С тех пор знакомый запил и бросил работу. За плечами бывшей уже три развода и три ребёнка от трёх мужей – причём каждый раз замуж она выходила в течение недели после расторжения брака. Её мама тоже развелась и живёт с каким-то мутным мужиком. Про бывшую невесту толком ничего не знаю. Сложно сказать, что именно там произошло и какую именно бумагу подписал приятель, но всё это очень похоже на приворот, причём довольно корявый.

Мой отец и себя чуть по молодости не угробил. Ему тогда стукнуло 24 года, он был молодым специалистом на заводе. Вовсю пахал на основной работе, а по вечерам ещё отправлялся на строительство возводимого заводом дома – таково было условие получения однокомнатной квартиры. Короче, дел у него хватало. Мать на сносях уехала к своим родителям в Куйбышев – меня рожать, а отец остался в одиночестве.

Тогда метро, пожалуй, оставалось единственным островком безопасности. Тепло, светло и вроде бы под охраной. Главное – успеть попасть в этот рай до его закрытия. И вот где-то под ногами, в грязной жиже, стекавшей с людских сапог,я увидела тщедушного котёнка, который шарахался от ног прохожих,чтобы не придавили. Повинуясь естественному порыву, я подхватила это щуплое грязнущее тельце, попутно думая, куда бы его засунуть, чтобы не испачкать одежду.

С началом обучения правилам дорожного движения я стала пристально отслеживать обстановку на дорогах и пришла к выводу: многие водители ведут себя неправильно, разметка требует обновления, да и с романтиками с большой дороги, то есть сотрудниками ГАИ, не всё в порядке. Тут ещё в Волгограде знакомый редактор стал издавать мужской журнал «Авторитет» на автомобильную тематику. Как-то всё совпало в жизни. Судьба, однако.

Какая хорошая бабулечка! Мы немного поговорили с ней. Бабушке 89, она выбралась к дочери в Москву. Я смотрела на бабулю и думала: Господи, а ведь это неспроста. Как же я привыкла к комфорту в своей жизни! Красивая электричка везёт меня по делам, дома куча бытовой техники, в округе полно магазинов на любой вкус. А я принимаю всё как должное и уже не замечаю этого изобилия и прекрасных условий, хотя за ними тоже стоят люди.

Я пошла в комнату к тёте Маше. Она выглядела как живые мощи. А когда-то была боевая, звонкоголосая, шустрая. Вкуснее её пирогов ничего на свете не встречала, тут ей не было равных. А ещё тётя Маша каждому ребёнку всегда наливала к пирогу по пол-литра молока с собой. Повзрослев, мы ездили на мотоцикле с коляской на дальние покосы.

И всё. На следующий день её без разговоров заперли дома. На улицу – только в сопровождении. Никаких денег. Никаких местных документов. Её паспорт спрятан у мужа. Домой позвонить можно только в его присутствии, интернета тогда ещё не было. А в остальном муж очень хорошо к ней относился, не бил ни в коем случае, но свободы лишил целиком и полностью.

Прочитала рассказ Дариги Романовны о выступлении старших вожатых в детском лагере («Выступают девочки из нулевого отряда», №20). Хохотала так, что просто неделя жизни добавилась. Мне хорошо знакомы такие выступления – я работала и вожатой, и в школе мы с коллегами подобные «кандибоберы» на День учителя устраивали не раз. Дети обожают такие мероприятия и всегда болеют за учителей.

Соболезнования американцам выражали тогда многие, но сразу возникло понимание: рухнувшие башни символизируют, что привычный миропорядок на этом закончен. И хотя американское правительство сразу же назвало виновных и опубликовало почти поминутную хронологию произошедшего, даже несведущий в строительстве, военном или лётном деле человек, догадывался – власти не говорят всю правду. И, несмотря на годы расследований, вопросов по поводу катастрофы 9/11 становится всё больше.

Она сразу начала смотреть на себя в зеркало глазами подруг и поняла: действительно толстовата! Хотя о похудении и речи идти не могло. Девушка была стройная как берёзка. Ну, ножки немного полноваты, но это её не портило. А теперь в одежде Надя смотрится ещё ничего, а вот без неё… Я видела эти кости, обтянутые кожей. Натуральный скелет! Мысль о полноте так зафиксировалась в голове девочки, что ни о чём другом она уже думать не может.

Спасти ситуацию помог художник-декоратор: нарисовал такие выдающиеся рёбра и придал лошади такой несчастный вид, что на следующий день после первого спектакля в театр явился инспектор Общества покровительства животным. Он предъявил полученное Обществом письмо. Некая сердобольная дама рассказывала, что на спектакле она с негодованием увидела, в каком ужасном виде содержат лошадь.

Денег нам тоже не хватало порой даже на самое дешёвое пиво. Безденежье упрямо толкало на Новослободский рынок, где можно было разжиться самым дешёвым, обычно просроченным пивом и копеечными закусками. Тогда происходила настоящая сшибка времён. Уже появились такие известные сорта, как «Балтика», и куча иностранного пива, и оно соседствовало с ещё советской продукцией.