Например, стоматолог осматривает полость рта, обнаруживает кариес, однако никакого лечения не назначает. Зачем тогда нужен осмотр? Ведь для нас, жителей Севера, здоровье зубов особенно важно, но записаться к стоматологу очень сложно. Частная клиника многим людям не по карману: только удаление там стоит 5000 рублей, а лечение – 15 тысяч. Я считаю, что нужно вернуться к медосмотру, который существовал в СССР.

И я считаю: если бы не педагоги, которые даже в те годы работали добросовестно, то дела обстояли бы ещё хуже. Я в то время как раз трудилась сначала в детском саду, потом в школе. Часто приходилось слышать от пап и мам: мы работаем, нам некогда заниматься ребёнком! У меня в группе был мальчик, которого хронически забывали забирать вовремя – родители работали наперегонки. Однажды моя сменщица напомнила им о длинных праздничных выходных, так мама мальчика возмущалась – мол, в фирме, где она трудится, нет выходных.

В этом мне помогала соседка, одинокая выпивающая пенсионерка. Вечерами заходила с бутылкой: «Тяпнем по маленькой, полегчает». Я едва узнавала себя в зеркале – настолько плохо стала выглядеть. Коллеги смотрели косо, шушукались за спиной. Машину поставила во дворе осенью и забыла о ней, она ржавела всю зиму.

Я знал одну такую парочку старичков. Это было давно, в середине восьмидесятых. Вернее, лично с ними я знаком не был, но видел часто. О подробностях их жизни мне рассказал приятель, живший в соседнем доме. Я у приятеля довольно часто бывал. В подъезде его дома сидели по очереди, через день, консьерж и консьержка.

Дочка живёт в Пушкине, это ближайшее Подмосковье. Несколько дней назад она вызвала моей пятнадцатилетней внучке скорую по поводу сильных болей в животе. Скорая на такой вызов шла больше пяти часов! Хорошо, что ничего серьёзного не случилось. А если бы боли были связаны с острым животом, например, аппендицитом или разрывом кисты яичника?

Вот как процесс мойки происходит в современной авиации. Сначала технику подготавливают, можно сказать, «затыкают все дыры». Перед мойкой самолёт превращают в герметичную «консервную банку». Техники заклеивают яркой лентой датчики давления, порты статического давления и все вентиляционные отверстия, куда не должна попасть вода. Если залить датчик, электроника в полёте «сойдёт с ума».

Он засмущался и ничего не ответил. Прошло три года. Я к тому времени уже была в разводе, с ребёнком на руках. И вдруг в один из летних дней у ворот моего дома снова появился он. Июль, жара, а романтик-воздыхатель предстал в костюме-тройке и с букетиком полевых цветов – видимо, надёргал где-то по пути. Правда, прибыл на своих двоих, не на «Мерседесе». Молодой человек пыхтел, смущался, но всё-таки сделал предложение.

Мой заказ брутальнее – пиво, куриное филе и бекон с картофелем фри. Пиво подали в трёхсотграммовом фужере. На мою удивлённую реплику официант ответил, что вся посуда ёмкостью 0,5 занята цветами, которые мальчики дарят девочкам. А пива у них сколько угодно, всегда могут повторить. Цветы действительно на каждом столике. Тюльпаны, подснежники, мимозы…

Всегда этих жриц любви мне было жалко. В общем, заправился, выруливаю – и вижу опять ту же картинку: отфутболивает она очередного доброхота на дорогой машине. Тут я озадачился: может, и не плечевая вовсе, а действительно девчонке надо ехать. Мужиков на крутых машинах она боится, знает, что среди них много таких, которые задаром добрые дела не делают, потому и отмахивается. Дальше моя мысль пошла в том направлении, что и одета она вроде прилично – в юбке до колен, в свитерочке…

В 18 лет Леонид сам стал отцом, сожительствуя с дочерью авиаконструктора Эсфирь Этингер, которая от него родила первого внука Никиты Хрущёва, Юрия. Но ещё до появления ребёнка любвеобильный Леонид женился на племяннице расстрелянного партфункционера Бориса Трейваса, Розалии, что также не входило в планы набиравшего силы отца.

Катя заглянула в комнату к прабабушке – сидя в кресле на колёсиках, она топтала колючий массажный коврик желтоватыми босыми ногами с покорёженными пальцами, а жилистыми руками сжимала колючие мячики. На голове у неё сидели наушники, из которых раздавались звуки, простые, но лечебные – нечто вроде гонга. Телевизор работал на полную громкость – прабабушка смотрела сериал.

Однажды стала замечать, что сын во время игры с кухонной утварью вдруг замирал, пристально смотрел в пространство между холодильником и стеной, а потом заливисто смеялся, будто кто-то показывал ему смешные картинки или строил рожицы. Потом замолкал и с интересом заглядывал в эту щель. Но, видимо, повод для смеха исчезал, поэтому он лишь удивлённо поднимал брови и недоуменно разводил руками.