Лет двадцать назад мой близкий старинный друг смертельно обиделся на моего мужа. Сначала перестал разговаривать с ним, а через пару лет и от меня открестился. Даже запретил своей жене, моей приятельнице, общаться со мной по телефону. Установил на её смартфон контроль и пригрозил в случае неповиновения отлучением от кормушки. Она не работает, так что в материальном отношении сильно зависит от мужа. Хоть и возмущалась из-за такого дикого требования, но пришлось подчиниться.

Мы с приятельницей за эти годы периодически пересекались на улице, общались вживую. Но в последнее время наши встречи стали, увы, нечастыми, мы не виделись около года. А вчера случайно встретились на базаре. Обрадовались, бросились друг к другу, обнялись, стали обмениваться новостями.

– Давай, пока я буду закупаться продуктами, ты со мной по рынку походишь, – попросила подруга. – Не знала, что встречу тебя, просто с сестрой уже договорилась – она меня в гости ждёт.

Идём по рынку. Где-то приятельница набирает в пакеты овощи-фрукты, а иногда просто говорит продавцам: «Подготовь два кило макарон, пару десятков яиц». Но нигде не платит.

– Почему? – спрашиваю.

– Да вот так, – объясняет подружка. – Муж обо мне заботится, не хочет, чтобы я надрывалась. Договорился с некоторыми продавцами. Я выбираю товар, откладываю, а он потом на машине привозит.

Я аж позавидовала ей белой завистью. Мне бы так, чтобы ничего не носить. Но увы: базар открыт до трёх часов дня, а муж работает до шести. Никакого сервиса!

Приятельница выбрала несколько персиков, но в этот раз почему-то за них заплатила. Мы пошли в туалет, она их помыла и вдруг поспешно съела, будто за ней кто-то гнался.

– Такие вкусные, что не могла до дома дотерпеть? – решила я пошутить.

Но подругу вдруг прорвало.

– Да у него совсем съехала крыша! – чуть не заплакала она. – За каждый рубль трясётся, поэтому с продавцами и договаривается. А персики… Знаешь, не любит их! Арбузы, дыни, даже голубику обожает, а вот персики – нет. И денег мне почти не даёт. Все мои расходы на транспорт, парикмахерскую и прочее проверяет, просит показывать чеки. Персики я на свои деньги купила – сын копеечку отстегнул.

Я не верила ушам.

– А одеваешься ты как?

– В «самое лучшее», – усмехнулась приятельница. – Ты сама рассмотри: кое-что сама вяжу, что-то перешиваю. Если нужно обновить гардероб, едем в магазин только с мужем. В общем, ты всё поняла.

Да я давно про её мужа всё поняла, ещё когда он ухаживал за мной в молодости. Но даже не представляла, как далеко всё может зайти.

– Ну, не будь такой пессимистичной, – попыталась подбодрить приятельницу. – Понимаю тебя, но попробуй посмотреть на ситуацию с другой стороны. У тебя есть всё необходимое, ни о чём самой беспокоиться не нужно.

– Спасибо тебе, – поблагодарила подруга. – А то другие говорят: уходи от него, уходи…

– Пусть другие и уходят. Они просто завидуют.

А что я ещё могла ей сказать?

– Вот только скучновато, – вздохнула приятельница. – Муж не разрешает ни с кем общаться. С тобой, например.

– Ничего страшного, мы всё равно нечасто теперь видимся.

Мы обнялись, приятельница осушила слёзки в уголках глаз и побежала домой – пешком. Ей идти всего две остановки. А я подумала: с деньгами у женщины полная засада. Но, с другой стороны, учитывая наше редкое общение, если оно ей так нужно – попросила бы соседку мне позвонить, и мы всегда можем встретиться. Но не просит. Значит, женщину такое положение устраивает.

Так-то у неё всё нормально: одета, обута. Но раз она стерпела, когда муж запретил наше общение, что теперь переживать? Поезд давно ушёл.