СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Богема Никита Панфилов: Приходится любить совершенно постороннюю женщину
Никита Панфилов: Приходится любить совершенно постороннюю женщину
20.03.2017 17:45
Никита ПанфиловАктёр театра и кино Никита Панфилов обладает неповторимой внешностью, за которой скрываются разные характеры его героев. Зритель воспринимает это неоднозначно, ведь актёр играет не только отрицательных персонажей, героев боевиков, но и представителей золотой молодёжи, которые часто расплачиваются за свой образ жизни. Никита родился в творческой семье, его папа и мама – режиссёры. Казалось бы, всё было предопределено заранее. Однако, прежде чем он понял, что всё-таки хочет стать актёром, успел попробовать себя в разных профессиях.

– Никита, уже второй сезон телеканал НТВ показывает сериал «Пёс», который стал очень популярным у зрителей. Чем вас привлёк сценарий?
– Когда прочитал сценарий первых четырёх серий, то обрадовался. Подумалось: да это же русская версия «Крепкого орешка». Но на деле всё оказалось скромнее, бюджет не тот.

– Оправдались ли надежды?
– Сериал стал другим, потому что первый сезон снимали как иронический детектив, а второй – комедийный боевик. Жанр изменился. Так что Брюсом Уиллисом в этот раз стать не удалось.

– Как вам работалось с напарником? Я имею в виду собаку.
– Прекрасно! Это уже седьмая картина Графа, он знает все команды. Единственное – боится выстрелов и взрывов, поэтому съёмку выстраивали следующим образом: сначала снимали перестрелки и взрывы, а уже потом – эпизоды с собакой.

– На сцене МХТ вы играли в очень неоднозначных пьесах. Как сегодня складывается карьера в театре?
– В МХТ я отработал десять лет и уже четыре года как не служу там. Поэтому карьера в театре пока никак не складывается: кино занимает всё моё время. Пытался однажды вернуться на сцену, должен был в Театре на Серпуховке выпускать спектакль «Укрощение строптивой». Но пригласили сниматься во втором сезоне «Пса», и я понял, что физически не смогу совмещать.

– Где ещё вы снимаетесь помимо этого сериала?
– Недавно сняли сериал «Победитель», и скоро его покажут на НТВ. Он рассказывает о непобедимом адвокате Плевако, действие происходит в конце девятнадцатого века. Здесь я играю одну из главных ролей. Мы снимались вместе с Никитой Ефремовым и Анной Чиповской.

alt

– По какому принципу вы выбираете для себя роли?
– Чтобы было интересно и без повторов. Если понимаю, что ещё не играл ничего подобного, значит, велика вероятность, что соглашусь.

– Если я правильно поняла, для вас неважно, положительный персонаж или отрицательный.
– В том-то и дело, что отрицательных интереснее играть. Его ведь сначала оправдать надо – понять, почему он таким стал, что его подвигло на все эти поступки. Героев на экране сложно сравнивать с людьми из реальной жизни. Люди могут нравиться или нет, а свой персонаж нужно любить и оправдывать всегда.

– В каком амплуа вы себя видите и в каких работаете?
– У меня на этот счёт мнение такое: плохо, если у актёра есть амплуа. Это значит, что он чётко обозначил свои возможности. Думаю, так не должно быть. Не хочу ассоциироваться, например, только с героем-любовником. Маски надо менять, потому что зритель привыкает к чему-то одному, да и продюсеры, и режиссёры очень любят клише. Я с этим борюсь. Актёр, особенно в наши дни, – это синтетическая субстанция. Он должен уметь всё. А вот умеет ли – зависит от его профессионального уровня.

– Создателей фильма очень сложно в этом убедить, как вам удалось?
– Один раз, когда я ещё только начинал сниматься – сыграл типа по кличке Сундук, – ассистент по подбору актёров предложила мою кандидатуру на роль «ботаника». Ей возразили: «Да он только на роль быдла и годится». Это был всего лишь мой первый опыт в кино, и на мне тут же поставили штамп. Потом появился сериал «Сладкая жизнь», где я всё-таки сыграл героя-любовника, тусовочного парня. В «Мажоре» вообще сниматься не хотел – опять из-за того, что герой – законченный негодяй. Но мой агент настояла на том, чтобы я сходил на пробы. В итоге из нескольких фильмов выстрелил именно «Мажор». Поэтому желание играть разных персонажей есть всегда, были бы возможности.

