СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Богема Елена Преснякова: Ну не могут же в семье все быть музыкантами!
Елена Преснякова: Ну не могут же в семье все быть музыкантами!
21.11.2016 15:25
Елена ПресняковаВся страна знает Елену Преснякову не только как солистку ВИА «Самоцветы», но и как женщину, сумевшую реализовать себя в семейной жизни. Их брак с композитором и саксофонистом Владимиром Пресняковым многие называют идеальным. 11 ноября супруги сыграют золотую свадьбу, а ещё через неделю свой юбилей отметит уже сама Елена – певице исполнится 70 лет! (Интервью было записано накануне. – Ред.) Она родилась вскоре после войны в Свердловске. Девочка из простой семьи всерьёз увлекалась художественной гимнастикой, добилась немалых успехов и о карьере певицы даже не помышляла. Но встреча с Пресняковым изменила её судьбу: Лена оставила гимнастику и начала петь. С Владимиром Петровичем они не только полвека вместе выходят на сцену, но и вырастили сына, талантливого музыканта Владимира Преснякова-младшего. А сейчас уже занимаются внуками.

– Елена, с какими чувствами ждёте юбилея?
– Скорее бы он прошёл, какие тут могут быть чувства! (Смеётся.) У Петровича весной уже был юбилей, но его до сих пор трясёт, когда он слышит это слово. Мы и его-то день рождения хотели отметить узким кругом, собрать лишь самых близких людей. Но друзья, зная нашу нелюбовь к громким торжествам, проявили инициативу – заказали ресторан. (Смеётся.) А в мой день рождения, девятнадцатого ноября, будет концерт в Москве. И его тоже организуют мои друзья и коллеги – договорились с концертной площадкой на эту дату, даже не спрашивая меня. Я пыталась объяснить, что не хочу выступать в этот день, да и пышных торжеств устраивать не собираюсь, но было уже поздно.

– Помните, какой самый оригинальный подарок получили на день рождения?
– У нас в семье подарки дарят независимо от повода. Когда я еду в гости к Наташе (Наталья Подольская, жена Владимира Преснякова-младшего. – Ред.), то обязательно что-нибудь везу и ей, и её сестре Юлечке, и маме. Их мамочка очень помогает обеим дочкам управляться с детьми. Я даже чувствую себя немного виноватой: сама-то обычно езжу на гастроли и провожу с внуком не так много времени, как хотелось бы. Хотя Наташа мне всегда говорит: «Да что вы, Лена! Вы и так обо всех нас заботитесь!» А что касается подарков, то, бывает, даже и дорогие вещи дарим без всякого повода. Однажды я привезла Вове из Турции кольцо. Мы выбирали его вместе с солистом «Самоцветов» Олегом Слепцовым – шикарное, за шесть тысяч евро. Потратила на него все деньги, которые взяла в дорогу, себе вообще ничего не купила. А потом узнала, что Вова решил это кольцо отдать Диме Маликову, потому что Дима подарил ему очень хороший браслет.

– Но как он мог? Ведь это же ваш подарок!
– К счастью, у нас в семье к таким вещам относятся спокойно. Первым сделал подарок Дима, а Вова, уже в ответ, тут же снял кольцо с пальца и вручил. Я бы на его месте поступила точно так же. И Наташа такая же. Скажешь ей: «Натусик, какая у тебя кофточка красивая!» – тут же отвечает: «Она мне великовата». И надевает её на меня.

– Вы с Владимиром Петровичем вместе уже пятьдесят лет. Откройте секрет – как сохранить брак, как сделать его счастливым?
– Мне кажется, тут всё зависит от женщины. Вообще, что Вова, что Петрович, – они как маленькие дети! Вовка таким же ребёнком останется до старости!.. Так вот: если что-то идёт не по-моему, то я всегда пугаю мужа – говорю, что меня пригласили на такой-то телеканал, вот пойду и расскажу всю правду о нашей семье. А дело в том, что мы тот телеканал не очень любим: у нас как-то раз взяли интервью, всё вроде хорошо, а потом выпустили его в эфир совсем с другим подтекстом. Хотя перед этим показывали материал Вове и Наташе. В общем, теперь Вова мне всегда говорит: «Мама, если они будут вас приглашать, не ходите». И когда грожусь мужу, что пойду на тот телеканал, любой спор сразу затихает! (Улыбается.) А то о нас говорят, что мы прямо идеальная семья.

Вот недавно приехали выступать в Сочи и поселились в разных номерах, друг напротив друга. И это нормально! Хотя муж поначалу удивился: зачем нам два отдельных номера? Но я встаю рано, мне надо привести себя в порядок, накраситься, а у Петровича чуткий сон, он сразу просыпается… Помню, были с ним в Екатеринбурге, там закладывали его именную звезду. В тот день он рано проснулся и говорит мне: «Это ты меня разбудила, я мог бы ещё поспать!» Конечно, сначала я возмутилась, ведь всё было не так. Но быстро перенастроилась и спокойно выслушала всё, что он наговорил. Я уже привыкла и совершенно спокойно реагирую на подобные слова.

