерью и наследство, но та сразу отказалась от дома. Сестра помогала мне в меру сил. Один раз взяла мать к себе погостить, но затем ушла в месячный запой. Больше я мать к ней не отправляла.

Пенсию матери я полностью оставляла ей, иначе начиналась истерика. Кстати, пенсия у неё была неплохая, плюс доплаты – мать блокадница и репрессированная по национальному признаку. Иногда она давала мне деньги на конфеты и мармелад, которые очень любила. Всё съедала сама – болезнь, что поделаешь. Я её полностью содержала. Однажды у меня кончились деньги, попросила у неё в долг, но оказалось, что у неё совсем ничего нет. Пока я кровью и потом зарабатывала на хлеб, к ней приезжал племянник и забирал всю пенсию.

Конечно, я ругалась, но сделать ничего было нельзя, болезнь обострила чувства: дитя стало самым любимым, а я оказалась злой тварью, не желающей кормить ребёнка, который «маленький и несчастный». Я боялась приступов агрессии и инфарктов матери, поэтому молчала. Так продолжалась пять лет.

Потом мать слегла, но лежала недолго, два месяца. Племянник звонил мне, жаловался на тяжёлую жизнь и плохое здоровье; за это время он успел родить ещё одного ребёнка. И я давала ему деньги. Да, давала! Потому что была настолько морально измотана, что, казалось, легче расплатиться, чем выслушивать его жалобы.

Когда мама умерла, он даже не пришёл на похороны – объяснил, что ему тяжело на это смотреть, да и зачем? Бабку ведь уже не вернёшь – он называл мою мать «бабкой». Думаете, он её уважал и любил? Нет, мог и прикрикнуть, и оскорбить, а та терпела, ведь любовь слепа.

А я продолжала подкидывать ему деньги – в долг, без возврата. Это продолжалось ещё четыре года после смерти мамы. Не знаю, что со мной было, не могу объяснить. Привычка, что ли? В голове крепко засело, что надо помогать. Было жалко ребёнка племянника, покупала ему игрушки, одежду, делала подарки его жене – в основном дарила одежду. Племянник всё принимал как должное, правда, его жена благодарила.

Но в один прекрасный день я поняла, что ничего и никому не должна. Все долги отдала, по всем счетам заплатила.

Дело было в 2008 году. Я не стала ругаться с племянником. На очередную просьбу о деньгах дала 2 тысячи в долг – и специально оговорила срок возврата. Разумеется, он не собирался ничего отдавать. Но как только звонил, я сразу требовала долг. Племянник говорил, что ему тяжело жить, у него больные сердце и желудок, на работу ему не устроиться, поскольку в стране кризис… Я же стояла на своём: отдай 2 тысячи, и будем дальше общаться.

Племянник звонил всё реже и реже, последний раз – два года назад. Я снова потребовала долг, он назвал меня мелочной, готовой за 2 тысячи продать родню. Сказал, что сейчас положит эти несчастные деньги на мой телефон, и бросил трубку. Не положил. Больше мы с ним не общались. Если честно, в моей жизни ему места нет. Я свободна!

Не повторяйте моих ошибок. Безвозмездная помощь приносит больше вреда, чем пользы. У ребёнка должны быть обязанности, ограничения, чтобы он вырос нормальным человеком. «Всё для детей» – на мой взгляд, неправильна позиция.

Свою дочь я воспитала совсем по-другому, она помогала мне с мамой, просто так денег не получала. Надеюсь, вырастет ответственным человеком.

Из письма Ирины
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №26, июль 2015 года