– Кстати, сериал «Сладкая жизнь» вызвал бурную реакцию критиков и зрителей. Легко ли даются любовные сцены на съёмочной площадке?
– Нет, не легко. Нужно настроить себя на любовь к человеку, который не является твоей любовью. Как минимум надо дружить с актрисой в жизни, иначе зритель не поверит в то, что происходит между нами на экране.

– Планируется продолжение сериалов «Мажор» и «Сладкая жизнь»?
– «Мажор» продолжится, а «Сладкая жизнь» – нет. И слава богу. (Смеётся.)



– Любите ли вы сами смотреть кино, и какое?
– На премьеры не хожу. Сначала узнаю, понравился ли фильм другим, потому что, как нам говорили в институте, вкус испортить очень просто. Нельзя смотреть плохое кино. У нас есть замечательные режиссёрские и актёрские работы: «Домовой» с Константином Хабенским, для меня этот фильм уже классика, картина «Битва за Севастополь». А сериал «Ликвидация» – так просто потрясающий. Но есть и проблема: кино порой разделяют на прокатное, для широкой публики, и фестивальное, «не для всех». Причём половина прокатных фильмов – об алкашах и попойках. Неужели у нас сегодня такая злоба дня?

– На мой взгляд, ваша самая сильная работа – в фильме «Сладкая жизнь». Можно ли сегодня, учитывая популярность, любовь поклонниц и внимание прессы, назвать вашу жизнь сладкой?
– Наверное, можно. Я этого хотел, я к этому шёл – я это получил.

– Кто для вас эталон красоты и стиля среди актёров?
– Если говорить о мужчинах, то это Том Харди и Джерард Батлер. Если о женщинах – Холли Берри, был влюблён в неё в юности, и ещё Софи Марсо безумно мне нравится.

– Вам предлагали сниматься в рекламе? Как вы к этому относитесь?
– Конечно, предлагали, такая у нас работа. В кино ты снимаешься для карьеры, для роста – да просто потому, что это твоя жизнь. Но не надо это сравнивать со съёмками в рекламных роликах. Если актёр снимается в рекламе, то вовсе не потому, что больше ничего не умеет. Это обратная сторона профессии, то есть можно ещё и так деньги зарабатывать. Есть проекты, в которых я снимаюсь абсолютно бесплатно, потому что сам этого хочу или просто надо помочь кому-то из коллег, друзей. Но бывают ситуации, когда предоставляется возможность заработать деньги. Просто реклама рекламе рознь, не надо принимать участие во всякой ерунде. Например, Хабенский снялся в ролике для модного магазина, и это выглядит достойно.

– Родители довольны тем, как складывается ваша карьера?
– Я надеюсь, что да. Сейчас спрошу у папы. (Часть интервью записывалась по телефону, в это время Никита был за рулём, а отец сидел рядом.) Папа, ты доволен? Говорит, что да. (Смеётся.) Но ему хотелось бы, чтобы я больше был занят в театре.

– Кто же всё-таки повлиял на выбор профессии?
– Нет, не родители. Они готовы были принять любой выбор. Я даже гаишником хотел стать, они и это тоже приняли. Но, придя из армии, я задумался о том, чего же хочу на самом деле. В результате понял, что хочу быть актёром.



– Никита, ваша творческая биография складывалась очень непросто.
– Да. Сначала я поступил в Институт современного искусства, но меня отчислили, потому что я влюбился и вообще не хотел учиться. Потом пошёл на платный курс в Щепкинское училище, но обстоятельства сложились так, что перестал платить, и меня снова отчислили. После был ГИТИС, откуда меня выгнали за драку. Ушёл в армию, чтобы поставить точку в этой истории.

– Армия не отбила желания стать актёром?
– Наоборот, подтолкнула к этому. (Смеётся.) Как сказал один мудрец: «Не хочешь работать – найди профессию, которую любишь». Что касается армии, то я служил во внутренних войсках МВД и на собственной шкуре испытал, что такое дедовщина, – меня трижды увозили на «скорой». Поэтому желание служить в милиции пропало окончательно. Дело в том, что в армии нужно было принять правила игры, я этого не сделал, поэтому мне и досталось.

