Дорогая «Моя Семья», здравствуй! Решила рассказать тебе две истории о бессердечности людей в отношении самых близких. Одна история касается лично меня, вторая – дальней родственницы. Мне кажется, такие происшествия стали случаться всё чаще, и это пугает.

У меня была старшая сестра. Когда наша мама серьёзно заболела, но ещё могла передвигаться сама, сестра твёрдо заявила, чтобы на неё в плане ухода мы не рассчитывали. Оправдывалась: «У меня же работа!» То, что мне из-за маминой болезни пришлось уволиться с интересной должности, сестру вообще не волновало.

А уж когда мамочка слегла полностью, сестрица посчитала для себя вполне достаточным звонить по телефону, дай бог, раз в две недели, что уж говорить о посещениях – они в её список дел не входили совсем. И это при том, что все мы жили в одном городе!

После смерти мамы наше общение с сестрой прекратилось полностью, меня демонстративно вычеркнули из списка живых.

А потом случился «бумеранг». Но об этом я узнала уже после похорон самой сестры, ещё не старой женщины. Я спросила племянницу, отчего мама так внезапно скончалась. Та ответила, что мать, оказывается, уже пару лет как падала в обморок. Это могло случиться и на работе, и в общественном транспорте, и в магазине. У меня глаза полезли на лоб! Ведь, зная об этом диагнозе, племянница на голубом глазу возила к бабушке свою пятилетнюю дочь из Питера и оставляла на неделю, а то и на месяц. Я аж поперхнулась!

Спрашиваю – неужели вы не били во все колокола, не пытались выяснить причину обмороков? Племянница равнодушно прокомментировала: «Ну, она же диспансеризацию на работе каждый год проходила. Ничего не обнаружили. Я её даже один раз возила в нашу известную питерскую клинику. Там вроде тоже сказали, что ничего страшного». То есть всего один раз дочь озаботилась состоянием матери!

И вот тут я прямо порадовалась за сестру, что не лежала парализованная, что за ней не требовался уход, потому что от любимой и единственной доченьки она бы его не дождалась.
Второй пример. У золовки в подъезде поселковой пятиэтажки жила старушка. Её взрослая дочь давно обосновалась в Питере с мужем и двумя детьми. Когда бабушке исполнилось около восьмидесяти лет, её зятя пригласили на работу в Германию. Отпускать мужа одного жена не планировала и отбыла за границу вместе с ним. Внуки к тому времени уже жили отдельно.

А бабушка стала потихоньку сдавать. И тогда заботливая дочь позвонила моей золовке и попросила ухаживать за её мамой – сходить в магазин, иногда что-нибудь приготовить поесть, если мать не сможет сама. В остальном старушка обслуживала себя сама, лежачей она не была! За это предлагались довольно скромные деньги даже по нашим провинциальным меркам.

Но золовка жила в том доме уже больше трёх десятков лет, очень хорошо знала эту бабулю и потому согласилась.

Кстати, у бабки имелась своя очень приличная пенсия. Первые пять лет все были довольны, а потом бабуля начала впадать в старческий маразм. Ещё года три золовка стоически держалась, но, когда соседка начала фекалиями расписывать стены, сдалась.

Однако даже в этом случае её дочь не спешила организовать профессиональный уход за мамой. Из Германии звонила всем односельчанам подряд, уговаривая присмотреть за родственницей. Не нашлось ни одной желающей хотя бы среднего возраста, в результате бабушку взяли на поруки её же ровесницы. Но поскольку и самим не шешнадцать, то приходили к ней старушки раз в два-три дня. А однажды пришли, но не смогли открыть дверь, что-то случилось с замком. Потом оказалось, что вскоре после их неудачного визита почти уже неходячая бабуля каким-то образом доползла из дальней комнаты в коридор и пыталась позвать на помощь – нашлись те, кто слышал невнятное мычание за дверью. Тут и умерла.

Хоронили сообща посёлком, потому что дочь «не смогла взять билеты на самолёт из Германии». Приехала уже после похорон, привезла скромные подарочки неравнодушным соседям, оформила все дела, касающиеся вступления в наследство, освободившуюся квартиру сдала внаём и уехала обратно. Про внуков даже говорить нечего – последний раз их видели у бабки в гостях в возрасте 9–10 лет. На похоронах их не было. Без комментариев.