А потом пришло новое горе: папа уснул и не проснулся. Сердце. Похоронили его, и мы остались с дочерью вдвоём. Зато бывший с тех пор перестал доставать, уже месяц не появлялся, дал передышку. Но вдруг нам звонят родственники с его стороны и сообщают, что бывший скоропостижно скончался. Его, видимо, сильно избили, поэтому хоронили в закрытом гробу.

Я занималась гимнастикой на ковре. Стоило мне выйти из комнаты на мгновение, он делал лужу именно на том пятачке, куда я ложусь лицом. Подушки, диван, кресла, одеяла… Стиральная машина работала не переставая. Да, мы тыкали его в эти лужи, ругали, но как можно наказать эти пять килограммов кудряшек?

Мальчика назвали Эльдаром, что на тюркском языке означает «владеющий миром» (Рязанов и в самом деле стал властителем дум миллионов). Потом отца назначили начальником винного главка и дали квартиру с видом на Кремль. Здесь Александр Семёнович начал выпивать, а жена, не выдержав скандалов, забрала трёхлетнего сына и ушла жить к подруге. Затем она вышла замуж за инженера, вдовца с ребёнком. С семи лет Эльдара воспитывал отчим, который к пасынку относился как к родному сыну.

Вот почему с прекрасным актёром Максимом Колосовым мы организуем поэтические выступления. Мы с ним понимаем друг друга с полуслова. Выбрали свои любимые произведения, и они сами собой интуитивным образом сложились в драматургию. Зрители, слушая стихи, следят за развитием отношений наших героев, в которых проявляются новые грани. Да, нужна определённая смелость, чтобы выйти с этим к публике.

Однажды на майские праздники Михалыч – так я звал тестя – пригласил меня на рыбалку с ночёвкой, на тот момент у нас с ним были уже практически дружеские отношения. Загрузив уазик снаряжением и провизией на три дня, выехали из дома и через несколько часов добрались до деревни, расположенной неподалёку от рыболовной базы. Михалыч зашёл в местный магазинчик и через некоторое время вернулся в машину с увесистым пакетом.

Все сразу переполошились. Родители звонят, коллеги звонят, руководство звонит, но телефон воспитатель не берёт, сообщения не читает. Домой к ней пошли – на звонок в дверь молчание, всё закрыто. Кое-как дозвонились до её брата, тот отправился к сестре домой, открыл дверь своим ключом. Обнаружил, что дома никого, а телефон сестры лежит на тумбочке.

Особенно много – более 40 тысяч! – рингфортов находится в Ирландии. Местные жители называют их по-разному – рат или лиос, если круг образует земляная насыпь, кайсил или катайр, если насыпь каменная. Эти раты или кайсилы густо покрывают буквально всю Ирландию, по одному на каждые два квадратных километра. Скорее всего, их было гораздо больше, как минимум 50 тысяч.

Поведал мне о здешних африканских страстях более чем полувековой давности случайный попутчик. Я всегда езжу один, а тут попросили друзья подвезти до Владимира их знакомого. Отказать не смог, хотя и скрепя сердце, – ну, не люблю я этой дорожной пустой болтовни с незнакомыми людьми, которая зачастую неизбежна. Но мужик по имени Василий, пожилой, однако довольно крепкий, оказался, на моё счастье, молчаливым, подрёмывал, сидя рядом.

Эксперимент успешно практикую по сей день. Продолжаю соблюдать условие – ровно час. Да, бывает, именно в это время мне пишут, звонят. Но мир от пропущенных звонков не рушится. То, что люди написали, потом, разумеется, прочитываю и отвечаю. Единственное исключение – дверь открываю, если звонят, но поймала себя на том, что в такой момент расстраиваюсь – «порушенного» часа жалко.

Рубин ухватился за вечную жизнь, но выходило что-то не то. Воображение упрямо рисовало смену исторических эпох: Великую французскую революцию, две мировые войны и некое абстрактное будущее, которое ещё предстояло придумать. Вроде забавно, но очень дорого. Тогда-то и возникла идея замкнуть вечность в петлю и превратить в один бесконечно повторяющийся день.

Мы сдружились, и приятель увлёк меня творчеством. Ну а я помог ему приру-чить мою красавицу сестру. Нина, смеясь, дразнила меня сводником. Они пожени-лись, а я поступил в художественную школу. Так у меня всё-таки появился брат. Потом отец умер, и заплаканная мать с надеждой посмотрела на меня: «Те-перь династию предстоит продолжить тебе». Несколько поколений нашей семьи по-святили себя архитектуре: дед, отец, их жёны. Шаг вправо, шаг влево приравнивал-ся к побегу. Моя рано овдовевшая мама хотела поддержать традицию.

У меня нет музыкального образования, я не играю ни на одном инструменте. Сын занимался два года в музыкалке по классу барабана, а вот я – нет. Но перед съёмками долго учился. У меня были две скрипки – в театре и дома. Мне помогал профессиональный скрипач Женя Цой, в том числе на съёмочной площадке. Как вы понимаете, мы с ним проделали адскую работу. Однажды я даже хотел эту скрипку разбить.