Жизнь наполняется смыслом
02.07.2016 00:00
Жизнь наполняется смыслом– Это не меню, это какое-то либретто к балету об отравлении в столовке, – Нелли Михайловна отложила в сторону картонку с меню и обратилась к официантке: – Ну и где же, позвольте узнать, мой континентальный завтрак: яйца пашот, тосты с фуа-гра, горячий шоколад?
– Мама, не позорься, – одёрнула родительницу Ритка, – это только звучит красиво – «континентальный». Я сейчас принесу тебе яичницу и какао.
– Ты всегда была закомплексованным ребёнком, – фыркнула Нелли Михайловна и улыбнулась мальчику семи лет, сидевшему с ними за столиком: – Иван! Ты сегодня уже здоровался с Тимофеем?

Мальчик тяжело вздохнул, слез со стула, подошёл к Ритке, обнял руками её большой живот и зашептал в него:
– Тимоха, привет! Выходи поскорее, они уже достали, сбежим с тобой в Антарктиду, там пингвины!
– Рита, ты взяла с собой что-нибудь почитать? – капризно спросила Нелли Михайловна. – Я уже начинаю скучать в этом отеле, хотя… Подожди, мне кажется, сейчас будет кое-что занимательное…

Через зал ресторана упругой походкой шествовала молодая особа, вид у неё был решительный. Особа дошла до столика, за которым сидел молодой человек, дождалась, пока он поднимется ей навстречу, и от всей души залепила ему пощёчину.

Зал замер, перестал жевать и глотать, десятки глаз уставились на оскорблённого молодого человека, и только Нелли Михайловна недовольно крякнула:
– Ну и что ты мешкаешь, парень? У тебя же под рукой кувшин с лимонадом!
– Мама! – с упрёком прошептала Ритка.
– Мама! – громко взвизгнула молодая особа, потому что лимонад испортил ей причёску и пролился в вырез её футболки.
– Браво! – поддержала молодого человека Нелли Михайловна.
– Ничего не «браво», мама! – возмутилась Ритка. – Ты провокатор! А если она залепит ему омлетом в лицо?
– Спасибо за подсказку! – кивнула Ритке лимонадная особа и залепила омлетом в лицо молодому человеку.
– Если это только любовная размолвка, то на этом, пожалуй, и хватит, – резюмировала Нелли Михайловна.

И молодые люди её словно бы послушались: мокрая особа, выжимая на ходу косу, направилась к выходу, омлетный парень, промокнув себя салфеткой, сел допивать свой кофе.

После завтрака решили позагорать у бассейна.

– И что это за манера такая нахальная! – возмущалась Нелли Михайловна. – Все шезлонги застелены полотенцами, но где все эти люди? Во сколько они встают, чтобы занять места?
– Устраивайтесь, пожалуйста, – улыбнулась Ритке давешняя девушка из ресторана и смахнула с шезлонга чьё-то полотенце. – Меня зовут Яна.
– Идиотка тебя зовут! – сказал ей парень – жертва пощёчины и омлета, вышедший из бассейна, подобрал своё сброшенное полотенце и накрыл им мокрые плечи.
– А тебя – мерзавец! – ответила ему девушка.
– Молодой человек, – поспешила вмешаться Нелли Михайловна, – вы не проводите меня к пляжу? Так солнце слепит, боюсь оступиться.
– С удовольствием! – белозубо сверкнул улыбкой парень.

Ритка с Нелли Михайловной посмотрели друг на друга с вызовом.

– Я вижу, мама, отдых для тебя наконец обретает смысл? – хмыкнула Ритка.
– Иван, – обратилась к растерявшемуся внуку Нелли Михайловна, – ты пойдёшь с нами на море или останешься плавать в хлорке?

Хорошо изучив нравы мамы и бабушки за свои семь лет, Ванька понял, что опять попал между молотом и наковальней. Спас ситуацию Тимофей, разошёлся там внутри не на шутку – живот Ритки пошёл буграми.

– Я останусь с братом! – объявил Иван и припал к животу.
– Ренегат! – поморщилась Нелли Михайловна.

Солнце устроилось в зените, Яна раскрыла над Риткой зонт. Ванька неистово летал и летал с аквагорки в бассейн. Тимофей заснул.

