Бывая в разных городах и странах, заварные пирожные я встречал только в России и Белоруссии. Поначалу думал: не может быть, чтобы «заварнушки» выпекались только у нас. И тем не менее это так.

Зато в Пятигорске мест, где можно взять чашечку кофе с моим любимым десертом, чуть ли не с десяток. На одно из них, кафе «Мистер Слойкин», мы с матушкой случайно наткнулись, прогуливаясь по Кировскому проспекту. Павильон небольшой, зато столько там всего, прямо глаза разбегаются! Правда, я консерватор и беру только эклеры, но, если их нет, могу соблазниться и наполеоном.

Обнаружив на прилавке заварное пирожное местного приготовления, я купил его не раздумывая. И знаете, не прогадал! Только один совет тем, кто захочет в той же кафешке попробовать заварное, – подходить часам к десяти утра. Раньше не надо. В это время подвозят свежую продукцию. Не знаю, кто у них работает, но подозреваю, что армяне. Всегда считал, что они лучшие на свете кондитеры. Руки у них, что ли, такие или душа способна тонко отзываться на всё, связанное с мучным, но, на мой взгляд, лучше армян печенье, пирожные, лаваши, пирожки не делает никто.

Правда, после первого знакомства с пятигорской выпечкой волшебные эклеры мне больше не попадались. Однако в Пятигорск из Ессентуков, где мы тогда остановились, только ради пирожных не наездишься. Но благо и в самих Ессентуках я обнаружил уютное кафе с уже запомнившимся названием. Конечно, я немедленно потащил матушку в «Мистер Слойкин» попить кофе с фирменной пятигорской «кондитеркой».

Чего там только не было! И разнообразные круассаны, и осетинские пироги, и пирожных, наверное, с десяток наименований. Но заварные уже закончились.

– Как жаль, – обратился я к улыбчивой продавщице, на вид ей можно дать от силы тридцать пять. – Как жаль, что закончились мои любимые заварные пирожные.

– Возьмите любые другие, – посоветовала девушка. – Наверняка вам тоже понравятся. Смотрите, вот морковный торт, а вот шоколадный. А хотите наполеон или «Красный бархат»? Нашим посетителям нравится всё, что имеется в ассортименте. И кофе у нас прекрасно готовят. Один запах чего стоит! Кстати, давно заметила, некоторые отдыхающие наведываются к нам несколько раз на дню. Будто кроме пирожных и тортов их в жизни ничего не интересует.

Я поблагодарил продавщицу и ушёл. Всё-таки не такой уж я и сластёна. Да и ограничение потребления мучного и сладкого делает своё дело. Ещё пару раз за время отдыха в Ессентуках мы заглядывали в «Мистер Слойкин» и всякий раз попадали в смену той улыбчивой жизнерадостной продавщицы. Но нас словно преследовал рок: то эклеров не привезли, то привезли, но очень мало и они закончились сразу же.

Вскоре мы должны были уехать в Кисловодск. Перед самым отправлением решили ещё раз на удачу посетить известное кафе. За прилавком стояла всё та же женщина. Она нас уже запомнила, увидела и призывно замахала рукой:

– Как вовремя вы зашли! Я так переживаю, что вы всякий раз уходите ни с чем. А сегодня вот, – она показала на витрину, – будто специально для вас остались целые три штуки! Так что скорее делайте заказ.

Мы, повеселев, взяли по чашке кофе и пару заварных.

– А третье? – волнуется женщина. – Возьмите, оно последнее. Вам так долго не везло, вы его заслужили!

– Ой нет, спасибо! – поблагодарил я девушку. – Увы, у меня жёсткая норма: не более одного пирожного в день. Хотя вроде за ними и охочусь. А вам самой нравятся заварные? Как они на вкус?

– На вкус? – всё ещё продолжая улыбаться, переспросила продавщица. – Покупателям очень нравятся. Вот и вы постоянно спрашиваете. Значит, вкусные.

– Нет, вы меня не поняли. Вам самой-то они нравятся?

– Не знаю, я не пробовала. Я вообще ещё ничего не пробовала.

И, заметив в моём взгляде вопрос, без всякого трагизма в голосе продавщица добавила:

– Я не могу себе ничего такого позволить. У меня на это нет денег.

Мы забрали заказ и сели за столик. Обращаюсь к матушке:

– Ты слышала, у неё нет ста рублей на то, чтобы купить самое дешёвое пирожное! Представь, человек приходит на работу, проводит столько времени в окружении вкусняшек. Каково это – смотреть на жующую публику и не иметь возможности самой попробовать? Хоть и неудобно, но я сейчас куплю последний эклер и подарю этой женщине.

Матушка кивнула.

Последнее заварное всё ещё лежало на витрине, будто дожидалось, когда я за ним приду. Я попросил пробить эклер и упаковать его в пластиковый контейнер.

– Ну вот и молодцы, что всё-таки решились, – одобрила продавщица и вручила мне контейнер с пирожным.

– Это вам от нас с супругой, – протянул я ей покупку. – Пожалуйста, возьмите и съешьте его за наше здоровье.

Девушка посмотрела на меня уже без улыбки, и я впервые увидел её лицо, каким оно было на самом деле. Без следов косметики, уставшие глаза и руки с самодельным маникюром.

– Спасибо, вы очень добры, – поблагодарила она. – Но в нашем заведении не приветствуются такие подарки, а я дорожу местом. Нужно платить за съёмное жильё, а у меня вдобавок мама на руках. Нет, я не жалуюсь, на самом деле мы с мамой счастливые, нам ещё очень повезло. Вот уже скоро получу первую зарплату. В мой выходной придём сюда с мамой, и я куплю всего понемножку, чтобы попробовать. Устроим с ней праздник. У нас уже очень давно не было повода для радости. А к хорошему лучше привыкать постепенно.

Я вернулся за столик. Матушка, бросив взгляд на контейнер с пирожным, вопросительно посмотрела на меня, и я ей всё рассказал.

– Я так и предполагала, – покачала она головой. – Сильный человек. И, наверное, действительно счастливый. Просто сегодня у каждого своя мера счастья.

– Будешь? – предложил я третье пирожное жене.

– Нет, возьмём с собой. Вечером за чаем съедим.

Вечером, готовясь к отъезду, мы паковали чемоданы. За чаем, как и планировали, разделили пополам последний эклер.

– Ешь и запоминай вкус пятигорского пирожного, – сказала матушка. – В Кисловодске нет «Мистера Слойкина».
Я быстро проглотил свою половинку.

– Ну вот, – посетовала супруга, – как всегда, проглотил и ничего не почувствовал.
На самом деле я всё прекрасно почувствовал. Сегодня вечером заварное впервые за много лет отдавало горечью. Только говорить об этом матушке я не стал.