Ближе к летней сессии я сказала дочери, что мы готовы оплатить поездку при условии, что она устроится на работу на каникулах и заработает часть денег сама. Мы не рассчитывали всерьёз, что она много заработает, просто сочли такой подход педагогически правильным. Оксана согласилась и, успешно сдав экзамены, принялась за поиски. Жили мы в большом южном городе, как раз начинался туристический сезон, поэтому она сразу нашла место в кафе быстрого питания.

И ведь мы действительно могли простыть! Но почему-то не простывали. Насморк подхватывали или ангину, это бывало, но редко, и считалось неприличным. А вот симуляцию «под простуду» ребятня иногда практиковала, чтобы школу пропустить, но неприличным это не считалось. Сушились в подъездах, старались при этом не шуметь, поэтому никто нас не выгонял.

Забрал женщину по адресу, повёз на старое кладбище, где уже давно никого не хоронят. Женщина попросила подождать и с большой сумкой ушла на погост. Её не было около десяти минут. Но вернулась не одна – с ней шагал невысокий человек, похожий на ребёнка. Таксист даже подумал, не достать ли ему детское кресло из багажника. Но когда парочка приблизилась к машине, «ребёнок» выглядел уже повыше и ростом смахивал на подростка. Женщина открыла дверь, спутник проскользнул вперёд, затем с сумкой погрузилась она сама.

Сначала новая кошечка показала фокус в ветклинике. Вы как себе представляете берсерка? Типа – огромный такой викинг, бросающийся на врагов и орущий дурным голосом? Да, похоже! Только все эти действия выполнила серая котенька Поночка Мякишева, когда я привезла её в ветклинику. Полтора кило полосатой ярости носилось по кабинету, уронило с полки лекарства, орало басом, укусило меня за руку и обещало оторвать врачу голову. В общем, наглядно демонстрировало безумие берсерков – только без мухоморов.

В последнее время почти никто «живьём» устраиваться к нам не приходит. Претенденты на должность нынче звонят, пишут в мессенджер, отправляют длинные голосовые сообщения, присылают огромные пакеты документов, хотя я прошу их этого не делать, а для начала прислать только анкету. Нет, сразу вываливают мне всё лучшее, что случилось в их жизни, видимо, чтобы сразить наповал.

И вот как-то утром в калитку нашего старенького домика постучался коллега отца, дядя Юлдаш. Я не слышала, о чём они говорили, но сразу после ухода пожилого мужчины отец схватил меня на руки и опрометью бросился в местный аэропорт. В те годы рейсы между райцентрами внутри республики совершались часто, и до большинства лететь совсем недолго – около получаса.

Любящий человек вполне может представить свою жизнь без партнёра: «Ты мир не можешь заменить, но ведь и он тебя – не может» (Наум Коржавин). А вот зависимый поёт: «Если ты меня разлюбишь, в тот же вечер я умру». Беда зависимых в том, что они не всегда признают свою зависимость. Многие полагают, что это и есть настоящая любовь. Прямо по Достоевскому.

При всей своей терпеливости и высоком болевом пороге, после первых родов, которые случились у меня более сорока лет назад, я вышла из тульского роддома с ощущением, что побывала в гестапо. И речь не о родзале и самом процессе родов. Там возникли сложности, но ребёнка мне «родили» нормально. Речь о нахождении почти сутки в предродовой палате.

Летний день уже клонился к вечеру, и выглядел мастер довольно усталым – мой стол был явно не первым в его графике. Я так радовалась покупке, что с порога предложила сборщику чай, кофе, бутерброды и даже последнее пирожное. Мастер вежливо поблагодарил и отказался: его ждали ещё три заказчика. Парнишка деловито принялся за работу. Коробки были тут же распакованы, картонки отброшены, и наконец я увидела благородные отблески полированного красного дерева.

Теперь времена иные. В монастырях проведён интернет, в кельях стоят компьютеры, а монахи, кому по долгу службы положено общаться с миром, больше не имеют нужды выспрашивать мирян о новостях, у них есть смартфоны. И не только у них, у послушников тоже. Некоторые иноки живут в полном комфорте, даже выезжают в отпуск. По благословению настоятеля, конечно, но всё же это как-то странно – отдохнуть от Христа, Богородицы, святых…

Алиса и её однокурсники Вика, Лиза и Сергей живут в Подмосковье. Учатся в школе актёрского мастерства, подрабатывают детскими аниматорами. Дни рождения, утренники в детских садах и, разумеется, Новый год. В новогодние праздники и на выпускных в садиках у аниматоров самый большой «чёс», здесь день год кормит. Но все они начинали с ростовых кукол, работая за копейки. Те, кто полагает, будто это работа для ленивых балбесов, сильно ошибаются.

Поехали дальше. Слон ломанулся в непролазные джунгли. Татьяна только потом сообразила, что там, наверное, много ядовитых змей и прочей неприятной живности. Она крепче вцепилась в уши слона и по дороге лупила по нему рукой, отгоняя местных слепней. Вскоре слон нашёл свою заветную полянку, на которой росли дикие ананасы, и стал их поедать.