– Знаете, Яна, почему моя мама встала на сторону вашего Серёжи? – горько спросила Ритка. – Она терпеть не может женщин. И меня ни во что не ставит! Она вообще меня не хотела, она планировала мальчика, чтобы лазал по гаражам, сдирал коленки, свистел в два пальца. И я уже в пять лет назло ей научилась свистеть, прыгать с гаражей, драться как самый отъявленный хулиган. А она только смеялась надо мной. Я стала лучшим вратарём во дворе, а она презрительно фыркала. И только когда родился Ванька, она впервые пожала мне руку. И теперь, узнав на УЗИ, что у меня будет второй мальчик, похлопала меня по плечу: «Назовём его Тимофеем. Наконец-то наш дом наполняется смыслом!» Понимаете, смысл её жизни исключительно в мужчинах…
– Мы поженились три дня назад, – Яна грустно мазала плечи кремом для загара. – Убежали от всех гостей, родственников, запихали в рюкзаки майки-шорты-сланцы, захватили бутылку шампанского, два бокала, купили билеты в СВ и махнули сюда, на море. Ночь, романтика, а до этого – день переживаний. Выпили по бокалу, и я заснула. Проснулась – поезд стучит колёсами, в окне купе луна, Серёга спит. Я его нежно потрепала по волосам: «Милый, у нас же первая брачная ночь!» А он, мерзавец, зевает лениво: «Ты поспала, дорогая, дай и мне отоспаться!» Представляете, и захрапел!
– Решил показать, кто в доме хозяин, – поддакнула Ритка.
– Вот именно, – согласилась Яна, – с этого всё и началось! А утром вселились в этот отель, весь день не разговаривали. Я думала, может, к вечеру у него совесть проснётся. А он взял одеяло и ушёл спать на балкон!
– Вы так никогда детей не заведёте, – сокрушённо погладила свой живот Ритка.

На пляже было буйно и спортивно. Отдыхающие визжали, падая на крутых виражах с банана, привязанного к катеру. На водных скутерах виртуозили пляжные инструкторы, купая в мириадах солёных брызг восторженных дамочек. Молодая парочка хохотала, поднимаясь в небо на парашюте, который тащил за собой на тросе маленький катерок. С пирса толкали друг друга в море весёлые подростки. На песке играла в волейбол загорелая и ладная молодёжь.

– Серёжа, а давайте мы с вами сейчас сиганём с тарзанки? – задорно предложила Нелли Михайловна. – Детективных книжек в отеле нет, драку с вашей женой я зачем-то прекратила, мне снова скучно.
– Да у меня последние дни проходят круче тарзанки! Мне бы сейчас отдышаться, – пожаловался Серёжа. – Понимаете, я потратился на это дорогущее СВ, чтобы романтика, чтобы первая брачная ночь не как у всех, а она нахлесталась шампанского и задрыхла! – Серёжа поправил панаму на собеседнице, потому что ему казалось, что она не видит его за разлапистыми полями. – Полночи я на неё смотрел и ждал как дурак. А когда меня сморило, она начала толкаться, требовательно так, но я уже из принципа повернулся к ней спиной, пусть знает…
– …кто в доме хозяин! – поддакнула Нелли Михайловна. – Ну рассказывайте, рассказывайте.
– Вот именно! – согласился Серёжа. – Утром сняли номер в этом отеле. Пока оформлялись, пока заселялись, она даже слова не проронила, администраторша вообще решила, что у меня жена глухонемая. И первое, что Янка сказала мне вечером перед сном, с издёвкой так: «Ну что, милый, это у нас считается первой брачной ночью или уже второй?» Взяла полотенце и пошла спать в ванную!
– А вы вообще детей планируете? – покачала головой Нелли Михайловна. – Таких девиц надо учить. Я свою тоже учила, прыгалками пониже спины!
– Я прыгалками не пользуюсь, я тренируюсь с эспандером, – вздохнул Сергей, – и вообще я против физического насилия.
– Хорошо, вру, – быстро согласилась Нелли Михайловна, – я тоже против. Будем давить её морально.

– Я ушла тогда в ванную не потому, что не люблю его, – хлюпала носом Яна. – Я думала, он придёт за мной, попросит прощения и заберёт в постель. А он, вообразите, взял одеяло и назло ушёл спать на балкон. А этой ночью я принципиально взяла одеяло и подушку и заняла балкон первой.
– А он пошёл спать в ванную? – предположила Ритка.
– Если бы! – покраснела от возмущения Яна. – Он, ни слова не говоря, прекрасно устроился на кровати! Как вам такое поведение? Меня всю комары искусали, а он нежился под кондиционером и ещё балкон запер. А утром пошёл на завтрак и вообще меня на балконе забыл. Хорошо, горничная пришла убираться и отперла.
– Ужас какой! – ахнула Ритка. – Правильно вы ему оплеуху залепили.
– Вы не знаете, есть в этом посёлке загс? – разревелась Яна. – Я собираюсь подавать на развод!
– Развестись вы всегда успеете, – нахмурилась Ритка, – надо придумать, как его проучить…
– …Прошлой ночью я уже собирался с ней помириться, – продолжал свои откровения Серёжа. – А она схватила подушку с одеялом, забрала все абрикосы и умотала на балкон. Ладно бы просто спала там, а то ведь точила абрикосы и косточками в меня пулялась. Ну, я не выдержал и запер её на балконе! А сегодня ещё и по роже получил. Думаю, надо разводиться…
– Ну, это неинтересно, развестись может любой дурак, – отмахнулась Нелли Михайловна. – Нам надо разработать план по укрощению строптивой. Будем бить рублём. Есть у неё карманные деньги?

