СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Богема Дмитрий Миллер: У моих девочек цепкие пальчики
Дмитрий Миллер: У моих девочек цепкие пальчики
20.02.2017 18:25
МиллерТелезрители обожают актёра Дмитрия Миллера за образ ловеласа и повесы Эдика из сериала «Светофор». Однако Дмитрий – полная противоположность своему легкомысленному герою. Уже семнадцать лет он влюблён в жену Юлию, а два года назад стал отцом дочерей-двойняшек Марианны и Алисы. Актёр признаётся: если бы не кино и театр, он проводил бы с семьёй всё своё время.

– Дмитрий, расскажите, что у вас сейчас на творческой повестке дня?
– Снялся в четырёхсерийном фильме «Неваляшка», продолжил съёмки в сериале «Светофор». Хочу порадовать зрителей – название останется прежним. Его хотели было заменить на «Товарищи мужики», но потом, к счастью, от этой идеи отказались. Также мне посчастливилось сняться в экранизации романа «Анна Каренина» великого русского классика Льва Николаевича Толстого. Раньше в подобные проекты попасть не удавалось, и вот наконец повезло.

– Кого вы играете в «Анне Карениной»?
– Роль небольшая – старший брат Вронского, – но для меня очень приятная и интересная. Не говоря уже о том, что сниматься у Карена Георгиевича Шахназарова – здорово само по себе, ведь я вырос на его фильмах. В конце съёмок Карен Георгиевич пожал мне руку и поблагодарил за работу.

– Костюмная роль – подарок для актёра.
– Да, я с удовольствием ходил по съёмочной площадке в историческом костюме и носил бакенбарды. (Улыбается.)

– Неужели специально отращивали?
– Если бы я снимался только в одном этом проекте и работа над ним шла несколько лет, возможно, так бы и поступил. Но поскольку параллельно снимался в «Светофоре», где мой герой лишь немного небрит, бакенбарды мне наклеивали художники по гриму.

alt

– А на театральной сцене вас сейчас можно увидеть?
– Да, мы играем антрепризный спектакль по пьесе итальянского комедиографа Эдуардо Де Филиппо, которую поставила Ирина Лычагина. Называется он то «Страсти по Еве», то «Роковая женщина», то «Страсти по-итальянски» – в зависимости от настроения прокатчиков.

– Ваши девочки начали путешествовать очень рано – им было всего по четыре месяца, когда вы всей семьёй полетели на Сардинию. А сколько лет было вам, когда впервые куда-то поехали?
– Моё первое путешествие в сознательном возрасте – это поездка в Казахстан, мы гостили у папиной сестры. Мне было семь лет, учился в первом классе. Это, конечно, потрясающе: природа, еда, традиции, люди. Настоящая восточная сказка! Мы жили не в городе, а в посёлке Чу на реке Чу.

– Наверное, вся жизнь вращалась вокруг этой реки.
– Не то слово – из воды мы не вылезали, бежали на речку с самого утра. Надо было только не забывать надевать шлёпанцы, потому что утром от речки до дома босиком ещё можно добежать, а ближе к полудню уже проблематично – можно сжечь пятки, такая там жара.

– Кто учил вас плавать?
– Папа. Конечно, поначалу было страшно, я бил по воде всеми конечностями в надежде удержаться на поверхности и не понимал, почему у меня не получается. Зато потом, когда научился, это было такое удовольствие! Мы прыгали и с мостика, и с берега, ныряли.

– А рыбу ловили?
– Конечно! Папа увлекался рыбалкой, поэтому у нас были удочки и прочий инвентарь. Мы ловили небольших, с детскую ладошку, карасей, потом сами жарили их и с огромным аппетитом ели. Объедение!

– Ваш отец – плотник. Он приобщал вас к своему ремеслу?
– Как и все мальчишки, я крутился вокруг отца, когда он что-то делал, и задавал массу вопросов. Отец с удовольствием мне всё показывал: как забивать гвозди, как пилить, как строгать… Вы удивитесь, но мои девочки, особенно Алиса, очень любят инструменты. Мы с Юлей называем её «инженером», потому что Алиса моментально разбирает любые устройства. Причём делает это в считаные секунды. В её цепких пальчиках всё буквально рассыпается. Не говоря уже о том, что Алисе время от времени удаётся выкрутить откуда-нибудь винт, хотя мне казалось, что это можно сделать только с помощью отвёртки.

