В последний месяц – шквал звонков от мошенников. Такое впечатление, что у них сезонное обострение или денег хочется сорвать к празднику. А ведь последние три-четыре года они меня совсем не беспокоили.

– Владимир Адамович? Очень хорошо! Максимов Вадим Викторович, следователь Центрального управления МВД, город Москва, старший лейтенант…

Далее последовала умышленная пауза, никак меня не впечатлившая. Успел только подумать: «Давненько не общались! Хотя по персональным данным я самый подходящий для них контингент».

Вкрадчивое начало:
– Догадываетесь о причинах моего звонка?

Тут бы впору подыграть, сказать «нет», да ещё и с подобострастной дрожью в голосе. Решил, однако, пойти по иному пути.

– Догадываюсь.

Ага! Пауза. Но «Максимов» тут же справился с собой:
– Ну и?
– Денег захотелось, вот и звонишь.
– Но-но! – тон Остапа Бендера в разговоре с гражданином Корейко. – Напоминаю: ведутся следственные действия…
– Из Москвы, говоришь?

Раздражённо подтверждает:
– Из Москвы! – и даже называет адрес: улицу, номер дома и номер строения.

Хорошо подготовился! Не «корпус», а именно «строение». Однако не даю опомниться:
– А почему сим-карта у тебя воронежская? Почему с частного мобильного номера ведёшь «следственные действия»? Ты вообще кто такой?

Опешил. Но снова справился с собой.

– А по какому праву вы со мной на «ты»? Я официальное лицо, при исполнении. Кодекс напомнить? Я для вас – господин полицейский, понятно?
– Конь в пальто ты! – отвечаю. – И сидишь в Киеве или Днепропетровске, фигнёй занимаешься. Не надоело?
– Да я вас! За неуважение! Повесткой! Ну-у-у?

Наступившую паузу использую для концентрации моральных сил и наношу неожиданный хлёсткий удар:
– Чей Крым?

Молчит! Нокаут или, по крайней мере, положение «грогги» – это когда боксёр на ринге пропускает по башке, но выключается на несколько секунд и ничего не соображает. Вроде стоит на ногах, но не понимает, где он, кто с ним и что происходит.

– Чей Крым? – повторяю. – Отвечай!

«Вадим Викторович» явно выбит из седла, потому что спрашивает:
– Ну а чей он, по-вашему?
– А у тебя что, сомнения по этому поводу есть? Чей Крым? Отвечать!
– Я полицейский! Вы осознаёте последствия своих действий? Это уже срок!

Отключаюсь. «Полицейский» перезванивает три раза подряд. Трижды сбрасываю вызов, блокирую номер и сообщаю в службу безопасности Сбера.

Следующему «полицейскому» предложил спеть гимн России. Возмущению не было предела:
– Вы что себе позволяете? Оскорбляете при исполнении!

Тут же ответ:
– Вас оскорбляет гимн России? Полицейского оскорбляет гимн своей великой страны? Нет? Вот и докажи – стань по стойке смирно и пой!

В этот момент тоже рекомендую отключиться и тут же блокировать номер. Как-то раз замешкался, и «полицейский» тут же заорал:
– Да ваш гимн дерьмо! А Крым никогда не будет вашим!

Пусть и дальше орёт, но уже в никуда.

Мой друг, кстати, пообщался со «следователем» – тот позвонил в воскресенье. Друг тут же спрашивает:
– А у вас разве не выходной?
– Я круглосуточно при исполнении.
– А ты расслабься, – советует друг. – Расслабься. Сосни пивка.
– Да что вы себе позволяете?
– Ну, или чего потвёрже, – и тут же сбрасывает вызов.

Ещё недавно я считал, что высший пилотаж в подобных случаях – знать региональные телефонные номера, чтобы сразу поставить в тупик «столичного следователя». Идеально иметь представление о штатных структурах компетентных органов, алгоритмах и правилах ведения следственных действий – они никогда не ведутся ни в соцсетях, ни по частным мобильным телефонам. А с другой стороны – зачем? Неожиданно я нашёл для борьбы с ними кое-что получше.