Вечером в Риткин номер постучалась совершенно расстроенная Яна.

– Риточка, вы представляете, он отправился в ресторан на набережной. И, главное, забрал с собой все деньги. Я, говорит, лишаю тебя финансирования и разгрузочный вечер не помешает!
– Знакомый почерк, – усмехнулась Ритка. – А я-то думаю, куда намылилась наша бабушка, причесон себе забацала, напялила мои индийские шальвары. Так, Яна, собирайтесь, мы тоже идём в этот ресторан.
– Мамочка, – заскулил Ванька, – ты же обещала на аттракционы!
– Аттракцион мы сейчас устроим, или я не мамина дочка! – решительно объявила Ритка.

В ресторане было шумно и весело, от мангала сладко пахло шашлыками, местные музыканты под гитару и синтезатор наяривали шансон. Нелли Михайловна с Серёжей устроились за центральным столиком и пили вино. Как только Ритка с Ванькой и Яной переступили порог ресторана, словно по мановению волшебной палочки, а вернее, по лёгкому жесту Нелли Михайловны в сторону музыкантов гитарист объявил в микрофон:
– А теперь для роскошного блондина в красной футболке за центральным столиком – в знак любви с первого взгляда песня от юной незнакомки!

И музыканты затянули «О боже, какой мужчина!».

– Я не поняла, что за фигня? От какой ещё незнакомки? – возмутилась Яна. – Это же мой Серёга в красной футболке.
– Дешёвые номера! – скривилась Ритка. – Они знали, что мы придём, подготовились. Садимся за свободный столик, сейчас мы им устроим алаверды. Ванечка, беги, скажи бабушке, что хочешь писать, пусть отведёт тебя.
– Но я не хочу, – удивился Ванька.
– Это неважно, главное, отвлеки её на несколько минут.

Как только любящая бабушка взяла за руку Ваньку и повела в уборную, бросив Ритке на ходу: «У, мать-ехидна!» – Ритка быстро метнулась к соседнему столику, за которым сидели весёлые и слегка подвыпившие парни.

– Ребята, выручайте! Очень надо заказать для девушки Яны песню, держите стольник и скажите ей в микрофон что-нибудь душевное.
– Не вопрос! – согласился рыжий весельчак и направился к музыкантам.

В это время вернулись Ванька и разъярённая бабушка.

– Ребёнком спекулируешь?! Забирай своего коллаборациониста!
– Мамочка, я хочу в туалет! – заныл Ванька.
– Бабуля подучила? – прищурилась на сына Ритка.
– Нет, теперь я правда хочу!
– Ты же не хотел пять минут назад, что за ребёнок такой, – Ритка внимательно следила за действиями рыжего. – Пойди попроси бабушку.
– Она больше не поведётся!
– Тогда сиди и терпи, наслаждайся музыкой! – приказала Ритка.

В это время рыжий взял микрофон у гитариста и торжественно объявил:
– А теперь – песня! Янка, краса моя, подруга дней моих суровых, тебе посвящаю!

Нелли Михайловна с Серёжей переглянулись, Яна приложила руку к груди и благодушно кивнула рыжему. Музыканты заиграли «Ах, какая женщина! Мне б такую…»

– Что это, я не понял! – разволновался Серёжа. – Чё за выступление? Откуда он её знает?
– Здесь что-то не то, – нахмурилась Нелли Михайловна, – сидите смирно, не дёргайтесь.

Пока звучала песня, Ритка незаметно поманила к себе рыжего. Компания его только наполнила бокалы, и он подошёл неохотно.

– Ну чего ещё?
– Смотри на Янку, улыбайся, а слушай меня, – прикрываясь салфеткой, зашептала Ритка. – Значит, так, на следующую песню приглашаешь её танцевать.
– Да ну на фиг, – фыркнул рыжий, – я по танцам не любитель.
– Пятьсот рублей хочешь? – азартно банковала Ритка. – Оттанцуешь девушку – получишь!
– Смешные вы тётки! – ухмыльнулся рыжий.