– Что Алиса уже успела разобрать?
– Как-то я купил в хозяйственном магазине набор насадок для отвёрток. Не успела Алиса взять коробочку с этим набором в руки, как тут же вытащила пружину, которая закрывала крышку. Я даже не сразу сообразил, как поставить её обратно.

Миллер– А вам передалось мастерство отца? Можете собрать своими руками, допустим, детскую кроватку?
– Кроватку, конечно, соберу. Собственно, детские кроватки для Алисы и Марианны я и собирал. Но это, наверное, любому мужчине под силу. Я, к сожалению, не обладаю папиными талантами. Он в своё время мебель не просто собирал, а делал её самостоятельно, с нуля. Это настоящее мастерство.

– Любопытно, есть ли в доме вещи, сделанные руками вашего отца?
– Конечно, есть: и шкафы, и всевозможные полки, и зеркало в прихожей, и тумбочки. Только недавно заменили сделанную им столешницу.

– Имея такого отца, мастера золотые руки, редкий мальчишка не увлекся бы его делом. Однако вы почему-то не увлеклись. Почему же?
– Я даже не знаю… Конечно, было бы здорово освоить это ремесло. Тем более что оно мне всегда нравилось. Но отец как-то не настаивал на том, чтобы я учился столярному делу. То ли выдержки мне не хватает, то ли собранности…

– Но разве актёрское мастерство не подразумевает ещё большую собранность? Когда, например, учишь текст роли? Или двенадцать часов подряд снимаешься на морозе?
– Сложно сказать однозначно. Любое дело требует концентрации. Я вообще думаю, что можно было бы преподавать столярное дело в театральных училищах – как раз для того, чтобы учиться концентрироваться. Шутки шутками, но концентрация – это действительно важно.

– Столярное дело вас не захватило. Чем же вы занимались в юношестве в свободные от учёбы часы?
– Я занимался футболом. Перед кафе была площадка, на которой мы с мальчишками гоняли мяч. К счастью, стёкла в этом кафе оказались крепкие. (Улыбается.) Ещё хорошо помню, как мы жгли костры, таскали со стройки инструменты, скручивали ниппели у зазевавшихся велосипедистов, которые случайно заехали в наш двор. Но это была такая круговая порука – ты скрутишь у него, потом он скрутит у кого-то другого…

– Так, в обычных мальчишеских забавах, пролетели школьные годы. А потом – сразу армия?
– Нет, в армию я пошёл только через год, когда мне исполнилось восемнадцать.

– Чем занимались целый год?
– Поскольку я хотел поступать на биофак, чтобы впоследствии стать биологом и первооткрывателем фауны и флоры, пошёл в медучилище.

alt

– Профессия биолога не самая популярная. Почему вы мечтали именно о ней?
– Мы жили в Мытищах, в местечке Рупасово, а Рупасово на тот момент считалось городской окраиной. Практически рядом с нашим домом были лес, речка, пруды, болота… Можно сказать, я жил на природе, это близкая мне среда.

– А как вы представляли себе будущую профессию? Что собирались делать, став биологом?
– Хорошо помню, как посмотрел фильм «Кинг-Конг», который шёл в кинотеатрах. Один из главных героев фильма – учёный-биолог. Это невероятно меня вдохновило, и я тоже решил пойти в биологию. Кроме того, отчасти такому решению поспособствовал мой друг Женька, который после восьмого класса пошёл в медучилище. Его мама работала врачом, и Женька надумал пойти по её стопам. Предложил мне поступить в медучилище, чтобы не терять год учёбы. Я подумал: а почему бы и нет? Вместо экзаменов там было простое собеседование или сочинение, проблем с поступлением не возникло. Так что я легко поступил на медсестринский факультет и начал изучать сестринское дело.

– Это занятие вас захватило или вы просто убивали время до армии?
– В самом начале обучения, безусловно, захватило. Мне нравились и анатомия, и химия, и латынь. Я лихо, на одном дыхании, проучился целый год, был доволен и счастлив. Но потом нужно было идти в армию.