Звонок. Собеседница с металлическим голосом «косит» под робота, а может, это он и есть.

– Здравствуйте! С вами разговаривает виртуальный консультант Сбербанка Афина. Соединяю вас с оператором.

И тут же в разговор включается юноша:
– Добрый день! Меня зовут Алексей. Вы подавали заявку на смену телефонного номера?

Плавали, знаем! Ответ приготовлен заранее:
– У меня нет телефонного номера. И телефона нет.

Кажется, парень слегка офонарел, но ещё пытается боксировать:
– Как же так? А каким образом, простите, мы с вами сейчас разговариваем?
– Не знаю, – отвечаю потусторонним голосом – Нет у меня телефона.
– Но это же вы? (Называет мои имя и фамилию.)
– Нет, это не я.
– А где же тогда? (Опять называет имя и фамилию.)

И вот тут – нокаутирую:
– А хрен его знает! – и сбрасываю вызов.

Не перезвонил.

А эта дама сразу берёт быка за рога, без всяких «здрасьте».

– Капитан Васильева, Центральное управление такое-то. Вам знаком господин Мендельсон Марк Захарович? Отвечайте! Вам знаком господин? Отвечайте!

Подобные методы ведения следственных действий известны из психологических трактатов, описаны они и у Солженицына. Подследственного вводят в кабинет, а там сидит молодая красивая женщина и вроде даже улыбается. Жертва обессиленно плюхается на предложенный стул. Но рано расслабилась – сразу крик с матом, оскорблениями и угрозами. И как такое возможно – из милого пухлого ротика?

На такое «шоковое» восприятие всё и рассчитано. Человек ломается и в первые же минуты даёт признательные показания. В данном случае – добровольно расстаётся со своими сбережениями.

– Отвечайте! Я вас спрашиваю! Почему молчите?

От растерянности (а я и вправду несколько обалдел) выдаю экспромт:
– Я смотрю мультики.

И ведь не соврал. Сидели с дочкой в кинотеатре, смотрели сказку. Грызли карамельный попкорн, запивали кока-колой – и тут такой наезд! И ответ мой какой-то странный.

«Стоп! – вовремя говорю себе. – А ведь это гениально!»

– Што-о-о? – спрашивает «капитан Васильева» на том конце виртуального провода. – Што-о-о?

В её голосе нет возмущения. Она ошарашена, я бы даже сказал – повержена. Ждала ведь, что «возрастной лох» в момент среагирует на такой безапелляционный тон и ввяжется в разговор, а там, глядишь, и до успеха рукой подать.

– Смотрю мультики! – отвечаю тоном счастливого обладателя старческой деменции.

И «капитан из Центрального управления» мгновенно исчезает из эфира. Так рассыпаются вампиры от солнечного света или растворяются в ночи вурдалаки от крёстного знамения с сопутствующим «изыди».

Вот она, идеальная формула общения с подобными деятелями – не взаимная ругань с оскорблениями, а совершенно непредсказуемый, непредвиденный и не просчитанный ответ. Да и правда, что взять с дедушки, который смотрит мультики?

Можно, конечно, сразу отключаться и блокировать. Или не отвечать на звонки с незнакомых номеров. Жаль, что я так не могу. Моя работа связана с огромной аудиторией: сотни писем и сообщений ежедневно, десятки звонков со всего пространства бывшего Союза.

А вообще, даже жаль этих мошенников. Неблагодарная работёнка-то – нервная, пыльная, да и небезопасная.

…Друг выслушал, посмеялся, но дал совет:
– Завязывай! Они могут и отомстить. Как? Очень просто – смоделируют твой голос и якобы с твоего номера сообщат о готовящемся теракте или будут угрожать кому-нибудь. Конечно, где надо разберутся, но пару малоприятных деньков в компании настоящих полицейских я тебе гарантирую. Мой тебе совет: поставь программу антивируса с распознаванием цифровых сим-карт, и 95 процентов подобных звонков тут же отсеется.