Я обижаться не стала. Да брат и не имел цели меня унизить, он даже подсказал, что нужно сделать: маникюр, подкрасить брови и сделать более выраженную форму лица, поработать над цветом кожи, сменить причёску… Он не стилист, обычный бизнесмен, и вроде бы ничего особенного не посоветовал, но ведь прав оказался! Когда деньги появились, я, понятное дело, пошла и сделала всё перечисленное. И теперь гораздо счастливее себя чувствую.

Человек часто-часто дышит и на каком-то этапе отключается. Что-то там происходит с подкоркой мозга, и человек якобы вспоминает свои прошлые триггеры. Врач на основании бормотания пациента в состоянии транса определяет проблему и стирает, соскребает, вырезает, выжигает негативные эмоции и воспоминания. Врач уверял, что когда-то это была запрещённая практика, потому что она не проверена официальной медициной.

Объясню почему. Я сама столкнулась с тяжёлым заболеванием близкого родственника, заболеванием, в котором, как и у Натальи, «рулит» неврология. И мы тоже имели дело с фондом, волонтёрами, специалистами… Так вот. Благотворительная работа – это не только энтузиазм, желание и возможности, это ещё понимание болезни, умение быть с подопечными на одной волне и оказание помощи близким – тем, кто ухаживает. А им порой помощь нужна даже больше, чем пациентам.

В нашей поликлинике работала замечательная заведующая женской консультацией, которая больше двадцати лет наблюдала меня и своевременно отправляла к знакомым специалистам. Причём никакая благодарность не принималась, об этом мне в своё время было строго сказано – чтобы я даже шоколадки не таскала. Профессор, к которой она меня направила, совершенно бесплатно помогла решить мою проблему...

На следующий день ничего на «Госуслугах» не появилось. Сегодня сын пошёл в поликлинику и попал опять к тому же врачу. Тот сказал, что в следующий раз выпишет ему штраф за неправомерный вызов, что больничный он не открывал, но откроет хоть сейчас, если сын прикрепится к их поликлинике. Отказываешься? Тогда зачем врача отсюда вызывал? В результате сын попросил хотя бы выписать ему справку для вуза.

Только к концу третьего месяца наметился свет в конце тоннеля – подобрали препарат, который подошёл. Галлюцинации исчезли, и, что очень важно, «побочка» от данного препарата оказалась минимальной. Он тоже вызывал слюноотделение, но меньшей интенсивности. А недели за три всё полностью прошло. Когда состояние полностью стабилизировалось, меня выписали домой, выдав схему приёма препаратов.

Прошло четыре года. Вечерами мы с дочкой закрепляли и изучали всё новые виды рукоделия. В шесть лет поступили в две школы – обычную и художественную. Со здоровьем проблем никогда не было. Но в первом классе дочка упала с лестницы, причём два раза сильно разбила лицо. Был жуткий скандал. Видимо, это и послужило причиной того, что школа стала ребёнка пугать.

Очень даже понимаю девчат. Я, взрослый мужик, прошедший и Крым, и рым, и медные трубы, от вида чужой крови сознание теряю. И даже представления не имею, как можно в малипупошную детскую попу вонзать иголку, а уж тем более попасть в вену, которая не то что не прощупывается, а вообще не видна. Всё-таки медсёстры героические женщины! Некоторые сотрудники взяли отпуск без содержания, но основной костяк остался работать.

Водная нагрузка не помогала, хождение по коридору – тоже. Я честно жаловалась на плохое самочувствие, и врачи вспомнили, что есть такая процедура как катетеризация – это когда катетер вводят через уретру прямо в почку и в неё эндоскопом проталкивают камень, вставший на пути. Процедура неприятная, болезненная, под местным обезболивающим, но она в меня вселила жизнь. И боли ушли мгновенно.

В газете часто поднимается вопрос медицинского обслуживания. Я тоже хочу поделиться соображениями на эту тему. В 1984 году зимой, возвращаясь с работы, я поскользнулась и упала на колени. Встать сама не смогла. Хорошо, что рядом оказалась подруга и что всё случилось недалеко от поликлиники. Кое-как доковыляли. Там мне ногу заковали в гипс, и больше месяца я ходила на костылях.

Кстати, когда эта дама сломала ногу, её муж был в отъезде. Приехал, когда жена уже лежала в больнице, восстанавливаясь в том числе и после армирования. О процедуре супруга ему не сказала. Объяснила проблему с лицом тем, что сломала ногу, катаясь на лыжах с горы (это правда), – упав на крутом спуске, якобы ещё и в какую-то ёлку физиономией въехала. Поверил! Вообще, в моём окружении есть 65-летние люди с ровными гладкими лицами и шеями.

Действительно, позарься она тогда на новую престижную должность, неизвестно, что стало бы с больными. На молодых специалистов сейчас надежды нет – не хотят ехать в глубинку, да и те, кто доезжает и искренно желает трудиться на медицинском поприще, достаточного опыта не имеют и долго его набираются. Врачей же с высшей категорией из других регионов в пыльный районный центр не заманишь даже сладким калачом.