Бабка нужна живая
03.06.2014 00:00
Иисуса Христа она знала лично

Бабка нужна живаяБабка Саватеиха была невесомая, высохла вся и не вставала уже лет десять. Исполнился ей почти век. Бабке делали уколы, обтирали, поили таблетками, ставили капельницы, кипятили простыни, кормили с ложечки. Очень внимательно следили за давлением и вообще за здоровьем: бабка была нужна живая.

В деревне, где Саватеиха жила со старшей дочерью и её семьёй, да и по всей округе, и в районном городке, где средняя дочь жила, не было работы. Трудились на огородах, кормились с урожая, а дом поднять – так, чтобы газ провести или купить хорошую, дойную корову, – это и не мечтай. В военной части неподалёку среди гражданских за рабочие места была вечная драка. На птицефабрику, хотя и далеко добираться, тоже не попасть. И сидели бабкины дочери, то одна, то другая, без работы.

Ладно, у старшей корова выросла домашняя и с хорошим молоком, сама из телёнка вырастила. А предыдущая «беглая» была, норовила домой не прийти, замучились гоняться за ней по округе, в итоге сдали. А тут ещё зятя сократили, попробуй проживи – детей трое: двое в городе учатся, один в армии. Хорошо если потом контрактником в часть возьмут, а ну как нет?

Дочери у Саватеихи дружные, с детства друг другу помогают, без соперничества, как у некоторых. Младшая средней шубку прислала. Второй муж у неё попался непьющий, предприимчивый, на бабкину помощь младшая претендовать перестала. А то с первым мужем ещё и ей с бабкиных денег отсылали. У средней в городе хотя и полегче, всё-таки центральное отопление, удобства, но ведь в магазине всё дорого. Старшая, хотя и помогает, и творожку привезёт, и картошки на зиму, а дочки-близняшки обе учатся в медицинском, их и одеть, и выучить надо. Да и в квартире ремонт пора делать. Муж зарабатывает, но одна машина сколько средств съедает! Поэтому бабка была очень, очень нужна. Живая.

За бабку шла война. Пенсию Саватеиха получала как ветеран войны и труда такую, сколько вся семья вместе не зарабатывала. И тягали бабку то к одной сестре, то к другой.
– К нам бабку – крышу перестелить и полы укрепить надо, а то нам газ не проведут, мы замёрзнем!
– У нас пусть живёт! Ей у нас лучше, горячая вода и девчонки – медики, поухаживают. И кредит за машину платить надо – зашиваемся!
– У меня сын из армии придёт, его одеть не во что!
– А у меня девки невесты!

Сцепятся порой сестрички прямо над бабкой, потом сидят, обнявшись, плачут:
– Ты, мам, нас прости, жизнь такая…

Иногда близняшки придут, профессионально бабку обиходят, посидят с ней, альбомы ей с фотографиями полистают. Бабка на фотографии глядит, взгляд фокусирует, даже румянец пробивается. Из церкви женщина приходит читать ей Библию – бабка слушает, иногда слеза бежит. Иисуса Христа Саватеиха любила, лично знала – на фронте сколько раз спасал. И своих девок потом чудом родила, трёх подряд.

А весной приснился ей Он. Идёт она по цветущему лугу, а навстречу Иисус. Она Ему: «Христос воскресе!» А Он: «Воистину, Аннушка, воскресе!» – и смеётся. А она молодая, в грудь молоко набегает, платье намокает. Иисус говорит: «Аннушка, пойдём цветы собирать?» А она: «Не могу, Господи, мне бежать надо. Как они там без меня обойдутся?» А Иисус говорит: «А как они там без Меня обходятся?» И проснулась Саватеиха. Плакала потом, без слёз, без слов, прощения у Него просила. За дочек-внучек, за цветы, что не собрала.

А потом бабку опять потащили переезжать, от одной сестры к другой. Ей хотелось крикнуть: «Постойте! Куда меня опять? Не бегите. Здесь меня выгрузите, в поле. Я тут подышать хочу, землёй пахнет». Но они всё везли её куда-то… А крикнешь – скажут: «Лежи, бабка, тут, не трепыхайся, успеешь ещё надышаться землёй».

Нет, девчонки у неё заботливые, хорошие. Добрые и весёлые, все в отца. Поздновато только их родила, думала, вообще не сможет – натаскалась санитаркой на себе израненных мужиков, намёрзлась по окопам, по весенней хляби. Повезло ещё, что муж попался хороший, хоть и без ноги, и по ночам в атаку вскакивал, орал: «За Родину! Бей тварей!» – но её не бил, много не пил и дом ей построил, девчат поднял. Счастливо она прожила, хорошо. Уйти бы вот только теперь – к нему, к Саватею, заждался поди. Да не отпускают, нужна живая.

Ночью Саватеихи хватились, на кровати не нашли. Кинулись искать – стоит на крыльце, за косяк держится. Дочка Зина спросила:
– Мама, ты куда?

А та и ответила, впервые за десять лет:
– Я, Зиночка, цветы собирать. Мне домой пора, к папе.

Хоронили Саватеиху всей деревней. Ордена и медали так прямо на гимнастёрке пронесли. На памятнике написали «Саватеиха», и только потом имя и фамилию. А то не узнают, кто. Фотографию долго выбирали, решили свадебную, с мужем. Мужа не стали отрезать, пусть уж вместе. Всё равно от жизни только одна фотография остаётся на памятнике. Так уж лучше эта.

Елена СМОЛИНА
Фото: Fotolia/PhotoXPress.ru

Опубликовано в №21, июнь 2014 года