Непонятная ужасная работа
19.02.2017 00:07
Гражданка вела себя совсем непристойно

НепонятнаяЗдравствуйте, «Моя Семья»! Читая рассказы ваших читателей-писателей, столько всего вспомнишь из своей жизни – и весёлого, и грустного, и поучительного. Наверное, именно за это я полюбила вашу газету. Все три мои истории – из давнего прошлого, когда я ещё работала продавцом. Это как бы взгляд с другой стороны баррикад, вернее – прилавка. Хотя покупателей до сих пор искренне люблю.

Первая история. Дама купила спортивные тапочки и через десять минут принесла их назад, высказав претензию, что те бракованные. Но это даже мягко сказано: обе тапки были разрезаны сверху – не порваны, а именно неаккуратно разрезаны. Обувь даме отпускала я лично, всё проверяла и продать в таком виде никак не могла.

Стою оторопевшая, не понимаю, что могло произойти с тапками, отчего они пришли в такое странное состояние. А гражданка орёт, как 33 пожарные машины, создавая помехи моей мыслительной деятельности и мешая сосредоточиться.

На вопли прибежала заведующая и, несмотря на мои уверения, что в момент продажи с обувью всё было в порядке, велела вернуть даме деньги. Что я незамедлительно и сделала, так как слушать её крик было просто невыносимо.
Весь день я пребывала в растерянности, просто не могла понять, что всё-таки произошло с этими красными тапками, почему они пришли в негодное состояние.

Разгадка оказалась неожиданной.

Вечером к нам забежала Наталья, продавщица из другого отдела. Я рассказала ей таинственную историю тапок, а та в ответ поведала свою, совсем простую. Утром к ней подошла покупательница с красными спортивными тапками, попросила дать ей ножницы, потому что ногам тесно, и…

То есть вместо того, чтобы вернуть обувь или поменять её в обычном порядке, гражданка озадачила меня на целый день.

Вторая история – короткая. Наученная тапками, я знала, что покупатели могут, мягко говоря, лукавить, и поэтому очень быстро разобралась в случившемся.

Приходит ко мне в отдел расстроенная тётечка, выкладывает на прилавок ткань, всю изрезанную, и говорит, что именно такую у нас и купила. Я вздохнула и подумала про себя: ну почему всю рвань тащат только ко мне! А может, это мама той дамы с тапками?

Но мы с ней проанализировали факты и сложили их в единую картину. Стало понятно, что тётечке разрезали сумку, в результате чего пострадала и лежавшая в ней ткань: она была сложена, и чем глубже слой, тем меньше был разрез. В общем, логически доказала покупательнице, что разрезы на ткани могли появиться только таким образом. На нашей работе станешь Шерлоком Холмсом!

Женщина, конечно, со мной согласилась. Я, в свою очередь, ей посочувствовала, но помочь ничем не смогла.

За третью историю я очень благодарна жизни, потому что она дала мне бесценный опыт: я научилась прощать. Всех.

Чем мы только не торговали в незабвенные девяностые: от тряпок до ужасных американских окорочков, из-за которых у меня теперь серьёзные проблемы со спиной, потому что одно дело поднять эти 15 килограммов в коробке, и совсем другое – расколоть их, пока не оттаяли и не потеряли в весе. Но, несмотря на наши титанические усилия, в этих заморских коробках постоянно недоставало 500–800 граммов. Обвешивать мы не умели и не хотели, так что эту курятину я ненавижу до сих пор.

И вот тёплым осенним днём я стояла с лотком возле магазина, куда нас с товаром по очереди отправляли даже в крещенские морозы. Людей было мало, я больше глазела, чем работала. От безделья пересчитала выручку, хотя лучше бы этого не делала.

Подошла женщина с хорошим, добрым лицом, я положила ей всё, что она просила. Пора рассчитываться, а она мне говорит, что уже дала 50 рублей! Кто думает, что это мало: в то время моя месячная зарплата составляла 300 рублей. Я на сто процентов была уверена, что никаких денег она мне не давала, и чтобы доказать ей это, назвала свой остаток: никакого полтинника там не прибавилось.

Добрая маска мигом исчезла, гражданка повела себя совсем непристойно: стала истошно вопить, выворачивать сумку и кошелёк, показывая, что денег у неё нет, она отдала их мне, бросила мне в лицо купленный товар, в том числе и окорочка. Тут же прибежала группа поддержки. Другие очень приличные дамы стали уверять, что деньги-то она давала.

Если бы скандалистка не стала на меня бросаться и не набежали свидетели, я бы ещё подумала, что чуток сошла с ума и что-то путаю. Но тут было очевидно, что это спектакль, и сделать уже ничего невозможно: меня обманули. Поэтому я отдала ей деньги, но не из выручки, а свои.

Однажды я наблюдала со стороны похожее действо и сразу поняла, что это шоу: тётки работали непрофессионально, переигрывали. Они и выступали на улице, а не в магазине, потому что ты здесь одна, а их много.

В общем, отдала я свои деньги (тогда на 50 рублей можно было купить продуктов на целую неделю), собрала разбросанный товар, поплакала – даже не из-за денег. Самое ужасное, что она опозорила меня перед всем нашим маленьким городом, кричала, что я аферистка и прочие гадости. Что могли подумать люди, видевшие это со стороны?

Назавтра у меня был выходной, но я не могла успокоиться ни ночью, ни днём. И даже на следующую ночь не получалось уснуть, было так обидно, что даже чувствовала, как внутри болит душа.

И вот уже глубокой ночью со мной случилось чудо. Я вдруг переключилась с себя, такой обиженной и несчастной, на неё, обидчицу, и посочувствовала ей от всего сердца. Потому что вот у меня работа хотя и тяжёлая, но понятная и приятная, а у неё совсем непонятная и даже ужасная, и как же это страшно – добывать хлеб насущный обманом.

И я простила её всей душой, причём сделала это правильно, с первого раза, на вдохе. Поверьте, прощать и отпускать нужно на вдохе – на выдохе не получается. И мне сразу стало так легко! Я успокоилась и наконец-то уснула.

Потом я уже всем прощала на раз-два, а тогда мне это очень тяжело далось. Но жить с обидой в сердце нельзя, это сильно разрушает. И как я до этого жила, такая впечатлительная, со всем грузом обид? А тут такой опыт прощения… Спасибо Богу за всё!

Моя третья история не была бы поучительной, если бы у неё не случилось продолжения.

Когда я после выходного появилась на работе, девочки сказали, что приходила та самая женщина, плакала и извинялась: деньги нашлись. Для меня это доказательство чуда: я её простила, и она стала другой.

Хотя спустя двадцать лет меня иногда посещают смутные сомнения: может быть, она и не приходила и не извинялась? Просто девочки, зная мою ранимую натуру, решили так меня утешить?

Причём выяснить это можно легко: мы все иногда пересекаемся, общаемся, и сейчас бы они уже признались. Но я никогда не спрошу. Даже если они и приняли в этом участие, всё равно это было чудо, просто немного изменился сюжет.

Из письма Анны Лисицы,
Приморский край
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №07, февраль 2017 года