– Вы сглаживаете острые углы!
– Была ещё такая смешная ситуация. Как-то я вернулась с гастролей, а дома гора немытой посуды, хотя Петрович постоянно говорит: «Я всё время за собой мою».

– Простите, а у вас разве нет посудомоечной машины?
– Нет, ведь мы живём вдвоём. Вот у Наташи с Вовой всё время гости, родственники, приезжает кто-нибудь из друзей – им нужна машинка. А нам зачем?

– Простите, я вас перебила.
– Ну вот. Стою и мою посуду, а он сидит, завтракает и спокойно так мне говорит: «Ты бы хоть переоделась». А у меня внутри всё кипит, и я не выдержала: «А ты бы мог помыть за собой посуду. В конце концов, я с дороги, хоть бы чайник поставил!» Домыла посуду, поворачиваюсь, а Петровича нет. И откуда-то из комнаты мне кричит: «Ленуль, ты уже всё сказала?» Меня такой смех разобрал, думаю: с кем я сейчас разговаривала? (Смеётся.) Но такие отношения у людей складываются со временем и с возрастом. Главное – пережить молодые годы, когда идёт притирка.

– Все знают Владимира Петровича как превосходного музыканта. А какой он в семье? Какой он муж?
– Отличный! Конечно, по молодости был ревнивым. Увидит, что я с кем-нибудь разговариваю, – обязательно спросит: «Кто это? Зачем ты с ним разговариваешь?» Приходилось объяснять: человек просто подошёл что-то уточнить. Да я и сама поначалу на Петровича более внимательно поглядывала. Летом нас часто приглашали выступать в варьете, а там такие девочки в кордебалете! Но потом перестала беспокоиться: муж был настолько увлечён музыкой, что редко обращал внимание на происходившее вокруг.

– А на кого больше похож сын – на вас или Владимира Петровича?
– Когда родился Вовка, все вокруг говорили: «Лена, он вылитый ты!» И в детстве такой пострел был, весь в меня. А с возрастом стал больше на Петровича походить: сделался более медлительным, рассудительным, начал Никиту поучать. Порой сидит такой важный и воспитывает сына. Я на всё это смотрю, а потом говорю: «Никитон, ты слушаешь?» А сама вижу, что он смотрит куда-то вверх и как будто напевает про себя, но тут же переводит взгляд на папу: «Да-да, слушаю», – «Так вот, – говорю, – не слушай!» (Смеётся.) Я же прекрасно помню его папу в таком же возрасте. После этого Вовка обычно отводит меня в сторонку и серьёзно заявляет: «Ты подрываешь мой родительский авторитет!» А я спокойно отвечаю: «Да, сынок, извини, но мне жалко Никиту».

alt

– Владимир советовался с вами, когда выбирал имена своим сыновьям?
– Нет, они всё решали сами. Мы с Владимиром Петровичем никогда не вмешивались – ни тогда, когда у них была семья с Кристиной, ни сейчас, когда с Наташей. Такие же отношения существовали в моей семье, все родственники говорили: «Только Ленку не трогайте, она работает, ей и так тяжело». И мы с мужем очень многое переняли у наших родителей, я до сих пор им за это благодарна. Они никогда не встревали в отношения молодых. И моя мама всегда вставала на защиту моего мужа. Я могла сколько угодно говорить: «Но он же не прав!» – это не имело значения. Когда Вова жил с Кристиной, они тоже сталкивались по какому-нибудь поводу, и тогда сын говорил мне: «Мама, но она же не права!» А я отвечала словами своей матери: «Сынок, она живёт в нашей семье». Мама всегда говорила: «Лена, Владимир только-только пришёл в нашу семью, она для него пока чужая. Пусть он привыкнет».

– У вас очень трепетное отношение к матери.
– Я родилась в послевоенное время, отец только вернулся с фронта. Мама подрабатывала: мыла полы в подъездах, я ей помогала. Помню, ходила и от всех пряталась – стеснялась. А потом одна женщина сказала маме: «Твоя дочка такая молодец, помогает тебе!» И я перестала прятаться и всё время ждала, кто ещё меня похвалит. Когда хвалят ребёнка, да и взрослого тоже, это очень стимулирует.

– Наверное, вы тогда и не думали о карьере певицы.
– Долгое время я занималась спортом, доросла до мастера спорта по художественной гимнастике и петь вообще не хотела, никогда! Даже ненавидела это дело, хотя меня всё время тащили в хор. Я говорила: «Нет, лучше на соревнования». Но завуч, которая вела у нас литературу, всегда строго предупреждала: «Тогда завтра у тебя будет двойка». Боясь расстроить родителей, шла на репетицию. А потом мы с детским хором заняли первое место.