Гитарист затянул песню про коня, и рыжий, обречённо покосившись на свой непочатый бокал, кивнул Янке небрежно.

– Ну что, подруга дней моих суровых, пошли, что ли, покачаемся в медленном танце?

Серёжа во все глаза наблюдал за Янкой с рыжим, лицо его наливалось краской, ноздри раздувались, как у того самого коня.

– Перестаньте нервничать, Серёжа, – успокаивала его Нелли Михайловна. – Это всё постановочные трюки, не по-настоящему. И вообще он скверный танцор.
– Да мне плевать, какой он танцор, – скрипел зубами Серёжа, – он руки на её талии держит!
– Ну а что ему, за голову её держать, в самом деле? – пожимала плечами Нелли Михайловна. – Лучше вы себя в руках держите.
– И не собираюсь! – зарычал Серёжа и бросился к танцующей паре.

Разъярённый Серёжа толкнул рыжего в плечо.

– Ты чё?!

Рыжий убрал руки с Яниной талии и толкнул в плечо Серёжу:
– А ты чё?!
– А ты чё?!
– А ты чё?!
– Ты чё хватаешь мою жену?!
– Да нужна мне твоя жена! – заорал рыжий. – Я её за деньги танцую! Мне вон та пузатая платит!
– Да ты за всю жизнь столько не заработаешь, чтобы даже к мизинцу её прикоснуться!
– Да пошёл ты, придурок, нужна мне твоя чувырла!
– Чё ты сказал? Повтори! – рассвирепел Серёжа и боднул рыжего: – Она самая красивая, умная и прекрасная в мире!
– И он не придурок, – заступилась за мужа Янка и тоже боднула рыжего: – Он самый умный, мужественный и прекрасный!
– Пацаны, наших бьют! – закричал кто-то из компании рыжего, и все ринулись на танцпол.
– А ну-ка ша, сопляки! – приказала Нелли Михайловна и бросилась на парней, размахивая сумкой.
– Слушайте, они тут все долбанутые! – попятились парни.

Ритка крупно моргала и крупно дышала, обхватив руками живот. Нелли Михайловна поспешила к ней.

– Мамочка, бабушка, – виновато заныл Ванька, – я описался…
– Описался? – Ритка вытаращила глаза и закричала: – А-а-а! Нет! Боже мой, нет!!!
– Рита, перестань позорить ребёнка, – зашипела Нелли Михайловна. – Ты тоже в своё время писалась, чего так орать?
– Мама! Я… кажется… рожаю!
– И Тимофей из той же породы! – в панике всплеснула руками Нелли Михайловна. – Очень вовремя себя проявил! Серёжа, Яна, вызывайте «скорую»!
– Тимоха, ты молодец! – с чувством прошептал животу Ванька. – Всегда меня выручаешь, я тебя в футбол научу.

Янка с Серёжей, сплетя руки, сидели на лавочке у городского роддома.

– Значит, я самая прекрасная в мире? – тихо спросила Янка.
– Ты больше чем прекрасная… Ты – моя! – тихо ответил Серёжа. – А я правда самый мужественный?
– Ты сумасшедший, и я тебя люблю!
– А я люблю тебя! – Серёжа вдруг расхохотался. – Подумать только, у нас ещё не было брачной ночи, но мы уже рожаем ребёнка!
– Тимофея… – нежно прошептала Янка и прижалась к мужу. – Ну, я надеюсь, в эту ночь тебя не понесёт на балкон?

Из дверей роддома вышли озадаченные Нелли Михайловна с Ванькой. Супруги взволнованно вскочили им навстречу.

– В этот раз Тимофея не вышло, – вздохнула Нелли Михайловна.
– Не разродилась? – ахнула Янка.
– Ложные схватки? – проявил сообразительность Серёжа.
– Да нет, всё там родилось, все живы, все счастливы, – махнула рукой Нелли Михайловна, – но вышел не Тимофей.
– А что, имя ему не идёт? – осторожно спросила Яна.
– Девочка, – скуксился Ванька. – Всё кончено, никакой Антарктиды, никакого футбола и никакой рыбалки!
– Не вешай нос, внучок! – похлопала его по плечу Нелли Михайловна. – Девка будет нашей породы, по гаражам да по деревьям облазаетесь, любому пацану фору даст, это я тебе гарантирую!

Наталия СТАРЫХ
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №25, июнь 2016 года