Денег на подарок у нас не было – конец месяца, бюджет приближался к нулю. Не идти же с пустыми руками. Ну и решила я подарить сестрёнке ненужного Будду: Василиса давно увлекается восточной философией, он ей в тему. Сестра подарку обрадовалась, поставила Хотэя в своей спальне. А я вовсе забыла об этой вещице. Но прошлой зимой он вдруг ко мне вернулся. Дело было так.

Ох, знаю я этих французов-марсельезников: устроят какую-нибудь забастовку авиадиспетчеров, жабоеды несчастные… Да и бразильцы тоже – ещё те футболисты-пофигисты. Начнётся у них, скажем, полуфинальный матч «Фламенго» – «Сан-Паулу», и кукуй, Вова, неделю в амазонской сельве, целуйся с пираньями. Господи! Зачем меня понесло на край света, в эти латиноамериканские выселки?

– Я о другом, – она мечтательно закатила глаза. – Я имела в виду, что ты, наверное, планировал сегодня вечером достать из морозилки бутылочку сам знаешь чего, налить рюмочку до краёв, положить на чёрный хлебушек солёное сальце и хрустящий огурчик… Жаль.
Краем глаза я заметил, что после этих слов двое мужчин из соседней очереди направились к стеллажу с огурцами и взяли по банке.

Однажды дым коммунистического субботника чересчур зловонно повалил в мою форточку, и я с двумя вёдрами воды вышел залить костёр. Этот акт празднующим субботник не понравился, и случился у нас конфликт, дошедший до драчки. На потасовку прибежал молодой участковый. Выслушав обе стороны, он сперва занял мою позицию и сказал, что не следовало жечь мусор прямо тут, под окнами.

В столовой за моим столиком собралась колоритная компания. Две кубанские дамы, Любовь Степановна и Тамара Васильевна, жили в одном номере и казались неразлучными, словно две половинки одного яблока. Любовь Степановна, пышная и громкая, обожала сплетни и анекдоты, а Тамара Васильевна, тихая и скромная, внимательно слушала и украдкой вытирала слёзы умиления.

Как любая умозрительная конструкция, идея не выдерживала столкновения с практикой. Оксана просматривала фотографии представителей петербургских СМИ и морщилась. Балетные наряды не подошли бы никому. Костюм рыбака – да, форма футболиста – тоже да, но вот с пуантами как-то не клеилось. Тогда Оксана поменяла принцип отбора участников. Просмотрев несколько десятков фотографий кряжистых мужичков и розовощёких юношей с густым налётом провинциальности...

Оксане показали её стол и компьютер, поведали, что где находится, и вернулись к работе. Однако в отделе чувствовалась нервозность. Парни растерянно переглядывались, не зная, как себя вести с хрупкой и утончённой новой коллегой. Со временем всё вошло в привычное русло, но кое-что претерпело изменения: после появления Оксаны все без исключения мужчины в отделе начали следить за внешним видом и порядком на рабочем месте.

Я про нашу любимую русскую забаву «поздравь подругу в семь утра весёлой задорной открыткой» или, ещё похуже, «перешли это 12 подругам, не забудь меня, а то гореть тебе в адском пламени!». Во времена нашего детства открытки посылали по почте и писали их за неделю до праздника, а то и за две, если адресат на другом конце страны. Пока они долетят или доедут поездом, пока их развезут по почтовым отделениям...

Поначалу я избегал общения с ним, стараясь быстро пробежать мимо по лестнице, буркнув «здрасьте». Но однажды, когда я застрял в лифте и несколько часов просидел там без помощи, Вадим помог мне выбраться, и мы разговорились. Он оказался приветливым и общительным. Работал Вадим сменами в охранной фирме, поэтому у него было время для дополнительного заработка.

Принеся меню, официантка встала поодаль, ожидая, когда мы определимся, однако, открыв папку, мы впали в ступор. Названия блюд и их состав были написаны и русскими, и латинскими буквами, но при этом вовсе не на английском. Например, рыба назвалась не fish, а ryba, мясо – myaso. Но в наибольшей степени было исковеркано мороженое: вместо ice-сream в меню фигурировало morojenoe.

И вот в один из летних дней в донском селе играли свадьбу. На мероприятие со стороны жениха приехали четыре студента, среди которых выделялся Денис. Он запомнился всем гостям тем, что, будучи уже в подпитии, подошёл к тамаде, попросил микрофон и попытался исполнить для молодых нетленный хит космонавтов – песню «Трава у дома». Правда, после слов «Земля в иллюминаторе видна» Денис громко икнул в микрофон.

Как-то вечером он позвонил мне домой и сказал, что был по делам в ближайшем совхозе, а на обратном пути завернул на бахчу. И знакомый сторож разрешил ему набрать там несколько мешков арбузов и дынь. Мол, в качестве извинения за назойливые ухаживания он хочет пять мешков подарить мне. Арбузы и дыни я очень люблю, к тому же неловко отказываться – человек собирал, вёз, старался искупить вину.