Сундук с завещаниями
13.07.2015 00:00
Раз на Севере живёшь – получаешь миллионы

Сундук с завещаниямиНедавно встретила на улице знакомую – она вся светилась и поспешила поделиться со мной своей радостью. Родная тётка завещала ей двухкомнатную квартиру под Новгородом, надо ехать вступать в права.


Я её спросила:
– Тётка сделала это потому, что ты помогала ей деньгами?
– Нет, у меня семья, сама с копейки на копейку перебивалась. Из каких средств мне было ей помогать? – ответила знакомая.
– Значит, тебе повезло, – сказала я. – У меня в чёрном сундуке лежат целых три завещания. Правда, теперь это всего лишь исторические документы.

…Мои родители умерли много лет назад, сама я с семьёй давно живу на Севере. Мы всегда жили как все, на скромные зарплаты, растили, учили детей, приходилось экономить.

Сестра моей матери жила в тёплых краях в собственном доме. Одна, детей не было, только племянницы.

В свой срок тётушка вышла на пенсию. Стало тяжело в материальном плане, вот она мне и предложила ежемесячно высылать ей деньги, а она за это отпишет мне своё жильё, поможет перебраться в тёплые края. И хотя у неё уже было завещание на других моих сестёр, мы с ней съездили к нотариусу, переписали на меня.

Я отрывала от семьи копеечку и в течение восьми лет отправляла тётке. А она, как мне потом сказали, насмехалась надо мной: «Пусть шлёт, раз водятся лишние деньги!»

Умом-то понимала, что все мои старания напрасны, но как не помочь родному человеку? Когда же приезжала к тётке в гости, та стелилась передо мной и заливалась соловьём:
– Вот умру, ты уж своих сестёр не обижай, дай им чего-нибудь. Я им тоже говорила, чтобы тебя не обидели, если им что-то от меня достанется.

Ну, думаю, раз она сёстрам – они жили рядом с ней – всё рассказала, не буду предъявлять им последнее завещание, которое на меня. А может, и оно не последнее, может, тётка снова перепишет имущество.

Так оно и вышло, не суждено мне было перебраться жить в тёплые края: дом достался сёстрам.

Второй раз меня подвела уже двоюродная сестра. Тоже бездетная, живёт одна. И снова я прекрасно понимала, что ничем хорошим это не закончится. Ведь хорошо знала сестру: она лучше чужим поможет, только бы не своим. От неё я тоже далеко живу.

Скажу сразу: сестра никогда не бедствовала. Я даже её ругала, спрашивала, зачем ей все эти тряпки, куча ковров, картин, статуэток попугаев, котят, собачек. Не квартира, а какой-то музей.
– Всё тебе достанется! – говорила сестра. – Вот я лежу и любуюсь этой красотой, ведь в молодости у меня ничего такого не было. Ты не переживай, я честная и порядочная, не поступлю с тобой, как наша тётка.

Сестра старше меня на много лет, года на месте не стоят, скоро ей семьдесят. Бог с ней, подумала я, помогу, пока есть возможность. И снова втихаря от мужа шесть лет высылала ей деньги.

Но вот муж мой умер, надо было поднимать на ноги детей, устраивать их в колледж. На это тоже нужны деньги, а ведь ещё надо оплачивать коммунальные услуги. Самой бы кто помог, а то только я всем помогаю! Думают, раз на Севере живу, значит, получаю миллионы.

Перестала высылать сестре деньги. Через некоторое время она мне позвонила. Нет, я не была шокирована, было изначально понятно, что дважды наступаю на те же грабли. Даже карты говорили: обман! Ты наивная, всем веришь, а тебе это только боком выходит. Не делай добра, не получишь зла.
– Раз ты там бедствуешь и у тебя нет возможности мне помогать, переписываю свою недвижимость на подругу, которая меня не оставит. А что касается твоих денег, я подсчитаю, сколько ты мне выслала, и всё верну, – сказала мне двоюродная сестра в телефонную трубку.
– Не забудь отдать с процентами! – ответила я.

Разумеется, никаких денег она мне не вернула.

Третье завещание на меня написал родной брат. Ещё в советские времена он решил купить машину, «Запорожец». Но денег у него не было, их одолжил наш отец. Правда, поставил одно условие: ему возвращать долг не надо, но половину суммы брат должен отдать мне.

Я его не торопила: у него подрастали двое детей, жена не работала. Всё думала – как-нибудь потом.

Прошло много лет. Уже и отец умер, и брат развёлся с женой, а этот долг так на нём и висел. Потом он запил, остался без работы, стал брать в долг у меня деньги. Сумма росла.

Однажды брат пришёл ко мне и сказал:
– Я скоро умру, вот это тебе, – он протянул мне листок бумаги и запечатанный конверт, – а письмо прочтёшь, когда меня не станет.
«Завещание на машину» – прочла я на листке.
– Это мой долг тебе! – пояснил брат.

Хоронила его я одна. Бывшая жена, хотя уже и жила с другим мужланом, потеряла покой и сон, когда узнала, что брат завещал мне машину. Конечно, этот старый «Запорожец» был ей не нужен, просто позавидовала. В общем, отдала я ей эту тачку. Вскоре до меня дошёл слух, что она её продала.

Письмо брата я вскрыла не сразу. А когда прочла: «Я люблю тебя, сестрёнка!» – слёзы сами хлынули из глаз.

Теперь прекрасно понимаю поговорку «На чужой каравай рот не разевай».

А что же с завещаниями?
Первое. В тёткин дом иногда приезжаю в гости, сёстры принимают меня с радостью.
Второе. Двоюродная сестра приглашает, один раз была у неё, подарила ей золотой перстень.
Третье. Сижу у могилки, разговариваю с братом.
Есть ещё четвёртое – от мужа. Здесь уж точно всё моё и моих детей, никто этого у нас не отберёт.

Порой, когда на душе скребут кошки, достаю из сундука давно пожелтевшие от времени листочки завещаний и перечитываю их. Эти ненужные бумаги храню только как память.

Из письма Людмилы
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №27, июль 2015 года