– Вы служили два года, за это время интересы могли измениться. Чем занялись, когда вернулись?
– Я решил закончить то, что начал, – вернулся в медучилище. Меня с радостью приняли обратно. На медсестринском факультете учатся два года – первый год я уже отучился, оставалась ровно половина. Потом решил продолжить медицинское образование, начал готовиться к поступлению в институт. Профилирующим предметом была химия, а так как в армии за два года многое подзабыл, ездил в Москву к преподавательнице, которая готовила абитуриентов к поступлению в вуз. Совместно мы решили, что поступать я буду в РНИМУ (Российский научно-исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова. – Ред.), больше известный как Второй мед, на педиатрический факультет.

alt

– И поступили, и отучились четыре года, и всё шло к тому, что сейчас это интервью мог бы давать не актёр, а врач. Что же случилось? Вам оставалось учиться всего два года – за спиной уже был довольно долгий путь.
– Учиться мне нравилось. Звёзд с неба не хватал, но учёба давалась достаточно легко. В какой-то момент нужно было определяться с будущей специализацией. К пятому курсу ты, в принципе, уже должен это понять, чтобы потом не остаться у разбитого корыта. И вот тут-то у меня неожиданно начались сложности.

– Сложности какого рода?
– Что-то я забуксовал – сам не знаю почему. Просто огонёк, который раньше горел довольно ярко, начал угасать. Я почувствовал, что это не моё. А смысла заниматься тем, что мне уже не близко, не видел, даже несмотря на потраченное время.

– И куда в тот момент думали пойти учиться?
– Разные были мысли. Помню, как одна подружка под предлогом «ты же красивый парень» посоветовала идти в модели. Эта идея мне сразу не понравилась. А потом она же посоветовала попробовать себя в актёрском мастерстве. Я тогда не думал об этом, как о будущей профессии, но однажды увидел объявление о наборе в театральную студию и решил проверить себя. В студию меня зачислили. Помню, в сочинении на тему, как я вижу себя в актёрской профессии, писал, что медицина изучает человеческое тело, а актёрская профессия – душу. Потом в моей жизни появился степ, я увлёкся пластикой, и так постепенно меня затянуло.

– На каком этапе встретили вашу судьбу – супругу Юлию?
– Мы познакомились, когда я учился в Щепкинском на втором курсе. Это было семнадцать лет назад. С удовольствием думаю о том, как будем праздновать нашу двадцатую годовщину. Наши девочки к тому моменту ещё подрастут, устроим весёлый семейный праздник!

alt

– Юлия тоже актриса, однако сейчас занята в самой важной на свете роли – мамы двух маленьких девочек. Заработок – на ваших плечах. Любопытно, вы перечитали «Анну Каренину», когда готовились к роли брата Вронского?
– Я бы даже сказал – прочитал. (Улыбается.) Время пришло. И, надо сказать, получил колоссальное удовольствие. За это Карену Георгиевичу отдельное спасибо. Я читал «Анну Каренину» и открывал для себя просто потрясающие моменты. Толстой очень кинематографичный писатель – он так пишет, что ты видишь картинку, замечаешь каждую мелочь. А как у него монтируются сцены – это что-то, чистая режиссура.

– Есть ещё один «многотомник», его вы изучаете уже не первый год, – сценарий сериала «Светофор», который начали снимать ещё в 2011 году. Какие приключения ждут главных героев?
– В знакомой зрителям мужской компании появляется четвёртый участник – наш старый друг, который возвращается из США после двадцатилетнего отсутствия. Играет его Оскар Кучера. Всех секретов раскрывать не буду, но скажу, что мой персонаж Эдик и его возлюбленная Лиза всерьёз задумаются о ребёнке.



– Теперь, когда у вас растут дочки, вам легко играть молодого отца.
– О да, этого опыта у меня теперь не отнять. (Улыбается.) Дети – невероятное счастье. Это настолько приятно, что, если бы я мог, проводил бы с девочками каждую свободную минуту.

– Любопытно получается: «Светофор» старше ваших дочерей на несколько лет. Интересно, девочки смотрели прошлые сезоны?
– Пока ещё нет. Но они видели, как папа участвовал в «Танцах со звёздами», приходили на шоу, и Алиса даже немного походила по танцполу.

– А Марианна к сестре присоединиться не захотела?
– Марианна была так взволнована сборами, что дала себя одеть раньше других. Сидела и ждала, пока соберут Алису, и в результате крепко уснула. Была ужасная погода, мы решили её не беспокоить и оставить дома. Девочки всё же ещё очень маленькие. (Улыбается.) У них другие интересы. Но, думаю, скоро «Светофор» мы будем смотреть уже все вместе. Интересно, как дочки оценят мою работу.

Расспрашивала
Алиса МАКАРОВА
Фото: Из личного архива

Опубликовано в №07, февраль 2017 года