– Молодому человеку сложно сделать правильный выбор. Как же всё-таки вам удалось определить свою судьбу?
– Моя судьба тоже могла сложиться иначе. Но что-то нами движет, я ведь четыре раза поступал, чтобы удержаться в этой профессии! И каждый раз приходилось всё начинать заново. Казалось бы, какой кошмар, я превратился в вечного студента! Уже стал бояться очередной неудачи и у мастера каждый год спрашивал: «Игорь Яковлевич, вы меня отчислите?» И слышал в ответ: «Никита, иди…» Но для чего-то мне нужно было до этого три раза поступать и уходить! Я задумался: а какой урок мне давала жизнь? А вот какой: чтобы я больше не совершал никаких глупостей. Получается, я всё-таки сам осознанно сделал свой выбор, хотя что-то меня вело. И в личной жизни, кстати, так же. Некоторые отрицают влияние судьбы и утверждают, будто всё происходящее в их жизни – результат случайности. Но нет, это не случайность. Слишком страшно думать о какой-то предопределённости. Ведь такого не может быть, что за меня кто-то свыше всё решает. Я же личность и только сам всё решаю! Однако любая случайность – это не случайность.



– Ваша жизнь полна приключений, а на сцене они случались?
– Однажды сорвал спектакль в МХТ, это было на гастролях во Владивостоке. Я тогда только окончил четвёртый курс Школы-студии МХАТ и был занят в «Белой гвардии», играл в одном спектакле с Хабенским, Жидковым, Семчевым и Пореченковым. Мы первый раз поехали на гастроли, но с нами не было трубача, который должен был играть во время спектакля. А так как я умел играть на трубе, попросили его подменить, сыграть пару раз, когда на сцену выходят курсанты. Дали ноты, я отрепетировал, мелодия простая. И вот во время второго акта на сцену выходит Михаил Пореченков, стоит такой красивый в луче света, в зале – тишина. И на его реплике «Рота, запевай!» я понимаю, что у меня трясутся руки. Непонятно, как сейчас играть. Из трубы доносится очень странный звук, таких нот просто не существует. В зале хохот, а мне стыдно.

На следующий день я усердно репетировал, чтобы не повторилась та же ситуация. После ряда репетиций успокоился, понял, что всё в порядке. И действительно попал во все ноты, отыграл и был счастлив. Но во время следующей сцены случился конфуз. Ожидался выход других персонажей. Обычно это происходило, когда зажигалась красная лампочка – знак для актёров. Однако во время гастролей этим знаком служил помощник режиссёра, он лично давал команду на выход. И вот мы стоим, ждём команды: я, Макс Матвеев и Петя Кислов. На радостях, что сегодня всё отлично получилось с трубой, я решил пошутить, сказал: «Давай!» – и хлопнул Кислова по плечу. Даже не ожидал, что он сорвётся с места и выйдет на сцену раньше, чем нужно. Произошло это в самый душераздирающий момент: два брата в исполнении Пореченкова и Жидкова прощаются друг с другом. Сцена ключевая, а Кислов с репликой «Петлюра!» ворвался именно в этот момент. Администратор был в замешательстве: «Даже не знаю, как быть, – сказал он мне потом. – Похвалить тебя, потому что выручил с трубой, или штраф наложить за срыв сцены?»

– А где вы научились играть на трубе?
– В детстве часто болел, кашлял, и врач посоветовал родителям развивать лёгкие. Мама отдала меня в музыкальную школу учиться игре на духовых инструментах, и сразу всё прошло.

– Узнала, что во время съёмок сериала «Пёс» вы получили травму головы.
– Я стараюсь выполнять все трюки самостоятельно. Во время съёмок очередного эпизода, когда мы провели ряд репетиций и уже прозвучала команда «Мотор!», партнёр увлёкся: вместо спины ударил меня по голове. У меня пошла кровь, которая в итоге так и осталась в кадре.



– Есть народное изречение: всё, что ни делается, – к лучшему. Вы тоже так считаете?
– Да, так оно и есть. Всё, что происходит, – действительно к лучшему. Вот меня выгнали из трёх вузов, и благодаря этому я отучился у лучших педагогов в Школе-студии МХАТ – Золотовицкого и Земцова.

– Вы два раза были в браке, значит, у вас есть своё представление о том, какой должна быть семья. Особенно если один из супругов – актёр.
– Могу сказать, что не стал бы связывать свою жизнь с актрисой. Потому что два актёра в семье – это слишком. Им крайне тяжело ужиться, такие браки обычно недолговечны. Конечно, есть исключения, но это просто уникальные случаи.

Расспрашивала
Элина БОГАЛЕЙША
Фото: из личного архива, PhotoXPress.ru

Опубликовано в №11, март 2017 года