Особых хлопот монахиня родным не доставляла, обычно сидела на своём диванчике. К ней иногда приезжал батюшка, причащал на дому. По возможности навещали старенькую сестру и монахини её родной обители. После кончины инокини следовало похоронить её на территории монастыря, как это обычно делают, и там же отпеть.

...Поэтому и готовились молодые к этому дню ответственно, как и положено людям верующим. Держали пост, исповедовались, причащались. Чувствовалось, что для них венчание не только дань красивой церковной традиции, а огромное событие, знаменующее начало совместной жизни. Для остальных гостей венчание стало ещё одним поводом встретиться и в кои-то веки пообщаться.

Только появилась эта мысль, как «питон» сдавил меня сильнее, и я поняла, что дышать больше не могу. Стала произносить молитву вслух, точнее пыталась, потому что язык не слушался. Начала с самой лёгкой и короткой – Иисусовой. Только домямлила её до конца, как хватка «питона» начала ослабевать. Теперь я смогла наконец сделать пару вдохов.

Через несколько дней вернулся гонец вместе с непростым старичком. Попросил знахарь принести ему из «нехорошего дома» мутовку – деревянную штуку, которой квашню размешивали и прочие жидкости, это нечто вроде венчика первого поколения. Пошептал на неё, приоткрыл дверь избы да бросил мутовку внутрь и дверь плотно захлопнул. Вой и грохот за дверью стояли неимоверные, но вскоре всё стихло.

За моей спиной словно выросли крылья. Неужели так бывает: если нельзя, но очень хочется, то можно? Пусть даже и за плату. Приехать паломниками, да ещё и с экскурсией по монастырю! Но благословит ли батюшка? Нас ведь немного – всего трое, включая меня. Возьмут ли? Быстро заполнила форму на сайте и стала ждать ответа. В то, что он будет положительный, я почти не верила – всё-таки три человека, группа микроскопическая.

Начну свой рассказ издалека. С детства я была страшным книгочеем, впрочем, таким и осталась на всю жизнь. Но теперь читаю гораздо меньше, поскольку из-за глаукомы плохо вижу. А вот остальные члены нашей семьи практически ничего не читали. Да и некогда – шла война, потом наступило не менее тяжёлое послевоенное время. Жили мы трудно. Сначала обитали в землянке. Источник света – керосиновая лампа. По ночам я читала в кладовке.

...Ладно, стерпела. Пошла вечером гулять с собакой. Зашла за угол забора школы, и на нас оттуда напал пёс, сцепился с моим кобелём. Я держала правой рукой свою собаку, а левой защищалась на уровне инстинкта. Чужой пёс и меня прикусил. Боже, это было так больно, что я дня два не могла руку поднять! Хотя укус небольшой. Хорошо, что хозяйка пса вовремя среагировала, – видимо, для неё это не первый случай.

Слова забывал, заикался, словно воздуха не хватало. Оказывается, и такое бывает. Но как же все удивились, когда покойницу наконец отпели. Когда обряд закончился, у новопреставленной изменилось лицо. Это заметили абсолютно все в церкви. Оно словно выдохнуло, прошло напряжение. Черты лица изменились – вместо искажённой гримасы появилось лицо человека, чуть уставшего, но человека.

Несколько раз безуспешно пыталась вызвать к жизни неработающий кофе-автомат, пока уборщица не подсказала заглянуть в ночное кафе. Нужно выйти из вокзала и пройти по улице метров сто. Естественно, в такой час я побоялась туда идти, тем более одна. Зато вспомнила, что прямо перед вокзалом видела светящийся киоск с шаурмой. Нашла-таки ароматную шаурму (ещё и в очереди постояла!), но есть её при других пассажирах в зале ожидания не решилась.

Утром выдвинулись в Кабардино-Балкарию. Узнаём, что проезд крайне затруднён. Меняем маршрут на Карачаево-Черкесию. Приехали, благополучно заселяемся в гостиницу, даже отдыхаем пару дней. На второй день решаем идти в горы, в заповедник. Но на месте стало известно, что для похода в горы необходим оригинал паспорта, поскольку рядом граница и требуется оформлять пропуск. Ну не судьба, значит. Вернулись в номер.

Временами заходил в церковь поставить свечку, приложиться к иконе, иногда исповедоваться. Несколько раз даже набирался смелости и жаловался священнику на свою проблему. Однако даже батюшки, которые сочувствовали мне, советовали терпеть. Ну а чего ещё можно было от них ожидать? Не вынесет ведь священник небольшой чемоданчик с крупными купюрами. И со своего мобильного телефона не наберёт номер кого-нибудь из руководства страны.

Я раньше наивно полагала, что Ладожское озеро – самое обыкновенное. Ну что здесь может случаться экстраординарного, когда повсюду баржи, водоканалы, да и Европа рядом? Ладога – крупнейшее озеро в Европе, почти девять тысяч квадратных километров бескрайней водной глади. Второй по объёму пресноводный водоём России после Байкала.