– Вы и с Владимиром Петровичем сошлись, потому что у вас оказалось много общих интересов?
– Интересы у нас всегда были разные. Более того, я в джазе вообще долгое время ничего не понимала, хотя делала вид, будто хорошо разбираюсь. А Петрович проверял меня на вшивость – говорил, что если до утра не выучу биографию какого-нибудь исполнителя, то он со мной разведётся. Я не столько боялась развода, сколько реакции родителей: как им это объяснить? В то время люди женились раз и навсегда, у всех моих братьев и у сестры – по одному браку, и со стороны Петровича то же самое. У меня даже мысли о разводе не возникало – переживала только, что мама будет плакать… Сейчас совсем другое время.

alt

– Расскажите, пожалуйста, о внуках. Никита и Артемий похожи?
– Очень! Если Тёмке приделать рыжие волосы, то будет с Никитой одно лицо.

– А по характеру, темпераменту?
– Вот тут они разные. Никита всегда был сдержанным, а Тёма – хохотунчик, смешарик такой, вылитый папа. Вова в детстве вообще никогда не плакал, только губы надувал – падал, бился, но при этом ни слезинки. И Тёма точно так же: упадёт и тут же поднимается. Наташа вскрикивает: «Ой-ой!» – а он уже смеётся. В этом внук больше похож на Вову. Хотя Наташина мама говорит, что она тоже всегда была очень подвижной и смешливой, так что, видимо, ему это передалось от обоих родителей.

– Владимир однажды сказал, что младшего сына тоже видит артистом. Как вы к этому относитесь?
– Мне Петровича жалко. Он из каждого внука пытается сделать саксофониста, но никак не получается. Никитон однажды пришёл и говорит: «Деда, я записался в кружок игры на саксофоне». Петрович прямо просиял. У него большая коллекция саксофонов, от самого маленького до самого большого, и он тут же нашёл Никите саксофончик-сопрано. Целую неделю дед ходил счастливым. Наступили выходные. Кристина обычно привозила к нам Никиту в субботу или воскресенье. Внук приезжает с этим футляром, Петрович радостно спрашивает: «Ты, наверное, хочешь показать, как на нём играешь?» А Никита отвечает: «Нет, деда, я не буду играть. Так тяжело дуть – мне не нравится. И звук какой-то из него, «ву-ву»!» Петрович тогда сильно обиделся, причём на полном серьёзе! А сейчас уже снова питает надежду: «Ну, может, Тёма сыграет?» Но тот всё с мячом бегает. Наташа его много фотографирует, снимает на видео и присылает нам. На всех изображениях Тёмка с мячом, хотя лишь недавно научился ходить. Петрович смотрел-смотрел на это и как-то сказал: «Ну ладно, может, хотя бы футболистом станет». Он ведь и сам большой поклонник футбола, болельщик со стажем. А я совершенно не против, если младший внук выберет другую профессию. Не могут же все быть музыкантами! У Кристины, например, младший сын совершенно не похож на Никиту, хотя это можно объяснить тем, что у них разные отцы… Алла однажды тоже сказала: «Я смирилась с тем, что один внук не будет артистом». И пошутила: «Ладно, пусть один станет музыкантом, а второй – спонсором».

Елена Преснякова– Вы сейчас с Аллой Борисовной часто общаетесь?
– В основном на её днях рождения, да и с Кристиной встречаемся реже. В мае этого года у неё был юбилей, а у нас шли два концерта подряд, и поздравить её я смогла только через Никиту. То есть звонила Кристине, но, видимо, она не могла ответить на звонки. Потом, конечно, она написала слова благодарности, но уже позже. Как-то раз мы с ней встретились в самолёте и обе были очень этому рады. Как только я узнала, что Кристина летит тем же рейсом, то пошла к ней в бизнес-класс. Она сидела там одна, и мы как стали с ней обо всём вспоминать… Смотрю – у неё даже слёзы заблестели в глазах… На концертах с ней видимся, в гримёрках общаемся, Алла-то сейчас не работает. А раньше, бывало, как только на сборный концерт в Кремль приеду – меня тут же Вовка встречает и спрашивает: «К Алле ещё не заходила? Ну, пойдём вместе!»

– С невестками быстро находили общий язык?
– А я его со всеми быстро нахожу. (Смеётся.) С Кристиной мы вообще были подружками, вместе еду готовили, ведь они с Вовой жили у нас. Кристина приехала с большой книгой кулинарных рецептов, доставшейся от бабушки. По ней мы и стряпали и очень много разговаривали. Бывало, она уложит Никиту спать, мой Петрович тоже ляжет часа в два ночи, а потом зачем-нибудь встанет и, глядя на нас с Кристиной, всегда скажет: «А вы всё сидите!» Мы с ней очень подолгу общались, говорили обо всём: о её балете, о коллегах… Ведь я знала всё Вовино окружение. И со второй Володиной женой (дизайнер Лена Ленская. – Ред.) мы тоже очень хорошо общались. Она увлекалась модой, ей многое было интересно… Они с Вовой всё же разные, но, видимо, ему требовалось пройти этот путь, чтобы потом встретить Наташу. Они настолько одинаковые! Оба такие романтики! Если смотреть Наташины выступления, то она выглядит более взрослой, а дома оба – как дети. У них то подушки летают, то малой бегает между ними – счастливый!..

Расспрашивала
Екатерина ШИТИКОВА
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №46, ноябрь 2016 года