СВЕЖИЙ НОМЕР ТОЛЬКО В МОЕЙ СЕМЬЕ Небо и земля Чёрный король уходит навсегда
Чёрный король уходит навсегда
05.08.2017 00:00
Она села на мою кровать и разложила карты

КорольЗдравствуйте, любимая газета! Хочу рассказать об одной старенькой соседке моей мамы, которую я тоже знала. Однажды она удивительным образом поучаствовала в моей судьбе.

После развода я переехала жить к маме, в наш старый частный дом. Найти работу тогда было очень непросто, но вопрос вроде бы решился. Самой большой проблемой оказался бывший муж. Он никак не хотел мириться с разводом и пытался меня вернуть любым способом – и по-хорошему, и по-плохому. Намекал: если не мне, то никому не достанешься. Несмотря на это, я его всё ещё любила. Было очень тяжело, но и жить с ним больше не смогла бы. За три года брака прошла все стадии отношений: от слепой любви до «это мой крест». Пока розовые шторки на глазах не полиняли и моя гордость однажды не сказала: «Хватит!» Решила: и дальше буду любить, но издалека, а терпеть его запои больше не могу.

В феврале подруга познакомила меня с мужчиной. Я была против, потому что никаких мужиков и близко видеть не хотелось. Но подружка всё устроила по-своему, объяснив: «А вдруг ты со своей дурацкой любовью простишь бывшего и снова с ним жить станешь? А тут хоть отвлечёшься. Всё без проблем: кафе, театр… В конце концов, клин клином вышибают».

Мужчина не произвёл на меня никакого впечатления, совершенно не тот типаж, который мне нравился. Его ухаживания я принимала как бы за неимением лучшего, ну и чтобы действительно как-то отвлечься. Дома никому об этом знакомстве не рассказала. А зачем, если и сама большого значения не придавала?

Рядом с нами жила баба Дуня. Я её знала с детства, бывала и у неё дома. Многие за глаза считали Дуню колдуньей, по крайней мере, её невестка была абсолютно уверена, что все беды – от свекрови. Моя сестра тоже считала, что бабушка непростая. Примечала даже: как только бабка видела её с очередным кавалером, отношения сестры с ним сразу же разлаживались. Но у меня баба Дуня особого страха не вызывала. Правда, мне не нравилось, когда она приходила к нам посидеть, пока не уснёт её сын. Тот сильно пил и, бывало, пьяным гонял свою мать. Но у меня добрая мама, она бабу Дуню жалела и всегда пускала.

Однажды я проснулась в своей комнате. Рано, часов шесть утра. На улице – весна, ещё темно. Но очнулась я от странного чувства, будто в комнате кто-то есть и смотрит на меня. Открываю глаза и в ужасе вижу бабу Дуню, сидящую рядом со мной на стуле. Вся в чёрном, лицо в морщинах, словно печёное яблоко. Было ей тогда уже лет под девяносто. О господи! Я резко поднялась с кровати, а баба Дуня мне и говорит:
– Тише, не пугайся. Я от своего Ивана ушла. Чуток посижу и уйду. Что-то матери твоей не видать. Небось ушла скотину кормить? Дверь была открыта, вот я и зашла.

Я вроде бы успокоилась немного. Бабка спросила меня о чём-то незначительном, а потом и говорит:
– Я тебе погадать хочу, – я и не знала, что она гадает. – Вижу, что нелегко тебе, переживаешь много, и мать за тебя переживает. Вот я тебе всё и расскажу, как дальше будет.

Она подсела поближе, я включила бра. Бабка вынула из кармана колоду карт и прямо на диване рядом со мной стала их раскладывать. Метала очень ловко и даже виртуозно, что-то постоянно приговаривая и нашёптывая над каждой картой. Я не всё могла разобрать, но слушала её как заворожённая.

– Вот чёрный король, – показала бабка на карты. – Любишь ты его и боишься, но зря. Его рядом нет и вообще его больше нет и не будет. А есть другой король, но ты на него внимания не обращаешь. И напрасно: он всё равно уже есть и останется с тобой. И всё у тебя наладится, всё будет хорошо.

Потом она собрала карты и ушла. А я легла и снова уснула. Потом рассказала обо всём маме. Та удивилась: за сорок лет соседства ни разу не видела, чтобы баба Дуня гадала.

Через некоторое время я заметила, что к нам перестал ездить мой бывший, хотя я раньше вздрагивала от каждого его звонка и стука в дверь. Спустя год мы узнали, что его убил родной отец. А с новым кавалером мы через год поженились, родился сын, прожили вместе двадцать лет.

Я потом у мамы спрашивала, и она меня уверяла, что бабке ничего обо мне не рассказывала и не делилась никакими событиями из жизни нашей семьи.

Из письма Галины,
Москва
Фото: Depositphotos/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №31, август 2017 года