СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Любовь, измена С него только картины писать
С него только картины писать
04.08.2017 17:32
Сначала раздались всхлипы, а потом странный хрип

C него толькоЗдравствуйте, «Моя Семья»! Недавно в одной социальной сети ко мне обратилась женщина. Глянув на фотографию, я узнала её: это же Тина Б.! И всплыла давняя, почти забытая история выстраданной любви.

Сегодня молодые люди, наверное, и не знают, что в советское время при институтах действовали рабфаки – рабочие факультеты, то есть подготовительные курсы. Огромным плюсом этих курсов было то, что все, кто их успешно окончил, автоматически становились студентами, туда направляли лучшую молодёжь с заводов и фабрик.

Вот так и поселились пять девчонок из разных городов в одной комнате общежития Политехнического института. А поскольку мы после школы уже отработали кто два, а кто и три года на предприятиях, то оказались старше 17-летних первокурсниц и первокурсников; мы, 19–20-летние, были совсем взрослыми в сравнении с ними.

В политехе всегда больше парней, а мы к тому же учились на машиностроительном факультете, поэтому из 25 человек нас, девочек, оказалось только пять. Но нам это даже нравилось: всё своё внимание мальчишки обращали на нас.

Через три комнаты от нашей поселились парни, с которыми мы очень подружились; ни о какой влюблённости сначала даже никто и не думал.

Мальчики были очень разные, интересные, колоритные. Виктор – высокий брюнет с шикарными, чёрными как смоль вьющимися волосами и очень выразительными глазами. Второй, Сашка, рыжий, высокий и худой, но какие у него были глаза – ярко-синие, как васильки! Третий, Костя, ничем вроде не выделялся, симпатичный такой увалень в клетчатой рубашке. Четвёртым оказался красавчик Гоша. Аполлон! С него только картины писать: голубоглазый высокий блондин с греческим носом, выразительными губами и обаятельной улыбкой. К тому же он был ещё и очень умным. Виктор и Сашка играли на гитарах и пели песни дуэтом.

Мы же обычные девчонки – скромные, впервые уехали из дома, нам всё было в новинку, всё интересно. Учились с удовольствием, в свободное время ходили в кино, играли в волейбол, летом купались на речке, в общем, жили обычной студенческой жизнью.

Часто после лекций мы с мальчиками шли в парк и там, сидя на скамейке, они пели песни, развлекали нас. Иногда приходили к нам в комнату – мы их подкармливали, ведь никто из мальчишек не умел готовить, а денег на столовую не хватало. Они же несли нам продукты, делились посылками из дома. Всё это было весело, интересно, романтично и незабываемо.

Из нашей рабфаковской группы на первый курс поступило только четыре девчонки, мальчишки же поступили все.

На первом курсе я заболела и попала в студенческую больницу. Никогда не забуду, как меня поддерживали наши мальчики! По вечерам они приходили с гитарами под окна палаты и пели песни. Естественно, все больные, а это в основном студенты, облепив окна, с восхищением слушали бесплатные концерты. А уж какая я была счастливая, ведь это мне посвящали серенады!

Но время шло, наша дружба с мальчишками начала перерастать в нечто большее. Я по уши влюбилась в рыжего Сашку, и учёба ушла на второй план. Тот незабываемый, самый романтический первый год остался в моей памяти светлым лучиком, греющим душу и сейчас. Хотя у нас с Сашкой и не сложилось, память о первой любви всегда со мной.

Наша Тиночка, скромница, молчаливая красавица, влюбилась в Гошу и, судя по всему, без взаимности. Мы долгое время даже ни о чём не догадывались – просто с удивлением стали замечать, что Тина где-то пропадает вечерами, а прежде она проводила их в библиотеке или с книжкой на кровати. На наши вопросы Тина не отвечала, только загадочно улыбалась.

Но спустя некоторое время она совсем перестала покидать общагу. Не ходила даже на лекции в институт, часто плакала, но делиться своими проблемами не хотела. Мы, конечно, переживали за неё, но помочь ничем не могли.

Однажды ночью мне не спалось, я то ненадолго проваливалась в сон, то снова просыпалась, как будто чувствовала беду. Вдруг скрипнула входная дверь, и в луче света из коридора я увидела Тину. Меня успокоило, что она вернулась, и я снова попыталась уснуть.

Из-за шторки, отделявшей наши кровати от двери, раздавались какие-то странные звуки, потом они стихли. Но Тина в комнату не вошла. Я насторожилась, стала прислушиваться и различила сначала всхлипы, потом странный хрип. Вскочила с кровати, включила свет.

За шторкой – о боже! – Тина с петлёй на шее уже корчилась в судорогах. Я закричала, девчонки вскочили с кроватей – кто-то пытался развязать узел на верёвке, кто-то подсовывал пальцы под петлю, чтобы ослабить натяжение, а я понеслась за помощью к мальчишкам.

Как только появилась у них на пороге, они вскочили как по команде. Первым на помощь выбежал Гоша, он всё понял без слов, лишь взглянув на меня. Быстро освободил Тину от верёвки и на руках унёс в свою комнату.

Через месяц мы гуляли на их свадьбе в деревне, где жили родственники Тины. Наши пацаны пели под гитару, потом мы танцевали под пластинки на берегу красивой реки.

Вскоре Тина бросила учёбу и устроилась на какой-то завод. Они с Гошей ушли жить на съёмную квартиру. Потом и Гоша, к всеобщему удивлению и огромному сожалению, бросил институт. Преподаватели прочили ему блестящее будущее с его-то светлой головой, но так и не смогли убедить не бросать учёбу.

Через семь месяцев у них родился очаровательный большеглазый ребёнок. Мы, девчонки, частенько приходили к ним в гости, нянчили малыша. Потом ребята уехали в другой город, и связь с ними оборвалась.

Я часто их вспоминала, гадала, как сложилась жизнь Тины и Гоши, но возможности их разыскать не было. И только благодаря интернету я теперь знаю, что сынок Тиночки вырос, он – копия своего папы, такой же высокий, голубоглазый блондин, и у него тоже есть сын, в этом году окончивший школу с золотой медалью. И вторую медаль за какие-то особые успехи ему вручили в Москве. Ещё у Тины есть дочка, тоже красавица и умница, и трое внуков.

Гоша всё-таки не стал жить с Тиной, но у него тоже прекрасная семья.

И вот теперь, заходя на страничку к Тине и глядя на всех этих красивых и, судя по всему, умных и успешных людей, думаю: как замечательно, что я в ту далёкую ночь плохо спала.

Из письма Зарины
Все имена изменены

Опубликовано в №30, июль 2017 года